Лед в языках пламени (СИ)

Первой вынырнула из крепкого кольца рук и с улыбкой отбежала в сторону костра. Ирен быстро догнал меня, и я снова была заключена в крепкое кольцо рук, теперь уже теснее, так что быстро оставила попытки вырваться и поцеловала любимого в щеку.
К костру мы подходили со сплетенными ладонями. Ирен отошел к котлу, взять мне еды, а я подсела к Эмме.
– Хороший день? – Эмма повернулась ко мне.
– Эээ… да, наверно. – растерялась от неожиданного вопроса.
Эмма грустно мне улыбнулась и посмотрела в сторону внука, уже приближающегося к нам.
– Лучше скажи сразу, девочка. – прошептала Эмма. – Не нужно мучать.
– Это ты, о чем? – бабушка Ирена мастер говорить загадками, но это уже за пределом. – Может хоть раз скажете прямо? Для разнообразия.
– Нет. – отрезала Эмма и хмуро на меня посмотрела. – Ты знаешь, о чем я.
– Это только ты знаешь, о чем говоришь, а мне догадывайся! – вскочила я, чем привлекла к себе внимание. – Может хватит?
– Придет время, и ты поймешь каждое мое слово. – спокойно продолжила Эмма. – А теперь сядь и ешь.
– Что случилось? – Ирен подал мне две чаши с супом и присел напротив бабушки.
– Я не буду с тобой это обсуждать. – Эмма вскинула голову. – Если хочешь, спроси у Ренаты.
Я отвернулась, когда Ирен перевел на меня взгляд. Аппетит пропал напрочь, и я ковыряла ложкой в чаше, пока Ирен не забрал уже остывший суп.
– Может поговорим?
– Ирен, прости, но я не хочу сейчас.
Остаток дня я провела в нашей комнате, обдумывая слова Эммы.
Ну вот сколько можно? Неужели нельзя говорить нормально? Как же мне все надоело!
С этими мыслями я не заметила, как подошла к спуску в подвал, где лежал незнакомый маг.
– Раз уж я здесь… – вытянула руки вперед и пустила силу с кончиков пальцев, направляя ее в тело.
Разогнав кровь и пролежни решила на этом не останавливаться. Направила новый поток силы в мышцы и прошлась волной от ступней к шее и обратно захватывая руки.
Ничего не изменилось и я подошла к неподвижному телу. Темные волосы приклеились ко лбу, и я смахнула их назад. Возле каменного ложа непривычно жарко, и я глубоко вдохнула горячий воздух.
– Почему же ты не просыпаешься? – спросила у мага и усмехнулась от абсурдности сказанного. – Да… Как ты вообще выжил? – уже серьезнее спросила и положила руки на грудь.
Под тонкой простыней чувствовалось горячее тело и угадывалось слабое сердцебиение. Неосознанно выпустила силу прямо в сердце и резко отшатнулась. Эмма говорила, что так делать опасно для слабого тела. снова подбежала к магу и осторожно положила руку на грудь. Убедившись, что сердце бьется развернулась и поспешила уйти.
Стоило мне ступить на первую ступеньку, как меня сбил с ног поток ледяного ветра.
Кое как поднявшись услышала, что на улице свистит ветер и мелкие снежинки залетают внутрь, оседая на каменный пол, чтобы тут же растаять.
Почувствовав приближающуюся волну ветра поспешила отбежать в сторону. Не хотелось бы снова распластаться на голом камне.
В этот раз внутрь залетел не просто ветер, а вихрь снежинок с кусочками льда. Подняв руку к лицу почувствовала пощипывание на щеке и на моем пальце осталась маленькая капля крови.
Чтобы я порезалась льдом?
Это было невероятно, и я еще несколько минут непонимающе взирала на свой палец, периодически смахивая проступившую кровь. Ее было мало, мне повезло, что кусочек льда меня лишь слегка царапнул и теперь, смотря на собственную кровь, я понимала, что могу сделать своей силой. Что уже сделала людям, которых несколько лет назад считала своей семьей.
Отогнав невеселые мысли, посмотрела на мага и шагнула назад от неожиданности. За мной была стена, поэтому я сразу сползла по ней, пока не почувствовала твердый камень.
Вокруг незнакомца кружился снежный вихрь и с каждым мгновением он становился плотнее, отрезая мага от остального мира.
На улице слышался свист ветра и хруст падающих льдинок, которые разбивались о ступеньки, спрыгивая вниз, а снег полотном сворачивался в плотное кольцо и ускорял свой вихрь.
Все закончилось так же неожиданно, как и началось: не успела я подняться, как стена снега застыла, чтобы через несколько ударов сердца схлопнутся, оглушая меня резким звуком и рассыпаться тысячей белоснежных снежинок, медленно спадая на теплый камень.
 
