Группа крови на плече. Кодекс спецназовца
Связь и в самом деле была не очень. Сквозь шипение и треск помех я с трудом довел до Алидина свой план. В ответ узнал, что на месте работает капитан Владимир Викторович Орехов. Это тот самый умный мужик, который каким-то чудом оказался на месте первым. Он уже договорился с дезертирами, чтобы те под честное слово вернуться выпускали школьников в туалет, а обратно с едой. Стоило им выйти, как тут же обновлял информацию о ситуации внутри и всячески убеждал пацанов и девчонок сидеть тихо и не пытаться предпринимать каких-либо действий самостоятельно. Дети, увидев, что вокруг куча милиции, прямо на глазах расслаблялись, и некоторые возвращались чуть ли не с улыбками на губах. Все-таки велика еще вера в силы правопорядка нынче… Куда потом все пропадет?
Выслушав столь отличные новости, я еще раз обратил внимание генерала на недалекость террористов и предложил потянуть время, дав им всяких анкет и побольше. Дескать, для виз надо. Вдруг купятся? Виктор Иванович согласился с предложением и, пообещав передать, отключился.
Попросив пилотов звать меня, если что-то станет известно, я повесил наушники на торчащий под потолком крючок, убрал на свое место кресло и вышел назад в салон. Вид толпы напряженно сидящих мужиков со стаканчиками, наполненными чем-то оранжевым, меня не порадовал. Плохо, этак они перегорят раньше времени. Я свистнул и дождался, пока на меня не уставились все. Обстоятельно пересказал текущую обстановку и, благодарно кивнув одной из стюардесс, принял стакан. Надо же, ананасовый. Явно иностранный. Неплохо Андропова снабжают…
Народ задумался. Все учились в школах и теперь, примеряя все на себя, пытались придумать варианты плана. Но лично я, сколько ни крутил в голове варианты, ничего толкового придумать не мог. Поняв, что еще немного и черепушка закипит, я закрыл глаза и попытался успокоиться. Перед мысленным взором почему-то появилась Яна и строго погрозила пальчиком. Дескать, ни-ни… Даже не вздумай сдаваться. Ты теперь герой! Меня так в семье все в шутку и называли. Жена, теща… Герой, иди картошку чистить. Или, герой, вынеси мусор!
– Товарищ Орлов, проснитесь, вас зовет командир корабля.
Видение родственников исчезло под легкой тряской стюардессы меня за плечо. Надо же, закемарил. Благодарно кивнув, я, потерев ладонями лицо, встал и начал опять пробираться к пилотам.
– Мы сейчас над Казанью, – услышал я, стоило мне надеть наушники. – Вова немного подшаманил, поэтому буквально минут пять назад достучались ЗАСом [1] прямо до Сарапула. До посадки около часа. Работай.
Чтобы не отвлекать от управления, я благодарно тиснул мужиков за плечи и обратился в слух. Кто-то докладывал о проведенных мероприятиях. Пока мы летели, вокруг школы появилось уже тройное кольцо оцепления, подогнали БТР. Внутри был организован госпиталь и пункт переливания крови. Спортзал школы был занят под штаб, где присутствовали все местные шишки. Более того, по приказу Агаркова, все части Уральского военного округа были переведены на повышенную боевую готовность. Я присвистнул – тотальный шухер и готовность к боевой тревоге. А нет, вот какой-то генерал доложил, что в какой-то части ее уже объявили, и теперь вояки отправляются на охрану аэродрома.
Вскоре доклады закончились, и наступила моя очередь. В аэропорту нас уже ждали представители комитета и секретарь обкома партии. А транспорт? Не успел я спросить, как на том конце сообщили, что нам раздобыли «Икарус», причем единственный в регионе на шипованных колесах. В Удмуртии погода дрянь и дождь стеной. Также есть подробный план школы, и теперь постоянно его обновляют по сведениям из штаба. Из минусов: террористы уже стреляли. Правда, пока только в дверь. В штабе нашли отца одного из уродов, подвели к классу. Но сынок, даже не став слушать, заорал про агитацию и высадил несколько патронов в дверь.
Но самым главным плюсом стало то, что мое предложение дать преступникам анкеты прошло, и теперь эти два недоноска оказались перед кипой бумаг, которые им необходимо было заполнить собственноручно. По сообщениям школьников, они заполняли их попеременно, опасаясь одновременно отвлечься. Я тут посоветовал брать некоторые бумаги «на проверку» и через некоторое время возвращать их с пометками, дескать надо поправить, а то с исправлениями не принимают.
