Аруна (СИ)
— Бери круто от тропы налево, — сказала Райла, — я знаю ещё один спуск, только идти около часа придётся. А крупу можем припрятать среди камней у спуска.
— Да, так и сделаем, — мы, посовещавшись, решили не оставлять зёрна в вигваме, мало ли, кто-то может захотеть нас обворовать, с этих орков станется.
Шли и молчали, прислушиваясь к звукам леса. Я уже знала, что всё самое ценное в основном растёт в тёмном лесу. По словам мамы там сосредоточено гораздо больше магической энергии. Мне очень сильно хотелось попасть в такую загадочную Тёмную часть Великого леса, но пока я не имела ни нормального лука, ни даже крепкого копья, а без оружия там делать нечего.
Добравшись до обрыва, нашли между двух валунов пустое пространство, и, прежде чем положить туда нашу корзинку, потыкали в тёмную расщелину длинной палкой, опасаясь сюрприза в виде змеи. Затем спрятали туда корзину.
— Вот за этими кустами спуск, он достаточно крут, но если будем идти след в след, то шею не переломаем.
— Хорошо, — кивнула я и, поправив заплечный самодельный мешок из старых, прохудившихся шкур, шагнула было вперёд, но мама мягко придержала меня за плечо и с улыбкой в глазах сказала:
— Нет, первой пойду я.
Глава 12
Прежде чем отправиться вниз, вгляделись вдаль. Не заметить множество двигающихся тёмных точек на горизонте мог бы лишь плохо видящий, к счастью, моё зрение в этом мире было стопроцентным.
— Стадо бизоков, щиплют траву, перемещаются медленно... хмм, где-то через три дня дойдут до этой части долины, — прикинула Райла. — Таак... сейчас...
Женщина вынула из своего заплечного мешка длинную тонкую верёвку, сделала большую петлю и обвила им один из крупных валунов, другой конец скинула вниз.
— Крепкая, не волнуйся, пропитана смолой, и будет нам подспорьем, вот увидишь. Взяла у Инджи на пару дней.
А я ведь даже не подумала об этом. Молча обняла Райлу:
— Чтобы я без тебя делала, мама, — тихо сказала ей, женщина улыбнулась и просто кивнула:
— Пойдём.
Спуск в долину, что пролёг между двух частей Великого леса, занял у нас очень много времени. Мама буквально на каждом шагу замирала и к чему-то прислушивалась. Склон был крут, ужасающе крут, но гораздо безопаснее всех других мест, что я до этого видела. И очень сильно помогала верёвка, предусмотрительно прихваченная Райлой.
Всё когда-нибудь имеет свойство заканчиваться, вот и наш путь практически подошёл к концу, осталось преодолеть все-то несколько метров. Тело нещадно ныло от напряжения, мне хотелось ускориться и уже прекратить эту пытку.
Мама сделала шаг вперёд, так же как я, наверное, спеша оказаться внизу и, видать, всё же чересчур поторопилась: камушек вылетел из-под её мокасины, женщина, вскрикнув, взмахнула руками, как птица, зачем-то отпустила верёвку... и ухнула вниз.
Недолго думая, рванула следом, догнала, обхватила Райлу за талию и невероятным образом извернувшись, заскрежетав зубами от натуги, полетела вперёд спиной. Падение было недолгим, а встреча с землёй неприятной и болезненной. Вдобавок ко всему сверху на меня рухнула крупная орчанка — искры из глаз так и посыпались. Дух буквально вышибло, а затылок взорвался от ужасной боли.
— Доченька родная... — словно издалека до меня донёсся голос матери.
— Аруна! — Райла заглядывала в моё лицо, слёзы текли по её оливкового цвета щекам, — прости меня, прости! Зачем ты кинулась меня ловить? — тут же наезд и снова: — ох, прости меня!
— Мама, — простонала я, — всё в порядке, только болит спина и затылок. Ты сама как? Цела?
— Погоди, у меня настойка из кариллы с собой, вот, возьми, выпей. Как можно больше. А я цела, что мне станется-то? Не нужно было меня хватать, тут невысоко уже, ничего не было бы! — говорила она суетливо, явно всё ещё за меня переживая.
Женщина помогла мне сесть и, отвязав от пояса потёртый бурдюк, приложила его к моим губам, я тут же сделала большой глоток мерзкой тёплой воды с каким-то дополнительным странным, неприятным привкусом.
