Жуткие байки (ЛП)

— Да, какой кретин додумается так поступать?
— А кто его знает? Какой-нибудь невежа. Или тот, кто очень напуган. Возможно, у него не хватило духу убить её, и поэтому он просто…
— Эй, держу пари, она — вампир.
— Да, я серьезно.
— Или оборотень. Так и есть. Она — оборотень. Сегодня ночью будет полнолуние. Её семья заперла её, чтобы она не взбесилась и не перегрызла глотки невинным детишкам.
  
Он завыл.
— Кончай это.
— Расслабься, а? — он опустил руку, сжал её правое колено и встряхнул его. — Давай же девочка. Просыпайся. Что с тобой случилось?
Она не ответила, поэтому он тряхнул её немного сильнее, всколыхнув всё её тело. Я поймал себя на том, что наблюдаю за её грудью, затем, как она покачивается под блузкой.
Девчонка застонала.
Моё сердце ушло в пятки. Рука Майка дернулась назад, и он протащил её между прутьями решетки.
Девушка снова застонала, затем медленно поднесла правую руку к лицу. Потирая глаза, как человек, пробуждающийся от глубокого сна, она перевернулась на спину и вытянула ноги.
Внезапно она застыла. Несколько мгновений она лежала неподвижно, затем резко села, откинув волосы в сторону. Выпучив глаза от тревоги, она лихорадочно оглядывалась по сторонам: на клетку, на лес, на нас. Потом все же сосредоточилась на нас, разинув рот. и тяжело дыша.
— Все в порядке, — заверил я её.
Она вскочила на ноги, развернулась и бросилась на дверь. Та лязгнула и осталась закрытой. Клетка немного покачнулась. Она трясла и дёргала прутья решетки, наваливаясь на них всем весом своего тела, борясь, как сумасшедшая в стремлении открыть дверь. Когда ей это не удалось, она повернулась к нам. Её лицо было красным. Она хватала ртом воздух.
К этому времени мы на пару с Майком уже стояли на ногах. Но не отошли ни на шаг от клетки.
— Тебе следует успокоиться, — сказал ей Майк. — Мы не собираемся причинять тебе боль.
Она мотала головой из стороны в сторону, волосы развевались.
— Мы попытаемся вытащить тебя оттуда, — добавил я.
Она перестала мотать головой, но всё еще тяжело дышала. Она держалась за пару прутьев внизу, на уровне бедер, как будто течение или что-то еще, чего она боялась, могло увлечь её к нам.
Хотя несколько прядей всё еще падали ей на лицо, теперь я смог ее рассмотреть. Как по мне, она не отличалась особой красотой. Но была выше среднего. Довольно симпатичная, хоть и не ослепительная.
В некотором смысле я был рад, что она не оказалась такой уж великолепной. Те, кто действительно великолепно выглядят, заставляют меня ужасно нервничать. Я чувствовал себя достаточно неуверенно и без того, чтобы иметь дело с чем-то подобным.
Судя по тому, как она на нас уставилась, можно было подумать, что мы пара монстров Франкенштейна или что-то в этом роде.
Я обратился к Майку:
— Почему бы тебе не вернуться к машине и не найти что-нибудь, чем можно взломать замок?
— Мне?
— Просто сделай это, хорошо?
— Эй, приятель, ты же сам сказал, что она может быть заразной. Наверное, нам лучше выяснить, что здесь происходит, прежде чем попытаться вызволить её.
— Да ладно тебе. Она напугана до смерти. Пойдём оба. Это даст ей возможность успокоиться, — я взял Майка за руку и потянул его. Когда мы начали двигаться вдоль клетки, девушка отступила в дальний угол. — Мы просто возвращаемся к нашей машине, — объяснил я. — Мы сейчас вернёмся. Нам понадобятся кое-какие инструменты, чтобы открыть замок. Хорошо? Всё, что мы хотим сделать, так это вытащить тебя оттуда.
— Да, — добавил Майк. — Мы хорошие парни.
Она не выглядела так, как если бы поверила нам. Она продолжала двигаться боком, спиной к решетке, наблюдая за нами из-под свисающих прядей волос с выражением паники в глазах.
К тому времени, как мы добрались до передней части клетки, она прижималась к задней стенке, там же, где мы сидели на корточках, когда она проснулась.
