Контракт с подонком (СИ)

И он, конечно, дурак, что затеял это все. Но я не хочу, чтобы по нему прилетело всех мощностей Софьи Алексеевны...
Мы словно в одной команде, где мой интерес уже испарился, а его стал острее. Но уже - команда. А своих бросать нельзя.
Наверное, потому и позволяю этой истории развиваться.
Морщится во сне, вжимая кулак в живот.
Ооо... Бедняга. Присев на край кровати, тянусь, чтобы вытащить сырое полотенце из под его плеча.
  
На ощупь ловит мою руку и кладет себе на солнечное сплетение. Прижимает своей сверху.
Покорно сижу, бесстыже разглядывая его красивое тело.
Чувствую, как медленно перемещает мою руку вниз... Ещё ниже... Ещё!
Удивлённо поднимаю брови, наблюдая, как торец моей кисти прикасается к резинке его боксеров. И у него эрекция...
- Тебе одной пощёчины мало? - шлепаю гневно его по животу.
- Оу! - переворачивается, откатываясь от меня.
Утыкается лицом в мою подушку.
- Да в чем проблема, я не понимаю... - сонно бубнит в нее. - Все равно спим вместе, чего не кайфануть?
Во-о-от!
- Нет. И больше не трогай меня! Никогда.
- Да чо я сделал-то?! - поднимаясь, взъерошивает шевелюру.
- У нас договорняк, ясно?
- Громче ори. Не вся прислуга услышала. Придурошная... - падает на подушки, пялясь в потолок.
Выхожу, хлопнув дверью.
Хочется осесть здесь же и поскулить от того, как ноет внутри.
Но я бегом спускаюсь по лестнице. В самом ее конце натыкаюсь на Софью Алексеевну.
- Доброе утро... - хриплю я.
- Лана!
Оглядываюсь.
Выскочив из комнаты прямо в трусах, Макс перевешивается через перила, ища меня взглядом.
Встречаемся глазами.
- Что? - выразительно стреляю взглядом на Софью Алексеевну.
- Люблю тебя! - лыбится он самодовольно.
И смачный воздушный поцелуй.
Вздыхаю.
Придурошный...
  
