Замуж второй раз, или Еще посмотрим, кто из нас попал!
Единственный выход – проявлять спокойствие и разумность, показывая всем окружающим, что я очень хочу замуж. Когда я стану супругой этого высокородного аррха, меня однозначно защитит его имя.
Конечно, я надеялась, что вернусь в свой мир раньше, но если нет, предстоящая свадьба не пугала меня. Пусть еще попробуют чем-то удивить современную женщину после четырнадцати лет брака.
– Ладно, могло быть и хуже, – сказала себе, чтобы подбодрить. Но действительно – ведь могла бы очутиться на улице в какой-нибудь подворотне, без денег и понимания, что происходит. Крыша над головой есть, голодать не буду, и в перспективе брак с местной крутой шишкой.
Душу отравляли мысли о дочери. Машуня, как она там? Вдруг эта Анника очнулась в моем теле? Как себя поведет? Ей я не завидовала – очнуться постаревшей на шестнадцать лет, замужней и с дочерью, которой девять. И пусть фигуру я после родов практически сохранила и слежу за собой, но не восемнадцать лет, не восемнадцать. В ее возрасте увидеть себя повзрослевшей женщиной… Брр!
Но тем лучше. Может, испугается и быстрее проведет обратный ритуал. А если нет, сама докопаюсь, как она это сделала, и вытурю поганку из своего тела. Идиотка малолетняя! Я даже в ее годы на такую авантюру никогда бы не пошла. Решала бы проблемы, а не сбегала от них.
Подумать только, она из дома сбежать собиралась! И куда? Прямой путь оказаться изнасилованной, в борделе или прирезанной из-за денег.
Очень страшно за дочку… Муж понятия не имеет, чем кормить, как делать с ней уроки, хорошо хоть у нас каникулы на носу. Отвезет на неделю к своей матери, ничего страшного, свекровь у меня мировая, а потом придумают, как быть. Машуня уже не грудное дитя, а в четвертом классе, десятый год идет. Надеюсь, этой Аннике хватит ума не испугать моего ребенка и не загреметь в психушку.
От последних мыслей настроение совсем испортилось. Вот это я попала в передрягу!
Но тут вернулась с подносом Ирида, и не осталось времени киснуть. Хоть аппетит и пропал, я принялась за еду. Нужны силы, чтобы выстоять против всего, что меня ждет.
Глава 2
Последующие дни показали, что дела обстоят скверно. Я могу читать, понимаю несколько языков, но когда начинаю писать – ступор. На русском – пожалуйста, а сознательно писать на форгасском не получается. Слова из книги переписать могу, понимаю их значение, а вот написать их самой и правильно составить предложение – нет.
Я ничего не знаю об окружающем мире, профан в этикете, бессознательно наиграть на рояле что-то могу, но как только задумываюсь, как это делаю, – опять ступор. Танцевать местные танцы не умею.
Винцент Розердоф мрачнел все сильнее, обнаруживая пробел за пробелом в воспитании благородной леди. Я серьезно опасалась за свое будущее. Лорд Дарстен ожидает, что получит образованную жену, а не бестолочь. Все же пансионат, где я воспитывалась, считается одним из лучших. Пусть меня и сослали из дома, но на образовании не экономили. А тут, получается, все зря.
Мне приходилось извиваться ужом, напоминая отцу об выгодах предстоящего брака. Наверное, будь мои сводные сестры постарше, он бы меня без сожаления заменил. Но деваться ему, как и мне, было некуда – договор между семьями подписан. Если я замуж не выйду, родные Анники засунут меня в такую дыру, из которой я если и сбегу, то с большим трудом. Зато если свадьба свершится, обрету высокое положение в местном обществе. И оставалось надеяться, что у этого аррха дома хорошая библиотека. Может, удастся найти полезную информацию.
Аделию и Сисиль обучали дома. С моей подачи отец Анники нанял дополнительных учителей, как бы для них, но приказал заниматься пока только старшей дочерью. Они сейчас впихивали в меня всевозможные знания, начиная от истории и географии и заканчивая уроками танцев и этикета.
