Конторщица 5 (СИ)
— Ты меня ещё узнаешь! — прошипела Ольга, вскочила с табуретки и, бросив грязную тарелку на столе и растерянного Горшкова, выскочила из кухни, громко хлопнув дверью.
— Всем спасибо, представление окончено! — подвела итог дискуссии я и пошла домой.
Так как время еще было не позднее, решила по дороге домой заскочить к Быкову. Вдруг он задержался на работе.
Я-то, конечно, бахвалилась, но червячок сомнения в душе шевелился. Кто его знает, что там ещё Ольга вычудит. Мне скоро обратно в Москву, и ехать в таком тревожном состоянии — не вариант.
В приёмной «опиюса» сидела давешняя секретарша с овечьими глазами и кудряшками, и наманикюренными пальчиками ловко печатала что-то на машинке.
— Здравствуйте, Марина Игоревна, — сердечно сказала я и улыбнулась.
— Ой, Лидия Степановна! — не менее сердечно защебетала Мариночка. Она меня ещё тогда вычеркнула из категории конкуренток и, видя, что Быков имеет со мной какие-то конфиденциальные дела, решила вести со мной доброжелательно. — А Лев Юрьевич на партсобрании. Это надолго.
— Жаль, — искренне расстроилась я, — нужно было поговорить. Но ждать до полуночи я точно не могу. Мне на Москву скоро.
— Я скажу ему, что вы заходили, — захлопала ресницами Мариночка.
— А вы сами, Марина Игоревна? Разве ещё не идёте домой?
— Да нет же, — легкая мечтательная улыбка набежала на пухленькие губки секретарши, — я должна дождаться Льва Юрьевича. Вдруг поручение какое срочное.
«Угум, знаю я, какие у него к тебе поручения могут быть», — подумала я, но вслух сказала другое:
— Да я немного расстроена. Вот и хотела поговорить.
— Что случилось? — равнодушно спросила Мариночка, — я могу вам чем-нибудь помочь?
— Да чем вы мне поможете, — со вздохом сказала я и закинула удочку, — между нами говоря, вернулась Ольга.
— Какая Ольга? — спросила Мариночка, но, судя по появившемуся на щеках румянцу, о существовании Ольги в жизни «опиюса» ей было хорошо известно.
— Да есть тут одна такая… актрисулька, — махнула я рукой и развернулась, собираясь уйти, — вернулась недавно из Чехословакии и решила устраиваться здесь. Ищет теперь, как укрепить старые связи.
— Лидия Степановна, а хотите чаю? — взволнованным голоском, но решительно, сказала Мариночка, — Льву Юрьевичу из Въетнама привезли. Очень вкусный. Вы такого никогда не пробовали! А давно она приехала?
Следует ли говорить, что от такого прекрасного предложения милой девушки я не отказалась?
А дома я сказала Римме Марковне:
— Ольгу припугнула, с ее «опиюсом» почти разобралась. Теперь ваш черед, Римма Марковна. Запускайте через Нору Георгиевну весть о том, что Ольга приехала к Быкову. Пусть супруга тоже будет в курсе. Кто как не мы с вами, должны спасти женское счастье этой хорошей женщины?
Улыбка Риммы Марковны была больше похожа на оскал гиены перед прыжком.
Затем я позвонила Леониду.
И ещё раз позвонила — Будяку (ну а что, раз обещал, вдруг чем-то и поможет?).
В общем, как смогла — подстраховалась.
Римме Марковне было велено Светку водить в школу и со школы. И также на все кружки и секции. Она поохала, поахала, но согласилась.
Мы как раз обсуждали, как Римме Марковне совместить походы в школу и на рынок, как в этот момент в комнату влетела Светка. Она раскраснелась, и прямо с порога радостно выпалила:
— Ма! Ба! Можно, я пойду с Толькой и Сережкой «Приключения Электроника» смотреть⁈ Это у нас в летнем кинотеатре!
Мы незаметно переглянулись.
— У тебя нет денег! — моментально вышла из затруднительной ситуации Римма Марковна, — а мы тебе сейчас дать ни копейки не можем, нужно маму Лиду в Москву собирать. А до моей пенсии еще четыре дня.
— А мне и не нужны ваши деньги! — хвастливо воскликнула Светка, — у меня свои есть!
— Где ты взяла? — сразу нахмурилась Римма Марковна, — лучше честно признавайся.