Мы поспешили прочь.
— Господи, — сказал Майк, — да, она психическая.
— Она просто напугана.
— Откуда нам знать, что она не психическая? Может статься, что она конченая психопатка. Может, поэтому ее сюда и поместили.
— Всё равно мы не можем просто оставить ее здесь. Это однозначно.
— Я ж не об этом говорю.
— А, о чем ты говоришь? — спросил я.
— Только о том, что нам лучше быть начеку.
— Верно. Она ведь может оказаться оборотнем.
— Я не знаю, что она из себя представляет, но нам лучше выяснить это, прежде чем мы ее освободим. Помнишь «Сумеречную зону»? — Майку даже не нужно было описывать мне, какой именно эпизод. Я сразу понял, что он имел в виду. В течение многих лет мы собирались у меня дома, чтобы посмотреть ежегодный марафон «Сумеречной зоны», на котором двадцать четыре часа в сутки транслировались повторы старого сериала. Забавно, что соответствующий эпизод до сих пор не пришел мне на ум.
Лучше бы он мне не напоминал.
Я покачал головой и заставил себя рассмеяться.
— Думаешь, её заперла в клетке кучка монахов? Думаешь, что она сам Дьявол?
— Не будь придурком.
— Ты сам поднял эту тему.
— Разобраться в ситуации — дело принципиальное.
— Её заперли здесь, чтобы оградить мир от её злодеяний?
— А кто его знает? Ты это знаешь? Вот я не знаю. Я лишь говорю, что нам лучше выяснить, что с ней не так.
— Ну, что ж ладно, я полностью согласен.
Примерно в это время мы добрались до джипа. Майк достал монтировку. На одном конце железного стержня имелась головка для откручивания гаек, а на другом — отжимной клин для снятия шины с обода. Я вытащил из рюкзака свой старый бойскаутский топорик, прикинув, что мы могли бы разбить замок на куски, если тот устоит перед монтировкой.
Я решил взять с собой свою походную фляжку и шоколадный батончик. Даже если девушка не испытывала жажды или голода, предложив их, мы бы продемонстрировали ей наши добрые намерения.
Когда я отошел от джипа, Майк занимался тем, что надевал ножны своего ножа фирмы «Бак» на ремень.
— На кой чёрт он тебе понадобился?
— Никогда не знаешь наверняка.
— Это может ее напугать.
— А если мы её выпустим, а она обезумеет и набросится на нас?
— Да, хватит тебе.
— А она может.
— Думаю, такое возможно, да.
— Да это пиздец, как возможно. Я полностью за то, чтобы быть добрым самаритянином и прочее дерьмо, но умирать ради этого не стоит. К тому же ты прихватил с собой чёртов топор.
— Ладно-ладно.
Он застегнул ремень с ножнами, висевшими на уровне бедра. Затем взял в руку монтировку, прежде зажатую между коленями, и мы направились в лес.
— По крайней мере, она не уродлива, — сказал Майк после того, как мы прошли небольшое расстояние. — Я бы не хотел рисковать своей задницей из-за какой-то страхолюдины.
— Вероятно, она безобидна.
— Угу, безобидных всегда сажают в клетки.
Поскольку у меня не было желания продолжить обсуждение того, почему она могла быть заперта в той штуковине, я сменил тему.
— Думаю, нам придется забрать её с собой.
Эта идея, казалось, ободрила Майка.
— У нас только два места. Тебе лучше сесть за руль, а она может посидеть у меня на коленях.
Я ухмыльнулся.
— Эй, это твоя машина. Ты и поведёшь. Кроме того, ты же не хочешь, чтобы у тебя на коленях сидел оборотень.
— Оборотень, похожий на нее? В таких обрезанных джинсах? Без трусиков? Без лифчика? Ликантропия[29], где твое жало?[30]
— Похотливый ты ублюдок.
— О, да, и как будто тебя она не заводит.
— А я выше всего этого.
— Угу, конечно.
Клетка появилась в поле зрения. Мы перестали разговаривать и приближались молча.
Девушка стояла спиной к решетке в дальнем конце, но она не казалась такой напряженной и дёрганой, как раньше. Волосы больше не падали ей на лицо. Она больше не хватала ртом воздух.
— Это не заняло много времени, не так ли? — обратился я к ней.
Она не ответила.