Любовь и Гниль: Сезон 1 (Эпизоды 7-12) (ЛП)

Я покачала головой.
— Пока нет.
— Хм, — покорно буркнула она.
— Тай, мы знакомы с ними около трёх месяцев.
— Да, но это как… — она сделала паузу, чтобы подсчитать в уме, — это как десятилетие в годы зомби-апокалипсиса.
Я фыркнула от смеха.
— Не совсем.
— Эй, вы оба всё ещё живы, вы не можете держать свои возбуждённые руки при себе, и у вас всё ещё есть все части вашего тела. Если это не настоящая любовь, то я не знаю, что это такое.
Я лишь покачала головой.
— Я готова обсудить это с тобой, только когда ты расскажешь мне, что происходит между тобой и…
— С Воном ничего не происходит! — прошипела она.
Я сжала губы в прямую линию, сдержав улыбку. Я совсем не ожидала этого от неё. И хотя я находила это слегка забавным, я вообще не понимала, что делать с её отсутствием чувств к Вону.
Я прочистила горло и попробовала снова.
— Я собиралась сказать Гейджем.
Даже в тусклом свете я видела, как её лицо вспыхнуло от смущения.
— Что ты имеешь в виду?
— Не знаю, — пожала я плечами. — Он вроде как… он просто интересуется тобой, вот и всё.
— Нет, — тут же ответила она. — Он просто… он знает меня. Это всё. Мы выросли вместе. Он знает, какой психопат мой отец. Он, наверное, просто хочет убедиться, что со мной всё в порядке.
— Он видит, что с тобой всё в порядке, — заметила я. — И он видит, что ты больше не с отцом. В этом есть что-то ещё.
— Он ненавидел Логана, — призналась она в порыве слов, так как офис Гейджа был прямо по коридору.
Хендрикс и Вон уже вели с ним беседу.
— Что? — спросила я, когда она больше ничего не объяснила.
Она посмотрела на меня и повторила:
— Он ненавидел Логана. Ненавидел его. Они были соперниками на протяжении всего детства и средней школы.
— Хорошо, какое это имеет отношение к тебе?
Мои слова были осторожными и неспешными. Мёртвый бойфренд Тайлер был для неё очень, очень чувствительной темой, к которой я всегда буду относиться с величайшим уважением, за исключением, может быть, одного этого вопроса.
— Гейдж ушёл сразу после смерти Логана. Он был одним из немногих людей, у которых действительно было разрешение моего отца, хотя мы до сих пор не знаем, почему мой отец отпустил его. Гейдж… способный. У него будет преимущество перед моим отцом. Он просто хорош во всём, что делает. И это одна из причин, по которой они с Логаном никогда не ладили. В этом они были похожи.
— Я всё ещё не понимаю, — настаивала я.
Поскольку мы почти догнали мальчиков, Тайлер быстро сказала:
— Он чувствует себя виноватым. Он ненавидел Логана всю свою жизнь, но не так, не так, чтобы желать ему смерти. Смерть Логана стала такой… неожиданной, и я сомневаюсь, что даже Гейдж знал, что думать об этом. Поэтому он просто ушёл. Он оставил нас всех в прошлом и нашёл успех где-то в другом месте. Мне кажется, когда он смотрит на меня, он чувствует себя виноватым. Он получил то, что хотел Логан, он нашёл свободу, нашёл безопасность, сбежал и не должен был расстаться со своей жизнью, чтобы добиться этого. Он живёт той жизнью, которой должен был жить Логан.
У меня имелась ещё сотня вопросов, которые я должна была задать, и то, что я хотела сказать Тайлер и её исковерканному взгляду на этот безумный мир, в котором мы жили, но мы стояли у двери кабинета Гейджа, и все трое парней выжидающе смотрели на нас.
— Неужели рассказывает секреты? — подозрительно спросил Гейдж.
О, боже, я очень надеюсь, что он нас не подслушал. Это было бы неловко.
— Да, — сладко улыбнулась я.
— Хочешь чем-нибудь поделиться? — поинтересовался Вон.
— О, ты знаешь, — я прочистила горло, в то время как Тайлер, похоже, замолчала и покраснела ещё сильнее. — Просто девчачьи штучки.
— Угу, — проворчал Хендрикс.
— Может, начнём? — я сменила тему.
