Аруна (СИ)

Там, внизу, в практически речной долине, комаров, которые в изобилии водятся в подобной местности, оказалось намного больше, нежели на взгорке.
— Такой большой костёр развели ещё и потому что здесь кусачих гадов немерено, — зло прошипела я и получила предостерегающий взгляд Стейна. Захлопнув рот, почесала укушенные во многих местах руки, тут я расслышала ржание коней. О-па, у первого лагеря этих животных я не заметила. Хотя вполне может статься, что они паслись чуть поодаль.
Стейн сделал знак рукой и мы пригнулись к земле. Мою магию было решено беречь любыми способами. И вот мы вдвоём медленно ползём в сторону огня, прикрываясь пышными зарослями. Часовые сидели напротив входа в пещеру, которая, в свою очередь, располагалась неподалёку от камышовых зарослей. Орк, ползущий впереди, подался в них (в заросли), ибо лучшего укрытия нельзя было и придумать. При этом он продемонстрировал настоящее мастерство в искусстве подкрадываться: нужно было пройти незамеченными сквозь стену высоких и тонких камышовых стеблей и не издать ни единого шороха. Нельзя было позволить растениям шелохнуться, поскольку это сразу могло нас выдать. Стейн решил вопрос оригинально: расчищал себе путь, срезая острым ножом растения, и выходило у него это красиво, даже излишне заботливо. Все это происходило так бесшумно, что даже я никак не могла уловить звуки падающих срезанных стеблей. Мастер. Я глянула на его затылок с большим уважением, чем несколькими минутами ранее.
Таким образом наша парочка и приблизилась к остроухим. Мы залегли рядом, прислушались. Но часовые молчали, через четверть часа терпеливого ожидания один из них широко зевнул и огляделся по сторонам, стараясь отогнать сонливость, второй же продолжал бездумно гипнотизировать танцующий огонь в костре и веки его в итоге настолько отяжелели, что вот-вот и они плотно сомкнутся.
Всё складывалось даже удачнее, чем мы предполагали. Кроме часовых в лагере, более никого видно не было.
Предрассветные часы самые сладкие, самые желанные — сопротивляться сну в это время очень сложно. И один из эльфов в итоге не выдержал: глаза его плотно закрылись, а второй, заметив это, завистливо ощерился, черты его прекрасного лица исказились, превратившись в неприятную до отторжения физиономию. Остроухий ловко, одним плавным движением, поднялся на ноги и с особым наслаждением собрался было разбудить товарища, но ему не дали: Стейн, я глазом моргнуть не успела, материализовался позади часового и, сдавив тощую лебединую шейку оного, треснул его в висок. Тело врага тут же обмякло, орк мастерски тихо уложил тушку ушастого на землю и переключился на заснувшего. Я отвернулась, потому что в этот раз Стейн использовал кинжал. Едва слышный, приглушённый хрип дал понять, что дело сделано. Не дожидаясь приглашения, я вышла из зарослей и мы, не задерживаясь, нырнули в тёмный зев пещеры. Орк-напарник прихватил горящую головёшку из костра, поэтому мы не боялись оступиться.
Я уже знала, где содержат всех пленников, ноги сами понесли меня в дальний проход. По времени мы успевали: перед началом "операции", когда орки поняли, что лагерь эльфов разбит рядом с рекой, а наша разведка это подтвердила, было решено сделать всё по-тихому. То есть Анс уговорил всех не рисковать лишний раз, обождать с местью, аргументировав это неравными силами.
— Лучше скрутить гадов, когда мы будем многочисленнее и более подготовленными, чем сгинуть в этом всеми богами забытом месте, без шанса на отмщение, — тогда сказал он, весомо рубанув ручищей воздух.
— Вход в пещеру очень удачно расположен у густых зарослей водной травы. Это невиданная удача и возможность спасти пленников без шума и драки, — поддержал его Стейн, ходивший со мной на разведку.
Орки тогда поворчали, позыркали на них недовольно, но всё же согласились. И если бы мы не смогли устранить часовых в течение часа в действие вступил бы первоначальный план: неожиданное нападение с разных сторон, с целью отвлечь внимание, чтобы мы могли беспрепятственно достигнуть цели.
 
