"Фантастика 2025-52". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Внимание офицера привлекла пара бипланов, возвращающихся после бомбежки. Самолеты шли, казалось, прямо в лоб неподвижно висящему десантному транспорту. Пар валил не только из труб, но и прямо из-под капотов, делая машины похожими на кометы.
– Ах вы, твари пернатые, только посмейте… – начал возмущаться капитан-лейтенант, привставая в кресле. Прежде чем он договорил, оба самолета сократили дистанцию до минимума и вдруг резко разошлись в стороны, промчавшись слева и справа от рубки корабля. Мелькнули имперские орлы на желтых крыльях, от гула винтов задребезжало остекление мостика… Командир «Б-175» разразился смачной матерной тирадой, но запнулся на полуслове, вспомнив о присутствующей даме. Откашлялся в кулак: – Простите, Анастасия Егоровна.
– Ничего, тоже не люблю идиотов, – успокоила сыщица аэронавта.
– Это у них такое развлечение, – пробурчал тот, падая обратно на сиденье. – Кто на самолетах летает – все с головой не дружат, но палубные летчики и среди них выделяются… Номера машин я запишу, передам на «Киров». Да им взыскания – что слону дробина, только гордятся…
– Капитан! – прервал попытки командира оправдаться сигнальщик, дежурящий у стереотрубы по правому борту. – Передают с «Олега»… начинаем через три минуты!
– Отлично! – Мигом позабывший о выходке пилотов капитан-лейтенант достал из кармана серебряные часы на цепочке, откинул крышку. – Без одной минуты девять. Господин майор, госпожа особый агент…
– Мы вниз, к ребятам, – кивнула сыщица, опередив Николая. – Удачи вам.
– И вам. Берегите себя. – Последнюю фразу аэронавт произнес как-то особенно искренне, глядя при этом только на девушку.
Когда Дронов покидал рубку вслед за Анастасией, он оглянулся – и увидел, как на широкие окна-«аквариумы» с лязгом опускаются толстые бронеплиты…
В длинном и узком десантном отсеке левого борта царил полумрак – свет проникал туда лишь через бойницы в стальных щитах, образующих внешнюю стенку. Редкие лучики поблескивали на шлемах и кирасах пехотинцев, на отполированных наплечниках, на стволах карабинов. Было душно – как в любом помещении, куда плотно набилось больше сотни человек. В спертом, жарком воздухе отчетливо пахло сигаретным дымом: хотя курить перед высадкой строго запрещалось, кто-то из солдат все же ухитрялся.
– Настя, я помню, что на сыскной службе ты нажила больше шрамов, чем я – на армейской, – полушепотом наставлял майор Дронов, глядя в узкую спину и затылок напарницы. Сверху вниз – девушка уступала ему ростом почти на голову. Хоть и высокая по женским меркам, до майорских двухсот двух сантиметров сыщица недотягивала и всегда казалась офицеру очень хрупкой. – Я даже помню, как ты получила последний, на правом бедре. Я бы хотел иметь шансы тебя догнать по этой части, так что держись сегодня сзади, ладно?
– Научила сарказму на свою голову. – Майор не мог видеть лица Анастасии, но не сомневался, что она усмехнулась. – Вспоминаю те дни, когда ты не понимал шуток. Ты тогда был таким милым юношей…
– Говоришь, будто мы не ровесники, – хмыкнул Николай.
– Мы не ровесники, я старше.
– Ладно, погодки. Но я серьезно, Настя. – Офицер протянул руку и стиснул плечо девушки, насколько это позволяла кираса. – Я же знаю, какая ты авантюристка и какой ветер у тебя в голове свищет. Меня этим серьезным лицом и очками не обманешь. Когда тебе запах добычи нюх застит, ты о себе вообще не думаешь.
– Сегодня не тот случай, – неожиданно серьезно, без намека на улыбку или иронию в голосе произнесла сыщица, качнув головой. – Я знаю себе цену и знаю, на что готова обменять здоровье или жизнь. Сегодня я буду осторожна. Не волнуйся за меня.
Рукой в тонкой перчатке она накрыла лежащую на плече ладонь Дронова, так и не оглянувшись. Тот в ответ лишь тяжко вздохнул. Все-таки он действительно хорошо знал свою спутницу, напарницу, подругу…
Минуты через две по отсеку разнесся глухой дробный звук – словно за стенкой ведро щебня высыпали в железный таз. И еще раз. И еще.
– Носовые автопушки работают, – пояснил Николай специально для сыщицы. – Значит, подошли метров на пятьсот. Вот-вот перемахнем стену.
