"Фантастика 2025-52". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– Ну что ж, друзья, приветствуйте Ташкент, великий город Средней Азии. Ибо он нас только что поприветствовал, – с шутливым пафосом сказал Николай, оборачиваясь к спутникам.
Их состав был тем же, что и во время неудачного визита к горшечнику. Помимо самого капитана – незаменимый Джантай, Саша и унтер Черневой в роли ее телохранителя. Бо́льшая часть отряда осталась ждать на постоялом дворе километров за десять от города. Идея не ехать в Ташкент всей гурьбой принадлежала маленькой стажерке – почти всю дорогу она молчала, уткнувшись взглядом в лошадиную шею, и выглядела чрезвычайно задумчивой. Дронов не приставал, полагая (впрочем, без особой уверенности), что понимает ее состояние. Однако на последнем привале выяснилось, что девушка размышляла вовсе не о своих личных проблемах, а о предстоящем деле. Взяв слово после ужина, она уверенно и спокойно объяснила, что не считает разумным после всего случившегося подъезжать к финальной цели путешествия, что называется, «с открытым забралом». Ведь если их ждал неприятный сюрприз в Чимкенте – почему подобного не может случиться в Ташкенте? Раз преследуемые были готовы к погоне и прикрыли дальние подступы, можно ожидать, что они обезопасят и ближние. Со столь простыми и логичными выводами сложно было спорить. Капитан и не стал – лишь поинтересовался мнением унтера и урядника, убедился, что они также согласны, после чего спросил девушку, есть ли у нее план. План был, и достаточно подробный.
По задумке Александры, въезжать в город следовало небольшими группами, через разные ворота – благо, если верить книгам, в крепостной стене Ташкента таковых имелось то ли шесть, то ли аж двенадцать штук, авторы расходились в цифрах. Группам надлежало расселиться по городу в случайных, по возможности разных караван-сараях, а затем понемногу собраться вновь, используя как ориентир центральный базар. Скрыть свою принадлежность к России едва ли удалось бы, однако причины для приезда можно было назвать разные. Благо в портовом городе к иноземцам привыкли и особого внимания они не привлекали, даже если были в военной форме и при оружии. Здесь, конечно, имелись свои риски – кто-то мог потеряться, отряд могли попробовать уничтожить по частям… Впрочем, для последнего неведомому врагу требовалось очень серьезно окопаться в Ташкенте, Александра же надеялась, что все не настолько плохо. И вызвалась ехать первой, чтобы провести рекогносцировку на месте и сразу приступить к работе. Так оформилась «авангардная» группа, которую сейчас возглавлял Николай.
– Те тонкие полосочки у горизонта… – в ответ на его предложение указала Саша вперед. – Это причальные мачты для дирижаблей, да? Их так много… целый лес. Я и в Омске столько не видела. Да что там, даже когда от Москвы поездом отъезжали…
– Ну, порт Ташкента не больше московских воздушных гаваней, – улыбнулся мужчина. – Просто он очень интересно устроен. Ближе подъедем – увидишь сама.
– Хорошо. – Светловолосая сыщица тоже улыбнулась. Впервые за прошедшие дни – искренне и легко, как прежде. – Тогда ты пока мне что-нибудь расскажи, пожалуйста. Даже если я это уже слышала.
– Постараюсь все же припомнить новое… – наморщил Дронов лоб и картинно коснулся его пальцем. Он пребывал в отличном расположении духа – цель путешествия стояла перед глазами, несмотря на все приключившиеся беды, и новые опасности совсем не пугали. Они добрались сюда – справятся и дальше. – Ташкент – так говорим мы. Местные жители зовут порт чуть иначе: Тошканд. Это переводится на русский как «каменный город». Сейчас он скорее глиняный, как все в Хоканде, но говорят, века назад, при Тимуре Хромом, Ташкент и вправду был целиком отстроен из камня.
– Я читала заметку английского путешественника из подборки Анастасии Егоровны, – кивнула Саша. – Он тут лет сорок назад проезжал, по пути в Китай. Там мало было о городе, но упоминались старинные каменные мосты над его центральным каналом. Англичанин писал, что мосты частично обрушились и горожане не знают, как их починить, только перекрывают провалы досками. Наверное, они действительно времен тимуридов.
– Ну, археологи из Императорского общества в Ташкенте пока не бывали, а вот у нас есть шанс, – хмыкнул капитан, пригладив ус. – Если между делом осмотрим те мосты, составим описание и сделаем красочные зарисовки, то сможем по возвращении опубликоваться в научном альманахе. Ты хорошо рисуешь?
– Не очень, – с коротким смешком призналась девушка. – Оставим лавры кому-нибудь другому.