Маг лежал весь в снегу, но к тому времени, пока я решилась подойти капли со стуком стекали на пол, а тело было мокрым и простыня теперь не скрывала, а очерчивала мощное тело мужчины.
Стянув мокрую простынь остановила взгляд на легких штанах и тут же отвернулась, чувствуя, как мои щеки краснеют. Я не была невинной, но видеть чуть ли не голое тело чужого мужчины для меня было дико.
Быстро встряхнув простынь и заморозила воду, чтобы с помощью силы вытряхнуть лед и тут же накрыла тело мага уже сухой, но холодной простыней.
Не знаю, что это было и сколько времени уже прошло, решила, что нужно поспешить к себе.
На улице все также шел снег, разве что ветер стих и теперь можно спокойно выйти, не опасаясь, что ветер собьет с ног.
– Эй, ангел! – раздалось насмешливое позади.
Я оцепенела, а мужчина за спиной начал кашлять. Умом я понимала, что ему нужно попить, да и хриплый голос об этом говорил, только его слова стали для меня неожиданностью и я не могу даже обернуться. Страшно. Хоть я и ждала этого больше всех, сейчас боюсь встретиться лицом к лицу со своим видением.
Кашель стал надрывным, и я сжала кулаки. Найдя в себе силы, развернулась и подошла к глубокой чаше с водой. Сегодня Эмма растопила снег поле обмывания, так что эту воду вполне можно пить.
Дрожащей рукой набрала в кружку воды и поставила рядом с лицом мага, отойдя на несколько шагов.
Маг с жадностью осушил кружку и облегченно вздохнул.
– Чем же я заслужил такое, ангел?
– О чем ты? – еще один со своими загадками.
Неужели снежные раньше только так и общались? Ведь по всей видимости этот маг если не ровесник, то одного десятилетия с Эммой.
– Никогда не думал, что Верхний мир действительно существует.
Я издала смешок. Моя мама сказала нечто подобное, когда я спросила, почему моего брата зовут Серафим.
Как сейчас помню ее слова: “Пусть хоть в нашей семье будет частичка Верхнего мира. Раз уж он для нас закрыт.”
Не знаю, как мать и отец нашли друг друга. Вечно спокойная женщина и яростный отец, чья стихия поглощает его и с каждым годом Тулий становился все злее, особенно на меня. Или он просто был зол на всех? Впрочем, я сбежала и это уже не важно.
– Что же ты молчишь, ангел?
– Почему ты меня так называешь? – мой голос дрогнул и в горле тут же пересохло от волнения.
– Я никогда не видел такой красоты. Такой белизны волос у девушки. Твои волосы светятся, ты знала?
– Что? – новый смешок, и через секунду я не могу остановиться. на глаза уже набежали слезы, а я все смеюсь. Истерика захватила меня, и я не знаю, как с ней справиться. Меня спас внезапно наступивший кашель, и я заметила протянутую кружку.
Остаток воды освежил горло и привел в чувство.
– Ты думаешь, что умер? – сжимая в руках кружку спросила, боясь смотреть магу в лицо.
– А может быть иначе? Я прошел через пекло, ангел. Здесь нет сомнений.
– Значит это чудо, незнакомец! – прозвучало зло за моей спиной. – Потому что ты очень даже жив!
Ирен стоял на входе в подвал и с ненавистью смотрел на нас.
Но потом стало понятно, что Ирен смотрел на незнакомца, когда он подошел ко мне и, по-хозяйски, положил руку на талию.
– Не думаешь, что пора представиться?
– Еще один. – усмехнулся незнакомец. – Откуда вы взялись такие?
 
Ирен напрягся. Я почувствовала это по тому, как он сжал руку на моей спине, но быстро взял себя в руки и невозмутимо ответил:
– Мы снежные маги. Те, кому достаточно природной силы. А ты кто такой?
– Маги… – протянул незнакомец, заваливаясь на спину и глядя в потолок. – Теперь понятно. Только ты глупец, если так думаешь.