— Так мы с Серёжкой и Павликом собрали бутылки, помыли и сдали. Как раз на билет хватает и даже на мороженное.
Я вздохнула. В этом времени дети не чураются работы, даже такой вот «грязной» и непочётной. Это в моём времени родители практически падают в обморок от отдной только мысли о том, что любимое чадушко будет своими ручками мыть полы в классе. Дотрагиваться до микробов. А ведь мы же мыли! И полы, и окна, и оттирали специальной вонючей пастой (название я уже забыла) черные полоски от обуви на крашеных досках пола. И каждую полосочку нужно было сидеть и по несколько минут вручную оттирать. И так сантиметр за сантиметром. И не дай бог пропустишь какую. Придёт классная руководительница, наорёт и придётся потом всё заново переделывать. А если дома, не дай бог, узнают — так ещё и от родителей получишь. Ой, я представляю, если бы, к примеру, детишек из моего времени отправили на картошку в колхоз! Или металлолом собирать. О том, как мы всем классом перебирали в ангаре гнилой чеснок для колбасного цеха, и потом ещё и чистили его, я даже вспоминать не хочу. Однако же было весело…
— Ну ма-а-ам… — вывела из задумчивости меня Светка, — так можно я пойду в кино? Я уроки уже все выучила.
— А по английскому? — мощной хваткой бульдога вцепилась в Светку Римма Марковна.
— А мне сегодня не задавали!
— Как это так? — удивилась я. — Так не бывает.
— А вот и бывает! Училка сказала, что если я быстро порешаю все задания, и у меня останется время, то я могу и домашку потом сделать. И я поэтому очень быстро все сделала! И домашку тоже!
— Что-то странно… — не поверила Римма Марковна.
— Да там легкотня, — нужно было пропущенные буквы в слова вставлять. — Объяснила Светка и опять спросила, — Так я пойду, да?
Я вздохнула. И вот как ей объяснить?
— Хорошо, Света, иди, — сказала я, — только знаешь что? Мне сейчас тоже на работу надо. Нам по пути. Давай вместе до кинотеатра дойдём.
Светка надулась, но пришлось соглашаться.
Наверное я, в попытке подстраховаться, малость переборщила. Будяку явно звонить не надо было. Он же сразу прискачем, хорошо, что нужно было провести Светку, поэтому я под этим предлогом благополучно отбыла на работу.
Рабочий день давно закончился, но тётя Варя, вахтёрша, меня впустила.
— Есть кто на работе из персонала? — спросила я.
— Как обычно, только директор наш, Аркадьич, до полуночи сидит, и Зойка, как оглашенная, последний месяц постоянно задерживается.
Перекинувшись со словоохотливой старушкой ещё парой ничего незначащих фраз, я поблагодарила её и пошла к себе.
В моём кабинете было всё по-старому, вот только витал слабый запах духов. Знакомых духов.
Вообще, с духами в это время было не то, чтобы очень хорошо, проще говоря, какие-то духи были, а вот хороших, и, тем более разнообразия и выбора — не было.
Я пользовалась импортными, французскими « Lancôme», которые подарил мне Леонид в честь благополучного избавления от необходимости ехать в Албанию. Презент я приняла и теперь наслаждалась знакомым приличным ароматом, которым иногда пользовалась и в том, моём, времени.
Этот же запах в кабинете был тяжелый, сладкий. Так пах «Опиум», но это был точно не он.
Кто-то был здесь в моё отсутствие. Интересно, что тут искали? И кто?
Но додумать мысль мне не дали — буквально через миг ко мне хлопотливым вихрем ворвалась Зоя:
— Лида! — обрадовалась она, — а я уже домой собралась идти. А тётя Варя и говорит, что ты пришла. Так я решила хоть увидеть тебя! Ты же у нас теперь такая занятая, что и не поймаешь тебя! Столичная штучка! Ну расскажи, как там в Москве? Что сейчас носят? Ты кавалера себе завела какого-нибудь?
Еле отбившись от лавины вопросов, я переключила Зою на другое:
— А у тебя как дела?
В ответ Зоя разразилась получасовым монологом о том, как изменилась у неё жизнь после развода.
Я терпеливо выслушала и спросила:
— А на работе что?
— Ой, столько всего, ты не поверишь! — защебетала Зоя.