Искаженный мир – Одержимые (СИ)

У левой стены каньона как раз был свободный проход. Слишком много щебня и песка, чтоб что-то росло, так что и зверям это место не интересно.
— Как тебе новые ножны, Макс? Удобные? — спросила Крес, когда мы спустились ниже к воде.
— Отличные. Барти хорошо постарался. Разве что пока не удалось их испытать в бою.
— Думаю, скоро попробуешь.
То, что придумал Барти за эти дни нашего сидения в схроне можно назвать реально гениальным изобретением. Точнее гениально не то что он придумал, ибо, это давно уже придумано, а то что он из подручных материалов и фактически на коленке все это сумел сделать и установить на меня. Такое заставляет лишь гордится своим младшим братом, как реально рукастым парнем.
  
А склепал он следующее.
Новые «ножны» представляли собой почти то что было, но с необычной системой «лапок» и «кнопок». Вот мой сай, что висит меня на поясе. В обычном состоянии он в ножнах, а поверх на гарду надевается ремешок, что придерживает оружие. Однако теперь вместо ремешка за гарду сай придерживают две по виду напоминающие куриные трехпалые лапки, что как бы прижимают оружие к ножнам. Внутри ножен находится небольшая пружина, что слегка давит на колпачок на острие, а сама пружина присоединена к кнопке. Причем руками до кнопки не достать, да и вообще ничем снаружи, можно лишь психокинезом сдвинуть. Специально так сделано, чтоб никаких случайных нажатий, хоть через местный чертополох продирайся, хоть протискивайся через какой-нибудь пещерный лаз. При нажатии «лапки» отпускают гарду, а пружина чуть выдавливает сай из ножен, благодаря чему я легко его ловлю или сам беру, или телекинезом в руку тяну. Все удобно и просто. Если же надавить на такой «открытый» сай, передумав вытаскивать или просто вернув в ножны, лапки уже защелкнуться автоматически.
С топориком же все немного сложнее.
Теперь на бедре у меня висит только цепь от него, одним концом намертво приклепанная к поясу, и смотанная в множество колец, придерживаемых лапками покрупнее. Если оные разжать, то одна лапка останется на месте, позволяя цепи висеть на ней, как на крюке. Конечно, для человека что нередко висит вверх головой, решение не лучшее, но оно временное — как освоюсь со всем получше, можно будет просто обмотать цепь вокруг туловища, вокруг пояса или через плечо, как меньше мешаться будет. Увы при таком креплении она без психокинетической помощи слишком медленно разматывалась.
Сам же топор все так же незамысловато висел в кольце, просто уже на спине. Оное можно было разомкнуть, чтоб вытаскивать его побыстрее, ну и чтоб цепь не мешалась, но это, по сути, было что-то вроде звеньев-карабинов на моей цепи. Разомкнуть-сомкнуть подобное я мог даже не просыпаясь. На спине, как показала практика, вообще можно было закрепить уйму всего, если пользоваться психокинезом… И если не нести на горбу рюкзак.
«Плюс одна причина прикрывать этого ленивца в кириньей шкуре. Без него крутые заспинные ножны мне даже телекинез не обеспечит…»
Вскоре мне выпал шанс испытать обновку.
Первым делом мы услышали… смех.
— Кхы-хы-хья-ха-хы!
Гул раздался позади нас и начал усиливаться, разделяясь на несколько голосов.
Обернувшись мы увидели тройку здоровенный псов, похожих на виденных по телевизору динго, только побольше размером да помохнатее.
— Это еще кто?
— Причина по которой каньон именуется «Зубастым» — Имперские гиенкулы.
Имперские гиенкулы.
Тип — Животное. Псовые.
Уровень опасности — 2.1-С.
— Будье осторожны! — дал команду Барти. — Они могут казаться обычными и не особо сильными псами, но все гиенкулы связаны ментально и умеют координироваться друг с другом.
— Я займусь ими, а вы прикройте меня, если буду сдавать.
Устремляюсь в атаку на ходу доставая сай.
Мысленный посыл и кнопка на ножнах нажимается, отцепляются «лапки» и клинок чуть прыгает вперед.
