"Фантастика 2025-52". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– Схожу посмотрю, – кивнул Саше Дронов. – Веди пока прямо.
Основной корпус халифатского сторожевика по форме напоминал веретено, из которого снизу выступал нарост рубки. Кроме того, сзади к нему крепились две гондолы двигателей, и в нескольких местах на крутых боках выпирали округлые пузыри боевых постов, в основном пулеметных. Стеклянная башенка кормового стрелка располагалась на самом заднем кончике «веретена» и давала превосходный обзор, но на двух человек рассчитана никак не была, так что офицер не стал входить, лишь заглянул внутрь.
– Глядите, господин капитан. – указал рукой вниз сидящий за четырнадцатимиллиметровым пулеметом казак. – Во-он, левее, на десять часов… Крадется, кажись.
Здесь, в сотнях метрах над землей, уже начинался рассвет – первые лучи солнца слепили людей в рубке и заставляли снежные пики гор вдалеке блестеть белым серебром. Но внизу еще царила ночь – тьма простерлась над садами, полями и каналами, в покинутом Ташкенте, строения и стены которого сливались в единое темное пятно, горели разноцветные огоньки… Разглядеть хищную тень, черным призраком скользящую над землей, получилось случайно – она на долю секунды промелькнула над светлой лентой речки, выдав себя внимательному наблюдателю.
– Крадется, – подтвердил Николай, держась за край проема и наклоняясь вперед сильнее. – Прими благодарность от командира за бдительность. Глаз с него не своди, жди указаний.
Вернувшись к Саше, он сообщил:
– Похоже, у нас на хвосте второй сторожевик из эскорта торгового судна. Эх, не хватило нам времени его поджечь… Надо было хоть по винтам из пулемета пройтись… Идет быстро. По-моему, нагоняет.
– Ну еще бы, – вздохнула девушка, откидываясь на спинку кресла и прикрывая глаза. – У них ведь настоящий, опытный экипаж, и капитан настоящий… Вряд ли выйдет оторваться.
– Значит, примем бой, – хмыкнул драгунский офицер, обхватывая пальцами подбородок.
– Николай, я же говорила – с моими навыками мы только влево-вправо поворачивать можем и высоту менять… – Стажерка понурилась, стараясь не смотреть ему в глаза. – Чудо, что мы двигатели завели. Если нас догонят – это конец.
– Все не так плохо, – криво усмехнулся Дронов. – Они идут очень низко и с выключенными огнями. Хотят, полагаю, подойти как можно ближе и резко сравнять высоту, чтобы внезапно оказаться рядом. Или думают расстрелять в упор и с гарантией, или вообще стрелять не собираются…
– …А хотят взять нас на абордаж, – вскинула голову Александра, просветлев лицом. – Ну да, им же нужен пленник-пришелец. Как я не подумала! Они побоятся стрелять на поражение, во всяком случае сразу.
– А вот нам так себя ограничивать ни к чему, – покивал Дронов. – К тому же они дали нам фору. Я осмотрел вооружение этой летучей лохани. Тут четыре пулеметных поста на первой палубе, для кругового обстрела, и одна башенка со спаренным пулеметом на третьей, верхней. Для защиты от аэропланов, скорее всего. Тяжелое вооружение – курсовая пушка калибра сорок три миллиметра, в носовой части. Она немного наводится, но только влево, вправо и вниз. Вверх не стреляет, а дирижабль не самолет, ему нос непросто задрать. Понимаешь? Они ниже нас, и сильно ниже.
– Понимаю. – Саша села ровнее, убрала упавшие на лоб волосы, взмахнула рукой. – Егор Лукич, слушайте внимательно. Попытаемся сделать резкий разворот…
Маленький и верткий для боевого корабля, при спокойной погоде простой в управлении, послушный рулю, сторожевик заложил очень скромную дугу, поворачиваясь на сто восемьдесят градусов. Дронов боялся, что при таком маневре они потеряют преследователя из виду и не смогут быстро найти вновь, однако его опасения оказались напрасны – уже достаточно рассвело, чтобы ночная тень перестала быть укрытием вражескому судну. Николай сел в кресло артиллерийского офицера, склонился к переговорной трубе, связанной с носовым боевым отсеком. Сказал как можно громче:
– Цель в зоне видимости! Примерные координаты для огня…
Услышь какой-нибудь профессиональный канонир, в каких терминах Николай дает наводку стрелкам, – не избежать бы драгунскому капитану затрещины, пожалуй. Лучше всего этот способ прицеливания можно было определить как «на глазок» или, как хором выразились сами казаки, приставленные к орудию: «Богородица поможет».
