"Фантастика 2025-52". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– Эк вы вовремя, братцы, – хрипло выдавил Дронов, сумев нормально сесть. Унтер виновато потупился, а киргиз завертел головой, озираясь:
– Что тут было?
– Я… Николай вошел, я за ним. – вскинула голову Александра и посмотрела на проводника, прежде чем капитан успел произнести хоть слово. – А этот… – кивнула она на покойника. – Его в висок ударил… ступкой какой-то… А меня в грудь. Хотел по голове, наверное, но я отшатнулась… Сильно ударил, я отлетела сюда… вот… Еще дышать больно.
– Надо будет осмотреть вам ребра, не сломано ли чего, – обеспокоенно заметил Черневой, пряча револьвер и опускаясь на колени перед девушкой.
– Да… потом… А он, значит, к ремню, что на гвозде висел, и из ножен достал… вот… И к Николаю… На меня внимания не обращал уже… А я, хоть больно было, револьвер достала и… – Саша наконец разжала левую ладонь и попыталась сунуть оружие в кобуру, но с первой попытки промахнулась стволом мимо горловины. Унтер мягко помог ей. – …И выстрелила. Вот. Он живой?
– Может, и живой… – поморщился уже вставший на ноги Дронов, глядя на распростертое тело негостеприимного горшечника. – Да, думаю, может выжить. Только, по большому счету, для нас это не имеет значения. Беседа не удалась. Но, Саша, ты ведь его… Как ты себя чувствуешь?
– Да, я его… – Настина ученица шмыгнула носом и сжала губы. Кивнула. – Все хорошо, не волнуйтесь. Я в порядке. Правда. Все хорошо.
– Ладно, поговорим позже.
В том, что серьезно поговорить с юной сыщицей придется, и очень скоро, Николай не сомневался. Однако медлить было нельзя – на шум и стрельбу мог сбежаться народ, а они оставляли в доме, по сути, мертвое тело. Даже если Азиз еще жив, протянет он недолго – Саше капитан соврал, чтобы не расстраивать ее еще больше. А застукай их тут стража – и вместо ложного навета на отряд падет вполне заслуженное обвинение в убийстве подданного хана. Конечно, такой вариант они тоже учли, готовясь к вылазке… Так что надо действовать по своему же плану, не теряясь.
– Уходим быстро и тихо, – распорядился капитан, массируя ушибленный висок. – Джантай, идешь первым, Черневой – поддерживаешь Александру Александровну. Считай ее раненой, даже если она сама так не думает.
– Надо бы… обыскать. – Унтер помог девушке встать, и та охнула, хватаясь за грудь. В уголках ее глаз выступили слезы, и Дронов скрежетнул зубами, с трудом удержавшись от желания хорошенько пнуть лежащее на полу тело. – Дом то есть обыскать. Может, хоть так что-то узнаем… Если не от него самого…
– Некогда, – вздохнул Николай. Подойдя к Саше, погладил ее по плечу. – Нужно выскочить за городские ворота прежде, чем поднимется тревога. И не переживай, ты все хорошо сделала, это я сглупил, болван двухметровый. Идем.
Уже покинув дом и прикрыв за собой криво висящую на одной петле дверь, капитан шепнул себе под нос:
– Надо шлем носить не снимая, пожалуй. И так не светоч разума, а таким макаром совсем дураком стану – столько по голове получать. Остатки мозгов выбьют…
Город понемногу просыпался, улочки наполнялись людьми, – но их было еще не настолько много, чтобы создать толчею, так что до «базы операции» добрались быстро и беспрепятственно. Правда, Сашу мужчинам пришлось поначалу практически нести, но она быстро пришла в себя и к концу пути на ногах держалась вполне уверенно. В караван-сарае все оказалось в порядке. Казаки и драгуны ждали в полной готовности, рядом со взнузданными лошадьми.
– Как прошло? – спросил Дмитрий Александрович, встретив капитана в воротах.
– Плохо, – мрачно отмахнулся тот, беря под уздцы своего коня: все пожитки были уложены загодя, собираться ему не требовалось. Разве что сменить халат на мундир, но с этим можно было повременить. – Живьем не взяли. Но и сами без потерь. Кажется. – Отыскав взглядом стажерку, которой как раз подвели ее Ак-Булут, офицер крикнул: – Саша! Ты как, в седле удержишься?