Его слова подтвердил звонкий удар – во внешний щит попала пуля, тут уже объяснения не требовались. Несколько мгновений спустя пули застучали по бортам десантного корабля градом, их удары дополнял особый скребущий звук скользящих по броне стрел и дротиков. Солдаты зашевелились, стараясь отодвинуться от бойниц или хотя бы присесть в тесноте. Никто из них определенно не желал проверять, сколь малы шансы того, что в бойницу залетит смертоносный «подарок».
– Готовность к высадке! Повторяю задачи нашей роты! – прокричал, заглушая стук пуль, находящийся где-то ближе к носу капитан десантников. – Первый и третий взводы, совместно с пятой ротой, занимают оборону вдоль поперечной улицы в зоне высадки! Смыкают фланги с другими ротами полка! Держат позиции, отсекая городские ворота от подкреплений, пока десант их не займет и пока сухопутные силы не войдут в город! Второй взвод под командованием майора Дронова и лейтенанта Варягина выдвигается на полкилометра вглубь города, чтобы обезопасить стратегически важный объект вне периметра! Задача вестовых и оптического телеграфа – сохранять связь со взводом в любых условиях!
Пока он говорил, удары по броне и выстрелы корабельных пушек становились все реже, а конец речи ознаменовал рык сирены под потолком.
– Тридцать секунд! Нале-э-во!
Внешняя стена десантного отсека просто исчезла. Образующие ее стальные щиты откинулись вниз, солнце ударило по глазам солдат. Щуря слезящиеся глаза, Николай увидел, что дирижабль уже опустился ниже городских крыш, и дома напротив показались ему знакомыми. «Б-175» садился прямо на одну из осевых улиц Ташкента – достаточно широкую, чтобы воздушный корабль мог опуститься на нее, не задев ничего бортами.
– Пошли! Пошли! Пошли!
Оставаться у земли кораблю было опасно, так что солдаты покидали его в спешке – они горохом сыпались с метровой высоты, тут же бросаясь к зданиям, вжимаясь в стены, занимая укрытия. Куда аккуратней спускали вниз ящики с амуницией, ротные пулеметы, треноги гелиографов.
Спрыгивая в свой черед, Дронов держался ближе к Анастасии, но помощь ей конечно же не понадобилась. Девушка ловко соскочила наземь, поправила съехавшую на нос каску и кивнула Николаю. Майор в ответ жестом велел следовать за ним. Вместе они перебежали улицу, чтобы укрыться в брошенной лавке, которую уже вовсю обживали несколько солдат пулеметного расчета. «Их» рота растянулась вдоль левой стороны улицы, высаживающаяся с другого борта пятая жалась к правой.
– Отлично все прошло, господин майор, – низким, надтреснутым голосом сказал Николаю пожилой унтер, командующий расчетом. – Даже расчищать плацдарм не пришлось.
– Потерпи, сейчас прибегут хозяева, гостей встречать-угощать, – пообещал ему Дронов с кривой усмешкой. – Еще и с двух сторон, если у ворот их не придавят как следует. Ты чай зеленый любишь?
– Никак нет, господин майор, – не менее криво ухмыльнулся пулеметчик. – Только черный пью. Ну да ничего, мы тут тоже не без гостинцев.
Он красноречиво похлопал по стволу уже развернутой «перепелки», к которой солдаты как раз крепили короб с пулями.
– В общем, займете хозяев приятной беседой, пока майор сводит меня погулять, – включилась в разговор Настя со своей фирменной улыбкой. Ухмылки мужчин на ее фоне смотрелись бледно. – Он мне обещал показать интересные места. Вместе с лейтенантом Варягиным. Видели его?
– Ближе к носу был, вдоль по улице пройдите, – махнул рукой унтер. – А мы уж вам спину прикроем, не сомневайтесь.
– Не сомневаюсь. – Сыщица посмотрела на Николая. – Ну что, идем?
Прежде чем ответить, он наклонился к девушке и потуже затянул подбородочный ремень ее каски. Кивнул:
– Идем. Помни – держись сзади.
– Кажется, я определилась, где в этом городе будет штаб-квартира нашего отдела, – протянула Анастасия, запрокидывая голову, чтобы лучше рассмотреть вырастающее перед ними здание. Оно и в самом деле впечатляло – трехэтажный кирпичный особняк с гранитными ступенями, ведущими к украшенным резьбой двустворчатым дверям. Каменный козырек над входом, подпертый четырьмя белыми колоннами в греческом стиле, высокие застекленные окна… И это в городе, где даже крепостные стены были из глины, а выше двух этажей поднимались лишь цитадель военного наместника да причальные конструкции порта.