Любовь и Гниль: Сезон 1 (Эпизоды 7-12) (ЛП)

— Власть, — просто ответила она. — Это всё, чего хочет мой отец, это всё, что его волнует. Он жаждет контроля и отчаянно жаждет абсолютной власти. До всего этого он был фермером. Ты можешь в это поверить? Но появляется мысль… будто он был рождён для этого мира. Внезапно появляются Зомби, и мой отец становится лидером, за которым непреклонно следуют люди. И он организовал этот город быстрее, чем всё, что я когда-либо видела. Я не могу отрицать, что он сильный лидер, но я просто не считаю его хорошим лидером, — она помолчала, держа кисточку на пальце ноги, прежде чем пояснить. — Я имею в виду, в моральном смысле. Он не очень хороший человек. Я видела… Просто человек, которого ты встретила, не мой папа. Это совершенно другое существо, которое, честно говоря, пугает меня.
— А твой брат? — спросила я шёпотом.
— Малышка, — она посмотрела на меня, и её тёмно-серые глаза поймали мои с истинной искренностью. — Кейн — другой человек, но не всё время. У него те же амбиции, та же тактика, чтобы получить желаемое, но я опасаюсь, что он хочет даже больше, чем мой отец. Вместе они заставляют людей становиться плохими. И мне нужно было как можно скорее увести Миллера оттуда. Я просто умру, если он когда-нибудь превратится в одного из них. Я умру.
Мы с Хейли молчали, обдумывая все эти слова. Не то чтобы я не поняла всего этого за то короткое время, что пробыла там, но услышать это от кого-то, кто прожил там два года, кто был связан с этими людьми… Просто сейчас мне было очень не по себе. Одно дело жить с угрозой Зомби, маячащей за каждым углом и поворотом, но беспокоиться о стране, которая, насколько я понимала, растворилась в большой куче дисфункций и отдельных частей, было бесконечно хуже. По какой-то причине я испытывала странное чувство патриотизма. Это была великая страна, страна, где мы заботились друг о друге, стояли бок о бок и всё такое. Не то чтобы у нас не было проблем, особенно прямо перед всей этой историей с Зомби, но мы всё ещё были народом, объединённым общей верой в человечество и индивидуальную свободу. Меня разозлила мысль, что даже сейчас это было под угрозой.
Это была самая странная вещь, о которой мне приходилось беспокоиться.
И в довершение всего я даже не верила, что это возможно! Эта страна лежала в руинах. Объединить всех было бы невозможно. Особенно без возможности общаться на большом расстоянии.
Интересно, планировал ли Матиас возродить «Пони Экспресс»? И эта мысль вызвала у меня ужасные образы Кевина Костнера в «Почтальоне». Это был плохой фильм, и он сделал бы реальность ещё хуже.
Вообще-то я бы предпочла «Водный мир». И это о чём-то говорило.
— Ну вот, детка.
Я улыбнулась Пейдж с теперь уже ярко-розовыми пальчиками. Она тоже посмотрела на них, её глаза светились гордостью и радостью. Я сделаю всё, чтобы сохранить это выражение на её лице.
— Можно, я покажу Вону? — взволнованно спросила она.
— Дай им высохнуть минутку, а потом сможешь, — ответила я, перекрывая фырканье Тайлер.
— Хорошо, давайте перейдём к истинной сути девичника, — заявила Хейли и рассмеялась над собой. — Ха! Суть! Поняли?
Мы с Тайлер переглянулись. И Пейдж сказала:
— Я не понимаю.
— Мальчики, сладенькие, мы сейчас поговорим о мальчиках.
— Как мои братья? — Пейдж застонала.
Проницательная маленькая штучка.
— Я думаю, твои пальцы достаточно сухие, Пейдж. Только не надевай носки или ботинки и постарайся ни во что не врезаться.
Я помогла ей слезть со стола и открыла дверь, чтобы убедиться, что за ней присмотрит один из братьев Паркер. Я поймала взгляд Харрисона, охранявшего дверь между задними офисами и сувенирным магазином. Между нами произошёл молчаливый диалог о Пейдж, в котором мы говорили только выражениями лиц, и он согласился наблюдать за ней.
Вообще-то, этим безмолвным разговорам я научилась у мальчиков. Все они были очень хороши в общении поверх головы Пейдж. Это был один из тех навыков, которые приобретаются по необходимости.
