Жуткие байки (ЛП)

Дрожащие пальцы Уильяма выронили спичку.
Свет погас.
— НЕТ! — закричал он. — Не приближайтесь ко мне!
Но они подползали все ближе и ближе. Сухие звуки их волочащихся тел вязли в безмолвной темноте, а громкое щелканье зубов эхом отдавалось в его ушах.
 4 
Не получив ответа на свои призывы, отец Уильяма и мистер Картер решили спустить Маджеда вниз на веревке.
  
Однако мальчишка ничего не слышал и когда спускался в яму. Наконец его ноги коснулись усыпанного гравием пола. Он отвязался от веревки, включил электрический фонарик и обвел им каменную камеру. При виде скрюченных тел, лежащих друг на друге, у него по спине пробежал холодок. Дрожа крупной дрожью от охватившего его страха, Маджед перешагнул через мертвецов и присел на корточки рядом с обнаженным Уильямом.
Он положил руку на мокрую от пота спину своего друга. Уильям съежился и тихо заскулил.
— Я вернулся за тобой, — прошептал Маджед.
Уильям перевернулся на спину и уставился на Маджеда с затравленным выражением на лице.
— Они хотят съесть меня, — выдохнул он.
— Нет. Все кончено. Мы сейчас уйдем.
— Они хотят… — его взгляд метнулся во тьму позади Маджеда.
Тот резко обернулся. Тела, распростертые в гротескных позах, были неподвижны. Он снова повернулся к своему другу. — Они не могут съесть тебя, дружище. Они мертвы.
— Правда? — Уильям сел, вытаращившись на безжизненные тела. — Мертвые? Это точно?
— Можешь не сомневаться.
Внезапно Уильям расхохотался, вскочил на ноги и пнул ближайший труп. Тот перекатился на бок. Уильям нагнулся и внимательно осмотрел его, затем потянулся и оторвал одну из его рук.
— Мертв! — воскликнул он.
Затем отбросил руку в сторону, присел, открутил голову покойника и швырнул ее о стену.
Он ухмыльнулся Маджеду. — Теперь-то он наверняка не сможет меня съесть.
С безумным хихиканьем, Уильям набросился на ближайший труп и с остервенением принялся сворачивать его шею.
Маджед быстро взобрался по веревке. Наверху мужчины помогли ему выбраться из провала в песке. Он жадно хватал ртом свежий воздух.
— С Уильямом все в порядке?
— Он скоро поднимется, мистер Брук. Дайте ему немного времени.
 На испуге 
Селена проснулась, смутно гадая, что потревожило ее сон. Она посмотрела на подсвеченный циферблат будильника. Почти три часа ночи.
Если бы только Алекс был здесь. Как он мог оставить ее одну в такую ночь, из всех ночей — на Хэллоуин! Он прекрасно знал, как она переживала… Что ж, утром он будет дома. Всего через несколько часов.
Сделав глубокий вдох, который, казалось, наполнил все ее тело умиротворяющей усталостью, Селена свернулась калачиком на боку и уткнулась лицом в подушку.
Затем она услышала, как кто-то глубоко вздохнул.
Кто-то под кроватью!
Она напряглась.
«Этого не может быть», — сказала она себе.
Она почувствовала дурноту и поняла, что задерживает дыхание. Она открыла рот, и беззвучно выпустив воздух вдохнула. Но не сильно. Переборщи она немного, и ее грудная клетка может расшириться настолько, что скрипнут пружины кровати. Если пружины заскрипят…
«Ты ведешь себя как дура, — подумала она. — Под кроватью никого нет. Не может никого быть».
Капля пота ужалила ее глаз. Она хотела вытереть ее, но для этого пришлось бы пошевелить рукой. Она не осмелилась.
Там, внизу, никого нет. Недостаточно места. Впрочем, места для чемоданов хватало. Только вчера она вытащила один из них для Алекса. Мужчина не намного толще чемодана.
Селена представила мужчину, лежащего на спине прямо под ней, уставившегося вверх осоловелыми глазами.
Брось это. Засыпай. Селена закрыла глаза и перевернулась на спину. Из-под кровати донесся сдавленный кашель.
Она отбросила простыню в сторону, перевернулась и встала на четвереньки в центре двуспальной кровати. Ее ночная рубашка прилипла к спине от пота.