– Ну, воля твоя, – в тон ей ответил Николай, пожимая плечами. – Если вкратце пересказать то, что я читал в книгах и слышал от наших разведчиков на собраниях штаба, то выходит так. Ташкент образовался из четырех поселений, которые и сейчас обособленны и имеют что-то вроде самоуправления. Все четыре района окружены толстой четырехугольной стеной, у юго-восточной оконечности которой стоит урда, цитадель с гарнизоном тысяч в десять сарбазов. В ней живет ханский правитель города. Это не просто бек, как в Чимкенте, а целый бекляр-бек, «над беками бек». По-нашему говоря, генерал-губернатор области.
– Ханский правитель? – приподняла стажерка брови. – Ты подчеркнул, что именно ханский, если я не ошиблась. А есть еще какой-то, так? Я ведь слышала что-то об их городском совете…
– Молодец, наблюдательности не теряешь, – похвалил ее Дронов. – Ташкент долго был вольным городом. Так как его образовали несколько торговых поселений, с древних времен всеми делами управлял магистрат из шестнадцати человек. Позже установилось единовластие, и первый единоличный владыка, Юнус-ходжа, магистрат сразу разогнал, конечно. Но и при нем имелся совет из глав четырех районов. Юнус этот, кстати, интересный тип, почитай про него, как вернемся. Когда-то чуть не завоевал Хоканд, имея за спиной лишь один город и небольшое войско, носил кличку «Курильщик опиума»… Его потомки в девятнадцатом веке и начали превращать обычное торговое поселение в воздушный порт. В центре Ташкента уже находился огромный базар, который тронуть никто не посмел, внутри защитных стен места для постройки доков и причалов не хватало, потому их начали строить… вокруг. И прямо на стенах.
– На стенах?
– Да, как раз на это стоит посмотреть. Но я отвлекся, – поднял капитан ладонь. – Так вот, за столь жирный кусок боролись и Бухара, и Хоканд, благо после первого владыки сила города-порта померкла, и независимость он в итоге сохранить не смог. С какого-то момента Ташкент начал переходить из рук в руки, хокандский хан владеет им только последние лет двадцать. До того в урде сидел наместник из Бухары. До него – из Хоканда. А до того… В общем, завоеватели сменяются, а город стоит – и магистрат его тоже привык к тому, что владелец цитадели непостоянен. Живут местные как-то своей головой, власть хана и бекляр-бека скорее военная, за счет гарнизона, в торговые дела они почти не лезут. Пока в казну идет процент со сделок, конечно. А он идет исправно.
– Очень привлекательное место для всяких афер, – заметила ученица Насти, поглаживая свою кобылу по шее, – та, отдохнув за ночь, все норовила припустить рысью. – Как на частном, так и на государственном уровне. В смысле, на уровне разведок.
– Пожалуй, – согласился Дронов. – Я так понимаю, наша военная контора там тоже отметилась когда-то и завела связи? Иначе толку от этой поездки будет немного. Ну, то есть мне так кажется. Я, конечно, в шпионских делах не мастак, нахватался вот у вас с Анастасией вершков всяких…
Он с кривой усмешкой потер шею, отчего-то чувствуя себя неловко. Девушка же мотнула подбородком:
– Нет, все верно. Без хотя бы информационной поддержки мы разве что слухи на рынке собирать сможем. Но я надеюсь, поддержка будет.
– От людей военной разведки?
– Мм… не совсем… Но да, в целом верно, – отвела Саша взгляд, и капитан не стал уточнять, хотя очень хотелось узнать, что значит «не совсем».
А лес причальных мачт рос, становился ближе, гуще. Наконец стали видны причалы – и сам город. Воздушный порт действительно был устроен очень необычно – он опоясывал поселение серым кольцом стальных и каменных конструкций, которые частично сливались со старинными глиняными крепостными стенами. Громады причальных платформ врастали в них, острые иглы швартовочных мачт высились по обе стороны от фортеций, на зубцах тут и там торчали решетчатые башенки портовых кранов с далеко вынесенными стрелами и жутковатые лапы погрузочных манипуляторов, над которыми вились струйки пара от работающих котлов. Вся эта машинерия из металла и гранита словно бы держала в осаде древний азиатский город, желтый от глины и изумрудный от листвы. Она уже перебралась за укрепления, и изнутри к стенам примыкали ангары, эллинги, складские павильоны… Однако проникнуть глубже не удавалось – в центре поселения до сих пор шумел пестрый, яркий восточный базар, и окружающие его особняки знати тонули в зелени пышных садов. Между духом Востока и современностью сейчас шли ожесточенные бои на улицах, если выражаться образно. Еще только приближаясь к воротам, Николай обратил внимание, что очереди на въезд ждут как повозки-арбы с высокими колесами из прочного дерева, так и одинокий паровой трактор с прицепом, очевидно принадлежащий портовым службам.