— Посиди вот тут, в тенёчке, нужно подождать, пока подействует настойка, — приговаривала женщина, — а как отпустит, пойдём в стойбище, к Вите.
— Нет уж, — упрямо выдвинув подбородок, возразила я. — Сначала дело, потом всё остальное. Кости целы и ладно.
Райла вгляделась мне в лицо и медленно кивнула, видать не захотела со мной спорить.
Я сидела, привалившись спиной к прохладному камню, холод облегчал боль в теле, а через десяток минут пульсация в затылке стала едва ощутимой. Полегчало.
— Синяком отделаюсь, — улыбнулась я, стараясь успокоить мать, глядевшую на меня широко распахнутыми от волнения глазами.
— Ладно, мама, нам пора, — добавила я, поднимаясь. Выпрямившись чуть покачнулась, но успела схватиться за камень. — Давай поторопимся и так времени много потеряли.
— Хорошо, — согласилась со мной женщина, подхватившаяся меня придержать, но я мягко убрала её руки.
— Мне действительно гораздо лучше. Пойдём.
Место для волчьей ямы выбирали тщательно, взвешивая все за и против. В итоге решили вырыть её приблизительно в центре долины.
— Тут точно кто-то пробежит или пройдёт. И да, придётся работать вот с этим... Скиффэ Инджи мне не дала, правила стойбища нарушать не следует, — пробурчала мама, вынимая из моего "рюкзака", заточенный с одного конца плоский камень. Я поморщилась, лопату (на местном скиффэ) бы нормальную, но металл выдавался только мужчинам и женщинам, жившим в полноценных семьях. Нам сие богатство было не положено.
— По очереди, — предложила Райла и, сев на колени, приступила к рытью земли, покрытой густой молодой зелёной травой. — Нам нужно только, чтобы животное переломало ноги, — вздохнула Райла, явно не одобряя мой план, но раз уж согласилась, то была настроена помочь до конца.
Очертив прямоугольник, удовлетворяющий нашим планам, принялась копать. И дело шло вполне споро, пока мама не прорыла ямку сантиметров десять вглубь.
— Не идёт, — пропыхтела она, отирая пот, лившийся градом по её лицу. — Никак не пускает.
— Давай я, — протянула руку, взяв "инструмент", продолжила работу. И р-раз! И два! Всё шло необыкновенно легко. Словно то не земля каменной твёрдости, а рыхлый песок.
— Ничего не понимаю! — воскликнула обычно спокойная женщина, прижав ладони к щекам. — Что это? Да как это?
— Магия? — предположила я вслух, остановившись и с любопытством оглядывая дело рук своих. Если и дальше такими темпами пойдёт, то я за день справлюсь с поставленной задачей, а то и раньше.
— Аруна, — прошептала женщина, схватывая меня за обе руки, и дёргая на себя, стараясь привлечь моё внимание к себе. — Ну-ка, родная моя, я, конечно, в своей жизни видела только одного мага, и то он был огневик. Но приблизительно знаю, как проверить.
Я вопросительно на неё посмотрела, а она, усиленно о чём-то размышляя, всё крепче сжимала мои запястья, причиняя боль.
— Мама, — поморщилась я, и та, опомнившись, охнула, и погладила потемневшие от её пальцев следы на моей коже.
— Прости, девочка моя. Переживаю очень. Если всё так, как я думаю...
Она снова замолчала, невидящими глазами уставившись вдаль.
— В общем, — встряхнувшись, женщина словно приняла какое-то для себя решение. — Ты должна каким-то образом почувствовать, что земля живая.
— Эээ, — недоумённо уставилась я на неё, и как попугай повторила вслед за ней: — Каким-то образом почувствовать, что земля живая?
— Да, всё правильно. Если подумать, то земля ведь и в самом деле живая, она нас кормит... в ней столько жизни, ты должна ощутить это. Барон говорил так про огонь, что-то вроде "ощутить биение жизни в пламени". Он всё мечтал, что в его семье родится наследник маг, и как он будет учить его овладению магией, но у него все дети оказались бесталанные, даже от любовниц... Так, не о том сейчас речь. Давай, пробуй. До вечера ещё уйма времени, хоть весь день тут просидим, но ответ узнаем.