— Кто там внизу? — Ее голос оказался сухим и хриплым. Она прочистила горло и с твердостью произнесла: — Я знаю, что вы там, внизу. Кто вы такой?
Тягостное безмолвие было ответом на ее вопрос.
— Кто?
Легкий ветерок колыхнул занавеску над ней. Он охлаждал ее мокрое лицо. Она услышала шуршание удаляющейся машины.
— Пожалуйста! Кто там внизу?
Из-под кровати донесся одиночный смешок. По ее спине пробежали мурашки, словно шустрые мохнатые пауки.
— Ведь, это же не ты, правда, Алекс?
Что, черт возьми, заставило ее подумать, что это мог быть Алекс? Потому что он так странно вел себя перед поездкой? Потому что в одну минуту он глазел в пространство, а в следующую вел себя более любяще и внимательно, чем когда-либо за последние годы? Говорят, это верный признак того, что у мужа роман.
Нелепо.
— Это не ты, правда? — спросила она.
Тишина.
— Алекс? — Она начала подползать к краю матраса в попытке заглянуть за него. В своем воображении она увидела руку, взметнувшуюся, чтобы схватить ее. Она попятилась к середине кровати.
Затем услышала стон.
Алекс никогда так не стонал. Никто никогда так не стонал. Никто, кроме тех чокнутых, призрачных немых, которые иногда неуклюже шныряли по закоулкам ее кошмаров.
Может быть, это ночной кошмар.
Не мечтай.
Низкий голос, шепотом произнес: «Се-леееена».
Она услышала собственный всхлип.
Ее глаза блуждали по краям матраса. За исключением спинки кровати примыкающей к стене, за ее краями простиралось море тьмы. Дверь спальни была распахнута, но находилась слишком далеко!
Если бы она смогла добраться до двери, не будучи настигнутой, то за ней последует длинный коридор. Далее лестничный пролет. И, наконец, входная дверь, запертая на цепочку от взломщиков. Но, может быть, если повезет…
Она медленно встала, матрас прогнулся у нее под ногами.
— СЕЛЕНА!
Задыхаясь от испуга, она потеряла равновесие и упала навзничь. Ее плечи ударились о спинку кровати. Голова стукнулась о подоконник, занавеска затрепетала, коснувшись ее щек и век.
Окно!
Выход! Она могла бы прыгнуть в безопасность, избегая ужасной темноты, где ее поджидали руки, чтобы схватить за лодыжки…
Но это было бы падением на землю с большой высоты.
Она вспомнила недавний совет Алекса. «Если ты когда-нибудь окажешься здесь в ловушке из-за пожара или чего-то еще, когда меня не будет, прыгай. Ты можешь сломать ногу, но это гораздо лучше альтернативы. Кроме того, саженцы смягчат твое падение».
Повернувшись, она сорвала занавеску с окна и выбила оконную кулаками. Та с легкостью выпала.
Она протиснулась в окно головой вперед. Деревянный каркас оставался крепким и полным острых краев. Один из них ободрал ей руку.
— Я РАЗОРВУ ТЕБЯ НА КУСОЧКИ! — взвизгнул голос.
Она наполовину выбралась наружу, со страхом глядя на ряды сосновых саженцев далеко внизу, когда ее ночная рубашка зацепилась за подоконник. Она потянула за нее, но не смогла высвободить. Извиваясь и корчась, она скулила и брыкалась, ожидая, что грубые руки в любой момент схватят ее за лодыжки.
— Нет! — воскликнула она. — О Боже, НЕТ!
***
Вскоре после рассвета в спальню вошел Алекс. Он заметил, что на открытом окне отсутствует ширма, увидел занавески, сваленные в кучу на кровати. И он улыбнулся.
Его улыбка погасла, когда он увидел чемодан на матрасе.
Он бросился к окну. Ряды молодых деревьев внизу стояли прямо против ветра, поддерживаемые высокими железными кольями, которые он вбил в землю на прошлой неделе, пока Селена была в салоне красоты. Колья были зелеными и едва различимыми.
Селена не была насажена ни на один из них.
— Проклятье, — пробормотал он.
Что-то пошло не так.
Он открыл лежащий на кровати чемодан. Там был таймер. Как и диктофон. Он щелкнул клавишей.
— Я РАЗОРВУ ТЕБЯ НА КУСОЧКИ!