"Фантастика 2025-52". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Ну вот, тут нас за этим гамом никто не услышит, – сказал Николай, убедившись, что стражи и обозников рядом нет. – О чем ты хотела поговорить?
– Я правда очень рада за всех и за вас тоже, – повторила Александра, теребя серебряную застежку своего коротенького серого плаща. – Мы когда ночью ехали, слышали шум боя, страшно было… Кажется, даже пушки стреляли.
– Стреляли, – согласился капитан. – Но не попали. Ничего особенного на самом деле. Спасибо, что беспокоилась о нас. И больше не переживай. Мы уже здесь, так что нечего волноваться. Теперь если и попадем в беду – то только вместе. А уж вместе – выкрутимся.
  
Чувствуя, что слова нужно как-то подкрепить, он не придумал ничего умней, как положить ладонь девушке на плечо и успокаивающе улыбнуться. Вопреки обыкновению, та не вздрогнула и не попыталась сбросить ладонь. Лишь коротко кивнула:
– Да, конечно.
– Ну, раз так – скажи, что тебя столь обеспокоило в нашем китайском друге… И не случилось ли чего в обозе, пока нас не было? – Николай убрал руку и оперся о край телеги. Присесть на нее желания не было – оказалось, что жесткое водительское кресло «роллс-ройса» натирает зад похлеще драгунского седла.
– Мы ведь говорили о том, что Алим – почти наверняка кадровый агент разведки Китая? – Переход к деловому разговору помог стажерке усмирить эмоции лучше чего бы то ни было. Она стала спокойной и собранной.
– Угу, говорили. Я в этом уже и не сомневаюсь.
– А вас не насторожило, что он так легко оставил конвой, даже не зная, вернется ли?
– Может, он по натуре авантюрист…
– Или на самом деле не главный здесь. – Девушка прищелкнула пальцами – жест, явно подцепленный у наставницы, Дронов помнил его еще по первой встрече с Настей полуторалетней давности.
– Не Алим… А кто тогда? – Николай выгнул бровь.
– В ваше отсутствие хозяин каравана, Насреддин-ака… – Саша запнулась, одернула плащ и украдкой огляделась, прежде чем продолжить. – В общем, он на себя не очень похож был. Уверенно распоряжался, и все его слушались беспрекословно. У него даже лицо изменилось – жесткое стало, решительное.
– Ага. – Капитан потер колючий подбородок. – А при Алиме каким рохлей казался, будто вообще тут для мебели… Думаешь, он только прикидывается хокандцем?
– Нет, – мотнула стажерка головой. – Уверена, он действительно узбек и действительно хокандец.
– Тогда что?..
– Но это вовсе не противоречит тому факту, что Алим – не единственный здесь кадровый, хорошо обученный и высокопоставленный китайский агент. – Девушка вновь щелкнула пальцами. – Просто Алим – приезжий, только на одну миссию. Сопроводить груз. А вот…
– Понял, не продолжай. – Дронов поднял ладонь. – Если так, то открытие серьезное. Надо будет учитывать.
– И узнать побольше о нем при случае, – ударила стажерка кулачком по ладони. – После операции я подам запросы в соседние отделы, связанные с регионом, и, если ни у кого он под наблюдением не значится – попрошу организовать.
– Не переложишь на наставницу, а сама подашь и попросишь? – Николаю показалось, что он сумел сдержать улыбку, однако тон его явно выдал.
– Постараюсь. – Саша принялась внимательно разглядывать носки своих сапожек, щеки ее чуть покраснели. – Доступа стажера, наверное, недостаточно, я как-то не подумала… Но у Анастасии Егоровны и без того дел невпроворот, более актуальных. И ей надо выздоравливать.
Капитан не стал вслух отмечать, что девушка вновь собирается опекать собственную наставницу. Вместо этого он сказал:
– Подумай лучше вот о чем – ты уже мыслишь категориями полноценного сыскного агента, не ученика-стажера. И у тебя получается. Только каждый раз, когда ты это замечаешь, – чуть ли не пугаешься. С чего вдруг? Это же здорово.
Будущая гроза иномировых пришельцев и заграничной агентуры неопределенно фыркнула, так и не подняв глаз, заправила за ухо выбившуюся светлую прядь. Ответа Николай так и не дождался – его окликнули, позвав в «штабную» палатку.
– Надеюсь, вы успели перевести дух и проведать своих спутников?
Заходить в шатер капитану не потребовалось, с Алимом он столкнулся на пороге. Тот куда-то спешил, сопровождаемый парой сипаев, но на его фирменную вежливость спешка не повлияла.