Движимый психокинезом, он прилетает в руку, и я схожусь с тварями.
Первый кинулся сверху, а остальные нацелились мне на ноги.
Незримая опора!
Взмываю выше их и чиркаю прыгнувшего по спине ледяным саем, заставляя того рухнуть и начать кататься по земле от дико неприятных ощущений.
Оставшиеся кидаются с друг сторон, работая синхронно.
Кидаю в одного сай, заставляя того отскочить, а затем мысленно разжимаю кольцо и топорик тут же падает со спины.
Отскакиваю, пропуская челюсть врага и в следующий миг ему в лапу прилетает электрический топор, заставив пса рухнуть и затрястись в конвульсиях.
Последний увидев, что его собратьям плохо нападать не стал, а тут же бросился бежать, а вслед за ним и его подраненные друзья.
— Оу-оу-оу! — заскулили они, унося ноги.
Призываю сай обратно и убираю оружия в ножны.
— Как-то быстро они разбежались, — хмыкнул я.
— Они ж не скорпикоры, своих не жрут, — пожал плечами Барти, — Поняли, что от нас проблем больше, чем мяса и отступили. Твари осторожные, пустой риск не любят.
— И почему тогда каньон назвали в их честь? — не понимала Крес.
— Вон, почему, — указала брат в сторону.
Глянув туда мы с удивлением отметили еще несколько десятков таких псов, что обходили вдоль стены и поглядывали на всех вокруг суровым взглядом. А выше на скалах сидело еще несколько десятков таких же и будто наблюдали за округой. Похоже в стене находится целая сеть пещер, в которых эти звери и жили.
Трою этот вид не особо понравился, и он постарался от нас не отходить.
— Воу, их как-то многовато, а напало всего три, — хмыкнул я.
— Я же говорю, проверяли, — отвечает Барти. — Имперские гиенкулы названы так потому что они территориальные звери и крайне сильно чтут границы своих земель. Нас слишком мало, чтобы представлять серьезную угрозу, да и мяса с гулькин нос, по их меркам… Потому к нам и бросили несколько молодых псов, чтобы посмотреть. Остальным на нас плевать, ну пока нас не станет раз в десять больше. Пока мы не подходим близко, не нападаем сами и платим налоги, нам, считай, разрешено проходить мимо.
— Налоги⁈ — подавилась слюной Крес.
— Крес, милая, почему ты думаешь, их назвали «гиенкулами», хотя они, по сути, собаки?
«Ага. Все тут понятно…»
— То есть, реши мы поохотиться, добычу отожмут? — осторожно поинтересовалась девушка.
— Ну, говорят, не всю. Стая умная, стая приветствует хороших работников, готовых рисковать за них шеей. Пока они знают свое место, разумеется.
— И налогов этих мы, поди, будем платить как гражданин США, живущий в Японии? — проворчал я, живо вспомнив парочку интернет-историй про замечательное двойное налогообложение, — Слушай, пойдем-ка отсюда. Я как-то смирился с тем, что меня однажды могут съесть, но чтоб ободрать как липку… И да, стоило сказать все это раньше. Я мог этих и убить.
Решив не связываться с местными властителями, мы стали обходить их стаи по дуге, при этом стараясь и с остальной фауной не контактировать. Получалось относительно удачно, пускай и пришлось от бегемота побегать.
— Навевает воспоминания как от хладиппо бегали, — веселилась Крес.
— Бегал я, а вы в укрытие сидели! — зарычал я. — Не время сейчас воспоминаниям предаваться!
Повезло нам что местные бегемоты оказались не настолько настырными, да и в скорости прошлому нашему знакомому уступали. Потому мы достаточно быстро оторвались, но теперь стали куда осторожнее двигаться.
День близился к вечеру, а значит пора искать привал, но сделать это оказалось не так просто. Все же местная живность и без нас уже облюбовала лучшие места, так что нужно будет поискать…
— Ребята! Беда! — подала голос Крес.
— А?
Она указывает назад.
Там видно какое-то движение.
Много кого-то бежит к нам в лучах закатного солнца и это.
— ЧЕГО⁈ — удивился я, когда усиленным зрением различил… наездников на киринах, что очень быстро сближались с нами.