Я закрыла за собой дверь и выжидательно приподняла бровь, повернувшись к Тайлер.
 
Однако Хейли опередила меня, сказав прямо:
— Так, что происходит между тобой и Воном?
Тайлер поперхнулась, и кисточка для ногтей бешено заскользила по пальцу. Я сжала губы, чтобы не рассмеяться над ней. Вон и Тайлер вцепились друг другу в глотки с той самой минуты, как мы приняли Тайлер и Миллера в группу, но в последнее время ситуация определённо обострилась.
Хейли была убеждена, что это сексуальное напряжение на грани взрыва, и да, она имела в виду буквально. Но я не могла согласиться. Отчасти меня была счастлива, что у Вона появилась другая девушка, поскольку наши с Хендриксом отношения перешли в категорию эксклюзивных. Но другая часть меня не хотела, чтобы Вона прибрали к рукам как вариант. Это была та же самая часть, которая боялась долгосрочных обязательств и явно была эгоистична. А потом была ещё одна часть, пусть маленькая и едва заметная, которая заставляла мою кожу зудеть от ревности. Между мной и Воном что-то было. Пусть и не такое всепоглощающее и требовательное, как то, что было между мной и Хендриксом, но всё же притяжение было.
И эта жизнь, которой мы жили, отняла у меня всё: моё будущее, мой дом и мою семью. Я злилась, что это лишало меня возможности встречаться с парнями. Неужели мы действительно готовы были переспать с теми, кого лишь недавно встретили?
С Хендриксом я этого ещё не сделала, но была достаточно близка. И хотя я испытывала к нему настоящие чувства, будущее заставляло меня нервничать.
Даже больше, чем нервничать — это пугало меня.
Но меня интересовала реакция Тайлер. Иногда испытывать симпатию к ней было очень сложно. А иногда она была просто уязвимой девочкой, которая прошла через что-то реально травмирующее и пыталась приспособиться к жизни с зомби два года спустя.
— Между мной и Воном ничего не происходит, кроме того, что, возможно, он хочет убить меня, а я однозначно ищу возможность столкнуть его вниз головой со скалы, — фыркнула Тайлер.
Хейли улыбнулась мне, в то время как Тайлер очень внимательно следила за своими пальцами.
— Разве он не спас тебе жизнь всего три дня назад? — осторожно спросила Хейли.
— Ха! А потом он провёл следующие два часа, крича на меня, что я не умею обращаться с огнестрельным оружием, не считаю пули, не могу сосредоточиться и миллион других вещей, которые, по правде говоря, я даже сейчас не могу вспомнить. Я не знаю, как он может ожидать, что я вспомню всё это во время реального боя.
— Значит, вы никогда не учились выживанию? Как убить Пожирателя? Как защитить себя?
Я всё ещё была ошеломлена её жизнью и отсутствием реального жизненного опыта. Как мы с Тайлер могли сосуществовать в одной реальности? Я убила своего первого зомби ещё до того, как выехала на дорогу.
Ах, покойся с миром квотербек Крис.
— Это часть контроля моего отца. Если мы не знаем, как бороться или выжить, мы никогда не уйдём. Все в этом городе вынуждены полагаться на армию. А армия считает моего отца богом.
— Риган! — выругалась Хейли. — Ради всего святого, что у тебя за привязанность к этому городу? — но она не стала дожидаться моего ответа: — Я думаю, ему просто не всё равно. Я имела в виду Вона. Я думаю, он предпочёл бы, чтобы ты не умирала, вот из-за чего все эти вопли. Он не привык к девушкам, которые не могут сами о себе позаботиться. Не обижайся.
— Не обижаюсь, — отмахнулась Тайлер. — Поверь, я тоже расстроена. И я беспокоюсь о Миллере. Хотела бы я, чтобы он знал хотя бы половину того, что знаете вы. Но крики на меня не сделают мою жизнь лучше. Поверь мне, мы уже пробовали.
Хейли подмигнула мне.
— Обычно он не такой. На самом деле он очень милый, намного лучше, чем Хендрикс.
Она бросила на меня извиняющийся взгляд, но я пожала плечами. Она была права. Вон был намного приятнее Хендрикса.
— Что вам обоим нужно, это просто горячий, страстный, бурный поцелуй. Это излечит его от капризов.