– Да, с ними все хорошо. – Пристроившись к шагу Алима, Дронов отметил, что на поясе у китайца висит плоская кобура и ножны с прямым мечом. А ведь он даже на вылазку не брал боевого оружия. – Хотелось бы, чтобы и дальше так было. Будущее меня в данный момент беспокоит больше всего, если начистоту.
– Я мог бы вам процитировать по этому поводу что-нибудь из китайской классической философии, но лень ворошить в памяти остатки образования.
В центре лагеря Алим остановился. Внезапно обнажив меч, воздел его и почти басом рявкнул что-то по-узбекски. Караванщики и солдаты вокруг на мгновение обратили к нему взгляды, а потом засуетились с удвоенной прытью. Китаец же бросил клинок в ножны и на том же языке, уже негромко, обратился к сопровождающим его сипаям. В спокойном голосе сына Поднебесной временами лязгали стальные нотки, а переодетые ханские гвардейцы стояли перед чужеземцем навытяжку – не требовалось знать узбекскую речь, чтобы понять, что Алим отдает приказы. Выслушав до конца, кавалеристы по очереди кивнули и ринулись исполнять.
– Не похоже, чтобы мы готовились сниматься с места и бежать сломя голову, – заметил Николай, стоило солдатам удалиться.
– Тягловые животные устали после ночного прорыва. – Как ни старался посланец Срединной Империи сохранять беспристрастный вид, губы он поджал весьма красноречиво. – Если погнать их сейчас – не смогут идти быстро, передохнут. Груз бросить нельзя. Но даже если спасать только людей – придется брать двух на одно седло, а у преследователей, если там кочевые племена, может быть наоборот. По две лошади на одного человека. Не уйдем.
– Хотите принять бой в оборонной позиции?
– Всяко выгодней, чем на марше, – угрюмо подтвердил Алим. – Мы не знаем, что за войска идут за нами, хотя очевидно, что это подкрепление мятежников. И разведать численность не успеваем. Если их не слишком много – мы отобьем атаку, отгоним противника, рассеем и продолжим движение. До Чимкента рукой подать, там стены и сильный гарнизон с лояльным хану руководством.
– А если их окажется… слишком много?
– Ну-у… – Китаец приподнял брови, сложил губы трубочкой. – При удаче наши имена лет через сто, когда спадет печать тайны с документов, навечно войдут в имперские летописи Пекина и сохранятся на сотни веков для жаждущих знаний потомков. Да-да, ваше тоже, если кто-нибудь из выживших его правильно запомнит.
– Считаете, все настолько плохо? – Дронов так и не понял, шутит ли его низкорослый собеседник.
– В худшем случае постараемся отразить только первую волну. – Алим повел плечами, окидывая оценивающим взором вагенбург. – Должны справиться. Потом уничтожим груз, посадим на коней всех, кто сможет сидеть, и пойдем на прорыв. Его… будет чем прикрыть, если уж речь пойдет об уничтожении груза. И, к слову, тут я попрошу вас, Николай…
– Да? – Кажется, китаец впервые назвал русского офицера по имени, и тот насторожился.
– Бронеавтомобиль сейчас приводят в порядок – на скорую руку. Заливают воду, заправляют горючим из наших запасов, меняют изношенные трубки в паровой системе и так далее. Вы ведь понимаете, что при наихудшем развитии событий у машины больше шансов пробиться?
– Угу. – Дронов мысленно прикинул расстояние – к Чимкенту ехать километров сорок, полного бака воды и одной заправки топлива «роллс-ройсу» хватает на сотню с копейками. Легкая конница мало что может ему сделать, особенно если не забывать про пулеметы в башенке.
  
– Перед боем я думаю посадить внутрь ценных, но бесполезных в драке людей. В первую очередь это Насреддин-ака и пара его приближенных. А вас прошу доставить туда вашу юную спутницу, госпожу Ларину. Если хотите – сами будьте с ней или приставьте охрану. В любом случае кто-то должен будет управлять авто и отстреливаться, ваши люди подойдут как никто другой. Если оборона не выстоит – машина прорывается, ваши солдаты прикрывают ее, мои солдаты – ваших. А я с оставшимися обеспечиваю отвлекающий маневр. – Алим кивком указал на ближайшую цистерну высокого давления, полную огнеопасного горючего. Дронову сразу стало ясно, что это за маневр, да еще сопряженный с уничтожением груза.