Стейн, чуть пригнувшись, прошёл в ещё одну пещеру и, подняв ветку повыше, высветил в неровном свете огня измождённые лица многочисленных пленников. Их здесь было гораздо больше, чем в том первом лагере. И в этот раз кого только тут не было, я даже опешила на миг от такого разнообразия лиц (впрочем и пленники, проморгавшись, уставились на нас не менее шокировано): люди (их узнать не составило труда, сама всё ещё ощущала себя человеком больше, чем орчанкой); невысокие, но и немаленькие безбородые гномы, тройка помятых с синяками на физиономиях орков и... да-да, эльфы, тоже с фингалами под глазами, только у этих ушастых волосы были чёрными, а не белыми, с серебристыми хорошо заметными нитями.
Мой напарник прижал палец к губам, чтобы молчали и подошёл к крайнему из них, вынул из заплечного мешка инструменты и принялся за работу. Я застыла у входа, разглядывая незнакомцев, Стейн шикнул и я опомнилась, нашла время пялиться, и, развернувшись, принялась следить за входом в основную пещеру.
— Кто вы? — до меня донёсся чей-то едва слышный шёпот.
— Мы пришли вас освободить. Как только сниму цепи, не шумите и не спешите. Слушайте меня, если хотите жить... — я на миг обернулась и заметила, что слова напарника прошли мимо сознания измученных людей и нелюдей, в их глазах медленно, но верно разрасталось пламя мести, — кто хочет помереть, так никому и не отомстив, может начинать шуметь сразу, как выберется за пределы пещеры. Только помните — бесславно сдохнуть хуже, чем прийти подготовленными с шансом взять гадёнышей живьём, — кажется, его слова несколько отрезвили пленников.
— Мы поняли тебя, Орк.
  
Глава 42 
 
Пленники замерли позади нас со Стейном. Они всё же следовали приказам орка, который взял руководство "операцией" на себя. На меня бросали заинтересованные взгляды и на мерцающие амулеты тоже. Особенно на них. Один из гномов и оба темноволосых эльфа чуть ли не дырку просверлили в моём затылке, а после и на амулетах.
— Ты маг? — решился гном, симпатичный юноша приблизительно моего возраста и невысокого роста, с забавными чуть свёрнутыми в трубочку ушами. — Орки не могут быть магами, — тут же припечатал он хмуро.
— Ну раз не могут, то я не маг, — безразлично пожала плечами я.
— Откуда у тебя эти артефакты? — подал голос один из эльфов, никак не отреагировав на мой ответ.
— Подарок, — оглянулась я на него.
Стейн шикнул на нас недовольно и отвернулся. Я подвигала бровями, прижав палец к губам, и тоже сосредоточилась на освещённом лунным светом лагере. Но меня и не подумали оставить в покое, гном и тот самый эльф приблизились максимально близко и зашептали чуть ли не в самое ухо:
— Тот, кто подарил тебе их, сможет разомкнуть эти браслеты? — и оба подняли руки и на тонких, но жилистых запястьях тускло сверкнули «украшения».
— Не знаю, возможно, сможет, — ответила я. — Спросите у него при встрече. А теперь давайте помолчим.
— Мы маги, — вот достали! — если он слышит сейку, то есть шанс, что сумеет снять ограничители.
Как интересно! Я с большей заинтересованностью глянула на их браслеты, в этом мире и такие артефакты есть, хотя, ничего удивительного — это же мир магии. Я в мире, где возможно всё. Наверное. Узнать об этом смогу лишь изучив его (мир) глубже и детальнее.
— Я вам в этом помочь никак не смогу, — повторила я, — потерпите немного.
— Теперь вы, — донёсся до меня негромкий приказ Стейна, и ещё одна троица пленников "выпорхнула" наружу. Остались брюнеты—эльфы, гном, я и орк-напарник.
Стейн кивнул нам и мы подошли к выходу из пещеры. Три силуэта мелькнули за углом скалы, наше ожидание продлилось ещё секунду, и орк скомандовал:
— Готовы? Вперёд.
Остроухие и юноша-гном бесшумно скользнули наружу, прижимаясь к стене, стараясь находиться в тени. Набежавшие плотные облака помогли нам необыкновенно.
— Аруна, — шепнул напарник, когда мы остались вдвоём, — держись меня, далеко не отходи.