– Есть наведение!
– Пли! – скомандовал Николай.
Раскатисто бухнуло, легкий кораблик дрогнул от продольного удара – кажется, компенсатора отдачи у пушки толком не было, – и выстрел даже из столь скромного калибра отозвался сотрясением. На пару секунд огромные окна рубки заволокло белым паром – ветер снес выхлоп орудия.
– Что там? – Как только паровая пелена развеялась, Дронов вместе с креслом повернулся к рулевому, у которого был лучший обзор.
– Летит, – с видимым разочарованием буркнул унтер. – Цел вроде.
– Продолжаем снижаться, идем на сближение, – сухо отдала приказ Саша, сильнее стискивая подлокотники, впиваясь в них ногтями. Ее бледное, даже зеленоватое лицо контрастировало с весьма уверенным командным тоном.
БУХ! БУХ! БУХ! Не полагаясь на меткость, канониры-самоучки лупили из сорокамиллиметровки так часто, как только могли, – а дистанция для стрельбы сокращалась на глазах. Попав под обстрел, дирижабль-преследователь перестал жаться к земле, стремительно пошел ввысь. Когда до него оставалось метров двести, Саша распорядилась прекратить снижение и вновь идти вверх, сохраняя интервал. В это самое время на верхней палубе вражеского судна ожила пулеметная спарка…
Конические пули, подаваемые лентой, в отличие от круглых, загружаемых в зарядный короб, можно чередовать в нужном порядке – и в воздушном флоте тяжелые пулеметы обычно заряжают трассирующими пулями через две на третью, что дает неплохую видимость трасс огня без лишнего расхода ценных припасов. Вот и сейчас два редких огненных пунктира протянулись от одного сторожевика к другому. Очередь хлестнула по самому носу захваченного корабля, и вместо привычного звонкого стука пуль о броню послышался отчетливый треск рвущейся обшивки…
– Носовой и бортовые пулеметные посты, пли! – Николай рывком крутанулся к другим трубкам связи.
Его услышали – корабль мелко задрожал, когда три ствола заработали в унисон. Теперь красные, горящие огнем даже в солнечных лучах пунктирные линии как будто связали два корабля алыми нитями…
– Черт! – ахнул Черневой, шарахаясь: новая очередь легла близко к рубке, и несколько передних стекол лопнуло, усеивая пол крошевом…
БУХ! БУХ! БУ-У-УБУХ!!! За очередным уханьем пушки последовал оглушительный взрыв. На «спине» корабля-преследователя вспучился огненный волдырь, и сторожевик начал стремительно терять высоту, оставляя за собой черную полосу дыма. Его пулеметная башенка замолчала…
– Э-э… Все? – выдавила Александра после пары минут тишины, нарушаемой лишь гулом винтов.
– Ага. – Дронов сглотнул. Ему и самому не верилось. – Вроде… победа.
– Значит… Значит, надо определить, в какой стороне от нас Пишпек. – Стажерка просто обмякла в просторном капитанском кресле. Кажется, ее немного трясло.
– И заделать дырки в остеклении, – согласился унтер Черневой, глядя прямо вперед и не отпуская штурвала. – А то продует вашу милость, покуда долетим…
Глава 12
Когда красноватые в рассветных лучах глиняные стены Пишпека показались на горизонте, Николай остановился, чтобы перевести дух. Оглянулся на спутников – Сашу, Джантая, троицу драгун, Невского и еще семерых казаков, двое из которых несли носилки с невезучим пришельцем. Остальные станичники во главе с приказным Евграфским сторожили дирижабль, вставший на якорь довольно далеко от наезженного тракта, чтобы не мозолить глаза случайным путникам. Разумеется, соблазн триумфально прибыть в крепость прямо на нем, причалив к мачте цитадели, был велик, однако капитан сознавал, какой шум поднимется в этом случае. Ему и так-то не приходило в голову мыслей относительно того, что дальше делать с украденным сторожевиком, а уж если про него еще и узнают гражданские обитатели поселения… Не говоря уж о том, что артиллеристы на башнях Пишпека вполне могли сгоряча угостить идущий на крепость боевой корабль соседнего государства доброй порцией зажигательных снарядов.