Лед в языках пламени (СИ)

В глазах друида читался вопрос. Я хотела уточнить, но Вэй меня опередил.
– Вполне возможно, – Вэй нахмурил брови. – А почему ты спрашиваешь?
– С Иреном что-то не так. И это нечто большее, чем просто ревность. – прикусила язык, ругая себя за несдержанность. Зачем вообще Вэю наши проблемы. Он проснулся через пятьдесят лет и ни одного близкого рядом.
– Когда ты заметила изменения? – Вэй внимательно на меня смотрел, ожидая ответа.
– Когда мы ступили на прок… твое поселение были незначительные изменения, но после тех чар стало намного хуже. – приложила руки к глазам, надавливая на них, чтобы не дать волю слезам. – Словно это и вовсе не мой Ирен.
Вэй кивнул и осмотрелся, после чего молча ушел.
– Ну вот и поговорили. – прошептала одними губами и подошла к стопке чистой посуды.
Вэймин
– Эмма! Что происходит с твоим внуком? – присел на бревно рядом со старухой и прошептал на ухо, чтобы никто не услышал.
– Мне это тоже интересно. – прошептала Эмма, даже не взглянув на меня.
Проследив за ее взглядом, понял, что она буравит взглядом своего внучка и все сильнее хмурится, а Ирен тем временем спокойно поедал похлебку и поддерживал ничего не значащие разговоры, время от времени громко смеясь.
– Что с тобой? – дождавшись пока женишок ангела отойдет от толпы, прижал его к бочке с талой водой, от чего она опасно пошатнулась.
Ирен смотрел на меня с превосходством, будто только этого и ждал. Пробубнил себе что-то под нос, оттолкнул меня и закружил снег, чтобы прыгнуть подальше от меня.
– Черт! – ударил кулаком в снег, превращая его в лед, отчего он пошел трещинами, открывая взгляду каменные плиты.
Ирен
Остановившись перед созданным Ренатой куполом сжал кулаки, чтобы не разнести здесь все к Подземному.
«Разбей! Разбей здесь все!» – булькающий голос прорывался сквозь сознание и с каждым днем мне было сложнее его сдерживать.
Сжал голову руками, чтобы отгородится от навящивого голоса, но он, издеваясь, звучал все громче, выедая сознание и подминая под себя мою волю.
– Ирен? – испуганный голос Ренаты вернул меня к реальности, но стоило только повернутся, как сцены разговоров и улыбок с долбанным Высшим вставали перед глазами, дорисовывая реальность сценами измены.
Рената уверяла, что все хорошо, но недавно они снова разговаривали. Не хочу злится, но понимаю, что если не выпущу пар, то демон сожрет меня.
Схватил Ренату за руку и выволок под купол, где уже стояла созданная мной кровать.
– Больно. – девичий визг резанул по ушам и мою руку тряхнуло.
– Милая моя. – вырвалось из губ, но я не узнавал свой голос. Через слова просачивался яд, а сознание затуманилось, пробуждая дикие желания.
Я видел, как изменилось лицо Ренаты. Ее испуг отразился в глазах, хоть она и старалась выглядеть сильной.
«За что ей бояться? Может она что–то скрывает?»  – прошелестело в голове и ярость с новой силой накатила. Сдерживать себя стало в разы сложнее, и сила начала выходить наружу, осыпаясь к ногам пушистым снегом.
– Что с тобой? – Рената рывком дернула свою руку и вырвалась из моего захвата, приложив руку к запястью, остужая его.
Не в силах ничего ответить, подошел вплотную и повалил Ренату на кровать. Милая моя, нежная и хрупкая, но сколько в тебе силы, любовь моя. Высший прав, ты ангел и меня бесит, что это он разглядел в тебе эту красоту.
– Ты моя. – прошептал властно и с жадностью поцеловал.
Грудь любимой прижалась ко мне, и я перестал сдерживаться, а в следующий миг мои руки опустились ниже, чтобы поднять подол платья. Треск ткани на мгновенье отрезвил, но увидев Ренату во всей красе припал к ее нежным губам и забылся в бушующей страсти, колоколом отбивающей по венам, разгоняя горячую кровь.
Выпустив пар, откатился на бок и привычно прижал любимую к себе. Рената послушно придвинулась, но ее тело было напряжено.
Противный голос шептал о моей несостоятельности как мужчины, но я понимал, что дело в другом. Понимал, но не мог признаться в этом даже самому себе.
 
– Любимая. – прошептал в шелковистые волосы и отключил сознание. Единственное спасение от отребья Подземного мира.
Рената
Проснулась от странного гула. В груди ныло, а голова кружилась от недосыпа.
Приподнявшись на кровати, заметила на груди синяки и прикрыла глаза, мысленно посылая лед охладить жар и снять следы. Я не была лекарем, поэтому получилось не очень, но зато грудь больше не болела.
Осторожно сняла с живота тяжелую руку и выскочила из кровати, чуть не упав головой вниз, запутавшись о мужские ноги.
Ирен закопошился и сонно на меня посмотрел. Оставшиеся крохи сна ушли, как и надежда. Мои руки опустились, и я присела на кровать, еле сдерживая подступающие слезы. В глазах двоилось, но я потянулась к голове любимого, чтобы тут же отдернуть руку, как от огня.
– Когда? – севшим голосом спросила и соленая капля все же упала на мои оголенные ноги.
– Это не я. – в глазах Ирена читалась мольба. Он надеялся, что я ему поверю и я кивнула, ожидая худшего.
Ирен потер глаза и провел руками по своим волосам. Корни стали темнее: не сильно, но заметно, а это могло быть одной из двух причин.
– Когда мы подходили к проклятому городу я что-то почувствовал. – начал Ирен внимательно глядя на меня, подмечая мои реакции на откровение. – Сначала не принял значения, думал это влияние проклятой земли, но после чар захвата сознания эта тварь вырвалась наружу.
Ирен побледнел и сжал зубы. Обычные слова вызывали у Ирена боль, и я ее почувствовала, отчего мое сердце стало биться чаще.
– Я знаю, что это конец для меня, Рената. Сам себе не признавался, что стал… – Ирен крепко закрыл глаза и я взяла его за руки, пытаясь поддержать.
– Ты знаешь, кто он? – намекнула на демона в его сознании. Ирен отрицательно покачал головой. – Нужно рассказать Эмме. Она знает, что делать.
– Моя бабушка много чего знает, но также ей известно, что от этого нет лекарства. Только…
– Не говори так! – воскликнула, вскакивая с кровати и оглядываясь в поисках мешка. Хотелось идти к Эмме прямо сейчас, но не думаю, что ей придется по вкусу мое обнаженное тело. – Мы что-нибудь придумаем.
Сделала вид, что не услышала горький смех, развязала магмешок.
Достав первый попавшийся наряд, который состоял из свободных штанов и длинной туники с лентами вместо лямок, наспех завязала бантики на плечах и выбежала на мороз.
– Эмма! – нашла ее за завтраком, что–то обсуждающей с Вэем и села между ними, полагая, что Высший тоже может помочь нам с Иреном.
– Что? – Эмма была недовольна моим появлением, но я лишь указала на купол в отдалении от лагеря. – Срочно нужно поговорить! – Взяла Эмму и Вэя за руки и попыталась поднять, но кроме вопросительного взгляда никакой реакции не последовало, и я разозлилась. Воздух заискрил, снег начал подниматься и пушистые хлопья превращались в колючий лед. Призвала силу и создала воздушную подушку, чтобы прыгнуть к куполу, оставляя наших людей в недоумении.
– Что стряслось? – Вэй аккуратно высвободил свою руку, в то время, как Эмма дернула своей и Рената покачнулась вперед.
– Вот и мне интересно! – Эмма сложила руки на груди. Никогда не видела, как эта любительница загадок и меланхолии злится.
– Я покажу.
– Не стоит. – прозвучало веселое за спиной Эммы. – Они и так все уже поняли.
Ирен подошел ко мне и рывком прижал к себе, сжимая талию. На мгновенье я испугалась, но тут же осознала, что это могут быть не его действия. Нужно тянуть время и попытаться сохранить сознание Ирена, пока демон полностью его не подчинил.
 
Вэй стоял напряженный и смотрел снежному магу в глаза, но взгляд то и дело скользил выше, что только веселило Ирена.
Эмма жевала нижнюю губу и молчала, уставившись нам под ноги. Никогда еще не видела столько эмоций у этой женщины. Только беспокойство за родню может вызывать столь сильные чувства.