Я всеми силами демонстрировала энтузиазм и желание учиться. Благо хотя бы учителя меня хвалили и поражались количеству усваиваемой информации. Ха, после студенческих лет, когда в последнюю ночь готовишься к экзамену и зубришь весь пройденный материал за семестр, мозг уже заточен на усваивание больших пластов информации. А эти умники даже теорию подвели, что раз я потеряла память, то в голове освободилось много свободного места, поэтому и демонстрирую такие успехи.
Предстояло еще обучиться верховой езде. Меня пока не допускали после травмы головы, но в планах и эти уроки стояли. Аристократкам положено. Например, сестры уже хорошо держались в седле, даже младшая ездила на пони. Но сблизиться с ними у меня не было времени, да я сильно и не стремилась, чтобы не травить душу воспоминаниями о собственном ребенке. К тому же ели они отдельно, в детской, а в остальное время я пропадала на занятиях, впитывая информацию о мире.
Помимо этого я обыскала всю свою комнату, но никакой книги не нашла. Мачеха ко мне пока больше не лезла, но косилась подозрительно. Поверила в мою амнезию, видно, слишком разительно отличалось мое поведение от прежнего, но не отметала полностью сомнений. Было бы легче, имей я хоть какое-то представление, что ищу, а так тыкалась словно слепой котенок.
Хорошей новостью стало то, что магия здесь действительно существует. К отцу Анники пришел управляющий имением, и я случайно услышала их разговор о том, что стоит пригласить из города стихийника, чтобы вызвал дождь, посевы сохнут. А на день моей свадьбы, наоборот, сделать заказ на хорошую погоду, ведь любые осадки могут испортить торжество.
Учителя данной темы еще не касались, но я вцепилась в них клещом, выспрашивая подробности. Оказывается, магистр – это не ученая степень, как я думала раньше, а обращение к магу, закончившему школу магии. Существовали артефакты определения искры магии в человеке и ее предрасположенность. Любой желающий мог прийти в городскую администрацию и проверить себя на способности, обычно они проявлялись в момент полового созревания. И тогда счастливчика ждало обучение за счет государства и распределение на хорошо оплачиваемую работу после.
Но вот засада, женщин магии не обучали, просто ставили на учет, отмечая предрасположенность дара. Знатного рода или нет, но у них появлялся прекрасный шанс улучшить свою судьбу посредством удачного замужества. Маги жен подбирали себе из одаренных девушек, и предпочтительно, чтобы направленность дара совпадала.
Селекционеры, блин! Я даже не удивилась последующим словам о том, что в последний век рождение одаренных детей стремительно сокращается. Так и хотелось сказать о важности вливания свежей крови. Женились бы лучше по любви, и больше толку бы выходило.
– Быть магом престижно и почетно, – вещал учитель, – но войны и низкая рождаемость существенно сократили количество магов в королевстве. Лет тридцать назад прежний король Филипп Завоеватель даже издал указ, что каждый маг до сорока лет обязан жениться и завести ребенка, иначе потеряет свою должность или пост. Ну, если не предоставит заключение от целителя о своей несостоятельности как мужчины.
Мне подумалось, что с такой формулировкой желающих бежать к целителю за справкой находилось мало. И тут осенило! А ведь моему жениху уже тридцать восемь. Часики тикают? Может, он поэтому на мне и женится?
Почувствовав охотничий азарт, я невинно поинтересовалась:
– А у меня магия есть?
– Это должно быть отображено в ваших документах, или знает ваш отец. Хотите, можем проверить.
– У вас есть артефакт измерения?
– У каждого учителя, работающего с детьми, он должен быть. Конечно, не такой точный, какие хранятся в городских управах, но существование и направленность дара определит.
Учитель полез в свой портфель и бережно достал небольшую черную коробочку. Открыл ее, и я сунула нос поближе. Дно коробочки было выложено разноцветными кристаллами в форме ладони, а с внутренней стороны крышки крепился циферблат со стрелкой вроде часовой. Только вместо цифр он был разбит на сектора, окрашенные в цвета радуги.
– Кладите руку.