Глава 20 - Пешки
 
Вот уже несколько дней я чувствую себя племенной кобылкой. И только здравый смысл держит меня в этой клинике. Сама я себе никогда не оплачу ни такое обследование, ни процедуры. И это "во благо". Но...
Но, Данилевские немного ку-ку - это факт.
Немногочисленные пломбы вынуты, вставлены новые, все отбелено и санировано до скрипа, как фаянс! Мне кажется, я могу улыбкой освещать темные аллеи.
МРТ. Повторные анализы крови. Генетик, невролог, гематолог, эндокринолог, дерматолог... Из меня выкачали всю кровь, кажется!
Мне поставили несколько капельниц, что-то влив вместо. Я принимаю какие-то ванны. Мне правят скелет!
Остались гинеколог и повторно окулист.
Но это уже - нет!
И я категорично отказываюсь.
Окулист приходит ко мне сам. Долго уговаривает.
- Мелания, я понимаю про твой негативный опыт с линзами, но все решает цена вопроса, понимаешь? Их делали лично для тебя. В Токио. Сегодня их доставили авиа почтой. Они экстра тонкие, дышащие и у них несколько уровней защиты. Ты будешь постоянно под моим контролем. Бояться нечего! Эти же линзы носит королевская семья...
- Я не смогу их вставлять и вытаскивать! Нет! Это ужасно, они забиваются под веко... Вытащить потом - пытка! А инфекции?!
И сутки меня мурыжат как маленькую пытаясь уговорить то на гинеколога, то на линзы.
Операцию на глаза мне делать отказались. Перед ней надо наблюдаться хотя бы полгода. И чтобы зрение стабилизировалось. А мое падает...
И уже так измучили уговорами, что я готова нажаловаться Максу, а потом сбежать.
В какой-то момент приезжает сама Императрица.
Опираясь на трость, садится напротив меня.
Давит взглядом.
- При всем уважении - даже не уговаривайте! - не выдерживаю я.
- Когда я умру, Максим унаследует такие суммы, которые не сможет ни переварить, ни усвоить. Которые сделают вас мишенями для наследников второго и третьего порядка. Мишенями для бизнес-партнеров. Как ты будешь бороться за своих детей и защищать их, если тебя пугают какие-то... линзы? - вздрагивают с пренебрежением её губы. - Или ты думаешь, Максим станет акулой? Нет... Не надейся. Не та порода.
- Я боюсь ослепнуть. Это уже было.
- А я боюсь больниц, инвалидов и физических дефектов. Но я здесь. Потому что так надо. Тебе не стать ни кем, если ты будешь решать, опираясь на эмоции. Хочешь быть Данилевской - опирайся на расчет и экспертные мнения. Мнение лучших экспертов, что я нашла: лучшее решение для тебя - линзы. Они сделают тебя более полноценной, конкурентной, здоровой. Или ты считаешь себя компетентнее их?
- Нет, не считаю, - подрагивает мой голос.
- Тогда возьми себя в руки. Твои очки причина того, что твое зрение продолжает падать. Если ты боишься ослепнуть, подумай об этом.
Сердце моё стучит от ощущения, что меня насилуют. Но головой я понимаю, что она права.
- Я хотела Максу другую жену.
- Знаю.
- Фигуру из нашей среды. Которая бы усилила его, мотивировала на рост. И сама смогла бы стать сильной фигурой. Не случилось. Случилась ты. Ты - пешка. Как и сам Максим. Но твои дети могут стать фигурами. Если у их матери помимо душевных порывов и страхов, обнаружатся воля и мозги.
Какие дети, боже мой?! Мы сами ещё дети! Что она хочет от Макса?? Он мальчишка! Красивый, накачанный, распущенный пацан.
А я ещё вчера за партой сидела и зубрила стихи.
- Ты не сильна сейчас, но хотя бы имитируй силу, Мелания. Ты становишься частью другого общества, не стоит заходить в него как неполноценный фрик. И опускать этим статус своего мужа. Он и так невысок, увы. Подними его так, как может жена. Выгляди достойно, дорого, безупречно. Что касается гинеколога...
- Я попробую надеть линзы! - перебиваю я Софью Алексеевну. - Но тема гинеколога не обсуждается. Не обсуждается даже с вами!
Дёргает надменно бровью.
- Невинности с тебя никто не требует. Врач проверит здоровье.
- Нет.
- У тебя может быть дефект матки или яичников.
- Мне сделали МРТ. Мне сделали анализ крови. Этого достаточно. В остальном - "мое тело - мое дело"!
- Причина?
- Простая. Я не хочу! - чеканю я, лицо моё подрагивает. - И никому не позволю... нарушать моё... трогать меня... Нет! - брезгливо встряхиваю кистями.
- Ты была изнасилована?
- Что? - распахиваю глаза обескураженно. - Н-нет...
- Значит, ты невинна.
Вдруг с пониманием констатирует она.
- Удивительно… - поджимает губы.
Не нахожу, что сказать.
- Прошу прощения, Софья Алексеевна! Мне пора.
- Сядь! - тяжело.
Послушно оседаю на кровать под тяжестью ее голоса.
Поджав губы, разглядывает меня.
- Кто тебя назвал "Меланией"?
- Я не знаю. Альбиносов часто называют необычно. Снежанами, Ангелинами, Меланиями...
- Может быть. Я хочу, чтобы ты прошла тестирование на полиграфе.
- Это ещё зачем?!
- Убедиться, что ты не имеешь скрытых намерений. Весь персонал проходит детектор. Если тебе нечего скрывать...
- Я - не персонал.
Уходит. Не прощаясь. Этикет - вещь избирательная, да?
Это все заходит в какие-то необратимые сферы. Но ведь мы уже женаты и просто отменить свадьбу нельзя. Свадьба - это всего лишь представление.
Какие ещё суммы? Какие дети? Какие мишени??
Моя голова кружится.
Я набираю Макса.
- Привет, гусеница. Как твои крылья?
- Мне кажется, мы немного перешли границы. Я хочу остановиться, наверное.
- Ааа... Императрица приезжала рассказывать что весь мир может лежать у твоих ног, стоит только напрячься и родить рой наследников? - цинично. - Не смей съезжать. Ты прекрасно держишься! Я обещаю тебе, что никого рожать мы не будем.
- А как это тогда зафиналится, Макс? Я не понимаю...
- А зачем финалить? Меня все устраивает. Когда Софья Алексеевна покинет нас в силу возраста, мы тихо разведемся.
  
Да она двадцать лет ещё проживет!
- А если я... влюблюсь? Если появится человек, который полюбит меня?