– Думаю… да, – не сразу откликнулась девушка, предварительно коснувшись ладонью груди. Поморщилась.
Такой ответ Дронова не удовлетворил, и он махнул рукой своим драгунам:
– Черневой, Сергеев! Едете стремя в стремя с Александрой Александровной, Саночкин следом! Глаз с нее не спускать! Если что – поддержать или еще как помочь, смотреть по ситуации. Не углядите – шкуру спущу, так и знайте!
– Есть! – дружно гаркнули солдаты. Пожалуй, не прикажи им командир – они бы и сами попросили о чем-то подобном.
– Все, едем. – Николай взобрался в седло и подал знак отправляться.
Капитан был вполне готов к тому, что через городские ворота придется прорываться с боем, но, к счастью, то ли смерть простого горшечника не была сколько-нибудь интересным событием по меркам Чимкента, то ли новость просто не разошлась по городу, – сарбазы, охраняющие стену, пропустили русский отряд без проблем и задержек. Впереди лежала прямая дорога на Ташкент. И только теперь Дронов в полной мере осознал, какие неприятности могут ожидать там экспедицию. Ведь происшедшее только что – это даже не разминка… Но пути назад не было. Впрочем, он не повернул бы, даже настигни его озарение прямо на выезде из Пишпека. В конце концов, он солдат и офицер, а значит, лезть с головой в неприятности и рисковать собой ради других – его работа. И она его вполне устраивает.
Глава 11
Первую остановку сделали еще до полудня, в небольшой деревне около городка Ак-Таш – всего-то в пятнадцати километрах от Чимкента. Может, это и было опрометчиво, но Дронов счел риск оправданным. Даже если почтенный раис Мадали свяжет в уме убийство горшечника и спешный отъезд русских гостей – едва ли он вышлет погоню с целью их вернуть. При условии, что горшечник действительно был… больше чем горшечником, вероятность этого несколько возрастала, но не настолько, чтобы бежать без оглядки. Задержаться же в деревеньке требовалось для того, чтобы проверить – все ли в порядке с Сашей, целы ли ее ребра. По понятным причинам в чисто мужском отряде это сложно было сделать без конфуза. Весь путь капитан оглядывался на девушку, дабы убедиться, что та ровно держится в седле, а в поселке первым делом отыскал дом старосты и через Джантая попросил того о помощи. Вдаваться в детали, разумеется, не стал – киргиз-проводник по своему почину, без подсказки Николая, догадался соврать, что лошадь юной стажерки понесла, испугавшись змеи, и наездница ударилась грудью о ветку. Деревенский голова – крепкий лысый старик с длинной седой бородой – сочувственно покивал, обменялся парой фраз со своей старшей женой и заверил гостей, что его семья поможет, чем сможет.
– Иди в дом, хозяйка тебя посмотрит, – сказал капитан Саше, вернувшись. – Доверься ей. Медицина здесь, может, и примитивная, но в мелких и простых травмах вроде ушибов жители знают толк. А лечат их в основном женщины, и чем женщина старше, тем в этом деле опытней.
– Спасибо. Только я неплохо себя чувствую, не думаю, что вам стоит обо мне беспокоиться, – слабо улыбнувшись, заверила девушка, уже спешившаяся и держащая Ак-Булут под уздцы. Лицо стажерки было бледным, но держалась она и в самом деле бодро. Однако Николай, решив не поддаваться, буркнул:
– Вот и убедимся. Я за твое здоровье головой отвечаю. Не заставляй уговаривать, марш в дом.
Тяжко вздохнув, Настина ученица передала поводья кобылы унтеру Черневому и скрылась в мазанке. Минуту спустя оттуда вышел староста, хихикающий и потирающий затылок: его выставила жена, как он сам объяснил, «чтоб не подглядывал». Дронов тут же взял старика в оборот и договорился о покупке кое-какой снеди в дорогу и корма для лошадей. Обошлась сделка в сущие копейки: местные крестьяне-дехкане доходами избалованы не были. Закончив, офицер скомандовал отряду часовой привал и на пару с Невским поупражнялся в фехтовании. К сабле, подаренной татарским купцом, еще надо было привыкнуть, а у него все не хватало свободного времени. К тому же не мешало отвлечься от беспокойных мыслей – махание тяжелым железом для такой цели подходило как нельзя лучше.