Гейдж качнулся в сторону, и мы все вошли в небольшое пространство. В одном углу стоял шкаф с картотекой, уставленный свечами. Вдоль задней стены разместился буфет высотой по пояс, и тоже весь в свечах. Стол был простым, металлическим и, возможно, антикварным из серии «капсула времени-до-того-как-мир-превратился-в-дерьмо». На столешнице не было никаких бумаг, хотя Гейдж производил впечатление человека, который вел бы делопроизводство. Единственным исключением была записная книжка, которую он использовал, чтобы записывать всех, кто здесь останавливался. Перед столом стояли два бесхозных стула, сохранившиеся с семидесятых, и искусственный фикус, украшавший другой угол.
 
Пластиковая зелень должна была казаться пошлой… но это было не так. Фикус напомнил мне о жизни.
И этот маленький символ того, что в мире, захваченном зомби, всё ещё оставались живые существа, был сильной мотивацией оставаться одним из этих живых существ.
— И что вы решили? — многозначительно спросил Гейдж, когда мы с Тайлер сели, а Хендрикс и Вон заняли свои места позади нас.
— Мы хотели бы принять твоё приглашение остаться, — осторожно ответил Вон. — Мы не можем обещать, что освоимся здесь на постоянной основе. Но мы хотели бы немного сойти с пути, обдумать наш следующий шаг.
— Вы знаете, как долго планируете здесь пробыть? — Гейдж сузил глаза от неодобрения, и его слова прозвучали немного насмешливо.
Я мгновенно завелась.
— Нет, — Вону, очевидно, тоже не понравился его тон, судя по его раздражению.
— Ну, мне нужно хоть какое-то представление о том, как долго вы намерены здесь оставаться. Я не собираюсь давать вам что-то, если вы просто развернётесь и снова уйдёте. Комната для занятий предназначена для временных гостей, так что, если это то, что вы намереваетесь…
— Гейдж, — вмешалась Тайлер. — Минимум шесть месяцев, если не целый год. Мы не собираемся уезжать завтра. Расслабься.
И он, казалось, действительно расслабился.
— Спасибо за разъяснение.
Напряжение покинуло комнату, и Вон вроде как извинился.
— Я должен был уточнить. Я не привык отвечать перед кем-то другим.
— И в целом тебе не придётся этого делать, — пообещал Гейдж. Он встретился с каждым из нас взглядом. — Это община, а не концентрационный лагерь. Единственное, о чём я прошу, это чтобы вы уделяли своё время смене вахты и уважали всех остальных.
— Само собой, — согласился Хендрикс, в то время как Вон сказал:
— Однозначно.
Плечи Гейджа, наконец, смягчились, и его жёсткий взгляд снова стал приветливым.
— Было бы неплохо иметь рядом больше опытных стрелков. Хоть у нас и много оружия, как вы скоро увидите, но не очень многие знают, как им пользоваться.
— Откуда ты знаешь, что мы хороши? — надавил Хендрикс.
— Группа такого размера, — пожал плечами Гейдж. — И вы не принадлежите к поселению. Вы сбежали из колонии Матиаса. Вы должны быть хороши.
— Мы хороши, — немного нетерпеливо заявил Вон.
— Я так и думал, — Гейдж открыл записную книжку и поднёс к ней свечу, чтобы прочесть. — У меня есть для вас комнаты на третьем этаже. Хватит ли вам всем места в трёх комнатах?
— Риган? — Вон посмотрел на меня сверху вниз.
Я не знала, почему он уступил право решения мне, но мысленно прикинула, кто с кем останется, мы с Хейли, Пейдж и, возможно, Тайлер были единым целым. Осталось шестеро мальчиков. Они могли бы легко разделить две комнаты. Или, если Тайлер захочет остаться с Миллером, тогда пятерым братьям Паркер придётся остаться в одном помещении. Там было бы тесно, но они могли бы это решить.
— Трёх достаточно, — наконец ответила я.
— Уверена? — тихо спросил Хендрикс.
Очевидно, он провел тот же статистический анализ, что и я.
— Пока что.
Я избегала смотреть на Хендрикса на случай, если он хотел поговорить со мной о чём-то, кроме признания в любви. Может, я и смогла бы справиться со словом на букву «Л», но я ни за что не была готова переехать к этому парню.
— Пока, — с лёгкостью повторил Хендрикс.
По крайней мере, сейчас мы договорились об этом.
Фух.
Гейдж с любопытством посмотрел на нас, но затем предложил: