Лед в языках пламени (СИ)

– Проклятое. – признал правоту мужчины. Как бы ни было больно это признавать, но глупо дальше надеяться, что можно все исправить. Здесь больше нет места живому.
Когда разгорелся костер и вокруг повеяло жаренной плотью я разозлился. Отчаяние и боль переполняли меня. Сдерживать силу больше не имело смысла, и я направил всю скопившуюся мощь в то место, которое возненавидел за его величие и красоту.
К треску костра прибавился новый шум и стук. Величественная громадина раскалывалась на части и огромными ледяными валунами ударялась о землю, поднимая грохот и заставляя дрожать землю.
Наконец все святилище одним махом рухнуло, и волна из ветра и осколков льда прошлась по всему поселению, пронизывая насквозь. Вскоре потух костер, и Эмма снегом разгребла пепел, убеждаясь, что для нежити ничего не осталось.
– Собирайте все, что сможете унести. Мы уходим через час! – громко проговорила Эмма. Никто не спорил, все разошлись, а Эмма подобрала оставшуюся кучу веток и понесла их подальше от кострища.
– Что ты делаешь? – подошел к старухе.
– А как по-твоему мы уйдем? Неизвестно где удастся еще отдохнуть, а без еды мы долго не протянем. Этого мало. – Эмма достала из мокрого мешка три рыбины и хмыкнула. – Не нам жаловаться. – из другой сумки на снег вывалились овощи.
Я принялся разжигать костер и наполнил котел талым снегом, а Эмма нарезала овощи и отправила их в воду, чтобы заняться разделкой рыбы.
В скором времени все собрались у костра и с нетерпением ждали, пока сварится суп.
Ожидая скорый обед, нашел взглядом ангела и тут же наткнулся на хмурый взгляд ее женишка. Улыбка сама расползлась на лице, но я вспомнил, почему мы здесь собрались и вмиг посерьезнел.
Эмма подсела ко мне и зло прошептала:
– Что один, что второй. Лучше бы о себе подумали...
Я вопросительно посмотрел на старуху, но она скрестила руки и всем своим видом показала, что объяснять свои слова не собирается.
Быстро расправившись с едой, началось бурное обсуждение дальнейшей дороги. Я знал, как пройти к чистому Северу, но это было до разлома, так и предупредил, проложив маршрут по старому тракту.
Вскоре согласились, что за неимением лучшего, пойдем по старой тропе. Многие успели подняться, чтобы продолжить путь, как Эмма вскинула руки и указала в сторону разлома.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Проклятье! – вырвалось у сына Эдварда.
Рената
Как только лицо Эммы напряглось я почувствовала неладное. И оно подтвердилось, когда Герр выругался, глядя в сторону разлома.
Еще тот страшный сон не давал мне покоя, заставляя то и дело сжимать руки, чтобы унять дрожь. Вопросы о семье не давали мне покоя, но сейчас не время думать об этом. Из размышлений меня вывел женский плач и слова, наполненные страхом и истерикой.
– Я думала у нас есть больше времени. – всхлипнула девушка, чуть старше меня, прижимаясь к своему жениху. Ее хрупкое тело дрожит, а руки не могут надолго задержаться на одном месте, сдавливая руку Леона.
Страшно. И мне тоже, но мы не можем показать этого, чтобы еще больше не запугать людей. Я направилась к Эмме и почувствовала, как Ирен схватил меня за руку. Обдумывать странное поведение любимого не было времени, поэтому я перешла сразу к делу.
– Сколько?
– Сложно сказать… – нахмурилась Эмма. – Не так уж и много, но больше, чем обычно приходило к нам в деревню. Почти все маяки уже сорваны.
– У вас теперь есть еще один маг. – Вэй потер руки и сжал кулаки. Мой брат так делал, когда ему нужно было успокоиться. На миг улыбнулась своим мыслям и тут жеотвернулась, заметив странный взгляд Вэя.
– Так чего мы ждем? – пожала плечами и первой направилась к окраине поселения.
Люди уже отвыкли от вида и зловония мертвецов. Не хотелось бы, чтобы они вспоминали об этом в такой час. Все же Эдвард был частью нашей семьи и для каждого, несмотря на почтенный возраст, его смерть стала неожиданностью. Ведь еще вчера он бодро носил хворост для распалки костра. Почему жизнь так несправедлива?
 
– Я тоже задаю себе этот вопрос. – ответил Вэй. Оказывается, я задумалась настолько, что начала проговаривать собственные мысли.
– Но вы же?.. – начала, но осеклась, потому что Вэй уже сел на колено и опустил руки в снег.
Да, не время для пустых разговоров.
Не отставая от мага, подняла в воздух снег и начала изменять его, превращая легкий снег в острые ледяные снежинки, настолько прекрасные, насколько опасные.
Первый мертвец появился в поле зрения и ледяные лезвия полетели прямо в него. Для верности отпустила сразу три и вскоре мертвец покосился, чтобы осесть на снег, окрашивая его в бордовый цвет.
Услышала тихий смешок мага и тяжелое дыхание Ирена. Когда он создавал снежный шаров, его ничего не могло отвлечь – идеальная концентрация.
Не время отвлекаться. На нас надвигалось с десяток тварей. Даже с такого расстояния доносился смрад и гниль Подземного мира.
Еще помня, какими могут быть стражи Вэя, решила не тратить силы на их создание. В этот раз обойдусь снежинками. Ими мне удобнее управлять, хоть для ближнего боя они бесполезны.
Десяток снежинок дался мне легко, но стоило мне их отпустить, как прямо из земли начала расти глыба льда, и из нее восстал страж. Даже больше, чем я видела в видении. Мои воспоминания были чужими. Привыкшие глаза не видели истинного великолепия ледяных созданий.
Снежинки уничтожили двоих, после чего в ход пошли молоты стража и земля начала дрожать. Ледяной великан размозжил троих, после чего изо льда восстали новые стражи. К ним на подмогу Ирен создал десяток снежный шаров. Снежные тучи поглощали нежить и рассыпались, оставляя после себя кровавое месиво из снега и разодранной плоти.
Эмма решила не вступать в бой на этот раз. Ее силы иссякают, и она это понимала, поэтому молча наблюдала за происходящим, но по ее руке текла сила, готовая в любой момент дать отпор нежити.
Нежить больше не прибывала, а значит вспышка раскола закрылась и твари из Подземного мира не смогут к нам пробраться. В моей помощи не было смысла, так как оставшихся тварей уничтожали стражи, оставляя после врагов кучу из прогнившей плоти и костей.
Наконец не осталось нежити и можно было перевести дух.
– Почему так много? – громко сопя, спросил Ирен. Он согнулся, положив руки на колени и пытаясь отдышаться.
– Мы слишком близко? – предположила я.
– Нет, девочка. – подошла Эмма, встряхивая руку, освобождая силу. – От одной смерти так не бывает. Что-то здесь не то.
– Эта земля проклята! – отдышавшись, выдал Ирен и указал на Вэя. – А что ты скажешь?
– В прошлый раз было гораздо больше. – Вэй опустил голову и посмотрел справа от себя, подняв руку. – Вы меня там нашли?
– Да. – ответила. – Ты помнишь?
– Вспомнил. – кивнул Вэй. – Для меня это случилось вчера.
Больше никто не хотел говорить и мы молча вернулись к своим. Эмма сухо прояснила ситуацию и мы отправились в путь. Подальше от проклятого места. Жаль, что из-за разлома никто не сможет оценить красоту этого поселения.
Обернулась, в последний раз посмотреть на ледяные здания и в этот момент на верхушках блеснуло солнце и отразилось разноцветными бликами на льду, словно прощаясь, чтобы скрыться за плотным серым облаком, которое полотном затянуло небо, обращая еще недавно солнечный день в серость.
Два дня мы пробирались к чистому Северу. За это время в пути нам везло и несчастья обходили нас стороной, но разлом, что был все еще слишком близко словно дышал смертью в наши спины, не давая расслабиться ни на миг.
 
Когда на горизонте начали возвышаться горы, нервы уже были накалены до предела и время от времени были слышны напряженные ссоры, не так от злости, как от отчаяния, и чтобы хоть на несколько минут отвлечься от мыслей, которые словно пчелы роились и сеяли панику в душах людей.
Только это была не просто паника, а навеянные чары, в которые мы угодили из-за спешки. Так я подумала, когда к концу второго дня между Герром и Вэем затеялась драка. До этого они вполне мирно общались и бурно обсуждали что-то свое.