Тут же пришла еще информация. Пока выстраивали оцепление, упустили какого-то пятиклассника. Этот шкет, движимый любопытством, подождал, пока все уйдут, потом выбрался на крышу соседнего корпуса и заглянул в окна класса. Террористы испугались и заставили школьников подтащить парты к окнам, плотно зашторились. Вот поймать бы сорванца и уши надрать… Хотя наверняка уже кто-то озаботился.
После брифинга потянулись часы ожидания. Сначала ко мне поболтать подсела Калиновская. Все допытывалась о вьетнамских приключениях, но я был под новым ворохом подписок, поэтому уклонился от разговора. Все прошло успешно, враг повержен и посрамлен, Родина нас не забыла – наградила орденами и медалями. А «Гром» в целом поощрен – целым подъездом в новом доме в Балашихе. Осенью, после того, как будет закончена отделка, буду раздавать квартиры сотрудникам. Разумеется, из первого и второго отделений. Третье и четвертое, из новичков, пока поживут в дивизионных домах офицеров. Посмотрим, может, кто-то из них и отсеется.
– Мне капитан из МУРа предложение сделал… – Лена устала допытываться у меня про Вьетнам, решила огорошить.
– Это какой? – я зевнул. – Чернявый такой? С которым ты танцевала на банкете?
– Он, – кивнула врач. – Заместителем у Арапова работает, вдовец. Есть сын от первого брака. Уже взрослый.
– Ну, если человек хороший, непьющий… – я пожал плечами. – Дело хорошее! На свадьбу пригласишь?
– Ты-то меня на свою не позвал!
– Главное, чтобы ты была готова к его милицейскому графику, – я проигнорировал подколку. – Если он замом у Арапова, то это ненормированный рабочий день. Засады и прочее. Будете на выходных видеться, и то не факт. Знаешь сколько семей развалилось из-за этого?
– Спасибо, помог! – расстроенная Елена отсела, а на ее месте приземлился улыбающийся Незлобин.
Вот кто вообще ни о чем не парится, вот кому никакие убитые американцы во снах не являются.
– Ты у наших раненых в больнице был? – спросил я.
– Хулуаев?
– Да.
– Был. Их в Центральный военный клинический госпиталь определили. Передал посылку, подбодрил новыми анекдотами.
– Какими?
– Ну хотя бы вот… – Огонек посмотрел вверх, вспоминая: – Генерал вразвалочку идет по мосту, смотрит вокруг ленивым взором, и ему на глаза попался солдат. Солдат как обычно в самоволке и хочет проскочить мимо, делая вид, что не замечает генерала. Генерал: «Солдат, твою мать, это что такое?! Почему честь не отдал?!» Солдат: «Согласно статье сто сорок семь устава честь на мосту не отдается!» Генерал растерялся, козырнул и сразу домой. Пришел, полистал устав, нашел нужный параграф, читает: «Солдат должен быть находчив и смел».
Мы посмеялись, я заглянул в иллюминатор – наш самолет пробивал облачный слой. Значит, идем на посадку.
* * *Самолет приземлился в аэропорту Ижевска. Костя сдержал свое слово и доставил даже чуть быстрее. Более того, если судить по волне доносящихся до нас матов, попутно нарушил какую-то кучу инструкций и подкатил нас прямо к автобусу. Не дожидаясь прибытия трапа, мы горохом посыпались из самолета, выстраивая цепочку, по которой наши вещи передавались в автобус. Подавая вещи в люк, я заметил в середине цепочки двух гражданских. Встречающие молодцы не встали в сторонке, понимают, что сейчас каждая минута дорога…
Стоило автобусу тронуться, как Казанова приоткрыл форточку и начал просовывать в нее антенну. Огонек, который остался без привычного времяпрепровождения за рулем, тут же принялся ему помогать, раскручивая какой-то кабель.
Меня же встречающие утащили в конец автобуса, где у них был развернут импровизированный столик прямо поверх спинок сидений. Передо мной тут же был расстелен план этажа и план класса. По нему выходило, что все школьники сидят в углу, а террористы находятся на месте учителя и держат их под прицелом. Ни одно из мест не просматривается снаружи. Класс заперт изнутри. Правда, дверь хлипкая – кто-то уже нашел на другом этаже подобную и попробовал выбить. Говорят, что вылетела от легкого пинка…