Он. Она. Другая (СИ)

Разряжает обстановку смешок Ирады. Собственно, тут все и так поняли, что двое русских в нашей уйгуро-казахской компании сразу нашли друг с другом общий язык. По Ксюше вижу, что понравился. Ну а что, друг у Наримана такой же обаятельный, высокий, в плечах широк - ей подходит. Только волосы светлые и глаза голубые. Но мой все же красивее. Даже не так, он самый красивый мужчина на свете.
-Все, мы следующие. Побежали! - взяв меня за руку, Нариман повел меня в здание.
-Вот что за человек? Не терпится ему, - смеется за спиной Роман.
-Не терпится. Я всю жизнь ее ждал, - обернувшись через плечо, отвечает жених и еще сильнее сжимает мою ладонь.
Я тянусь к его уху и тихо-тихо, чтобы никто не услышал, признаюсь:
-Я тоже.
  
Глава 27. Беги за мной
 
Семь месяцев спустя 
Таир 
-Сабин, привет! Как ты? - спрашиваю у бывшей, зная, что она на сносях и вроде как срок у нее большой. Эле я об этом, конечно, не говорил, ведь она все еще лечится, но пока безрезультатно.
-Хорошо, спасибо. Ты как? - ее спокойный голос удивительным образом и на меня действует успокаивающе. После той ссоры по видеосвязи мы больше не ругались, и по сей день пытаемся сохранять нормальные отношения.
-Я вернулся город в пару дней назад. Пока заново привыкаем к новому месту.
-О, с возвращением, - без лишних эмоцией говорит Сабина.
-Я хотел бы увидеть дочку. Может, завтра? Как раз суббота, - с надеждой интересуюсь я. Целый год не видел Нафису, которой уже пять. Камера не передает всех изменений, поэтому мне очень хочется увидеть ее, обнять и поцеловать.
-Таир, прости, но нас завтра пригласили на мероприятие и я не знаю, когда оно закончится.
Разочарование как обухом по голове ударяет. Приходится смирится, что у них своя жизнь и свои планы, а я должен под них подстраиваться.
-Да, конечно, я понимаю.
-Давай завтра? Во сколько ты заедешь?
-Могу в 11.
-Хорошо, я ей скажу. Она будет рада, - мне кажется, или она улыбнулась?
-Спасибо, Сабина. Ну тогда пока ?
-Пока.
Сбрасываю вызов, но телефон не откладываю, а захожу в галерею и ищу свежие фотографии дочери. Она повзрослела и еще больше стала похожа на мать, но и что-то мое в ней тоже есть. Мне кажется, нос и скулы. А вот кудрявая она, конечно, в тетку - сестру бывшей. Сабина говорит, и характер ее, к сожалению, но что теперь делать? Улыбаюсь, глядя на смеющееся лицо Нафисы в разноцветном колпаке. Фото было сделано на ее пятилетие, которое отмечали с размахом. На следующем снимке Нафиса, моя мама и сестры. Мысленно благодарю бывшую за мудрость, за то, что продолжила общаться с моей родней и привозить к ним дочь. Двигаю большим пальцем в сторону, пока на экране не появляется фотография Нафисы в белом платье на пляже. Она позирует, как маленькая модель на фоне заката. Это они после свадьбы Сабины поехали на Мальдивы. Ее нового мужа я не знаю, но вижу, что она с ним счастлива. В конце концов, он дал ей то, чего я не смог.
-Мама, давай скорее! Там же мой поезд! - слышу крики Алана из детской.
Мы вернулись в квартиру, которая год пустовала после ремонта. Выплат по ипотеке осталось не так много, теперь главное - к ней привыкнуть. Иду на шум и останавливаюсь в дверях, прислонившись к боковой стенке. Эля сидит на полу по-турецки и возится с коробкой, в которой упакованы игрушки Алана. Он сначала бегает вокруг нее, а потом встает за спиной, обнимает за шею и виснет как маленькая обезьянка. Жена поворачивает голову и ласково просит:
-Аланчик, поцелуй маму.
Сын смеется и выполняет просьбу. Эта идиллия заставляет меня улыбнуться и вздохнуть с облегчением, потому что мы, наконец, начали слышать друг друга. Еще не все получается хорошо, но по крайнеей мере мы стараемся сохранить нашу любовь. А что было в Будапеште, пусть навсегда останется в Будапеште.
-Таак, что у вас тут? - вхожу в комнату и сажусь рядом. - Помощь нужна?
-Конечно, папа, - сияет Эль. - Надо опять собирать этот поезд. А инструкции у нас теперь нет.
  
-Ну давай соберу, - тянусь к ней и тоже целую в щеку, которую она мне подставляет. -Кстати, завтра я свободен, можем погулять.
-Здорово! Давайте сходим в семейное кафе в “Горном Гиганте” (народное название района в частном секторе в Алматы. в сторону гор). Я в инстаграме видела - хорошее место и есть детская комната.
-Давайте, - соглашаюсь. - В воскресенье буду занят, поеду к дочери.
-Хорошо, - легкий кивок, поворот головы, короткий вздох. Вижу, что сдерживается. За год на чужбине отвыкла от моих воскресных отлучек к старшей. Ничего, привыкнет.
***
-Классное место, да? - окидывая взглядом большой зал, восклицает Эля. -Только у нас так. А то надоели эти маленькие европейские кафешки.
-Да, классное, - соглашаюсь с ней наполовину, потому что самому мне нравились “эти маленькие европейские кафешки”, в них был особый шарм и уют.
-Хорошо придумали - монитор над столами повесили и можно смотреть, что дети в игровой с няней делают, - продолжает восхищаться жена. Она бесспорно очень рада возвращению. Завтра, пока я буду с дочерью, поедет в гости к тете.
-Да, хорошее решение, - соглашаюсь с ней, продолжая изучать меню.
Через пять минут к нашему столику подходит официант и принимает наш заказ. Пока он уточняет список, Эля куда-то внимательно смотрит и даже вытягивает шею, чтобы разглядеть кого-то.
-Ой, там два больших шара несут: один голубой, другой розовый. А что у вас здесь?
-У нас гендер-пати в большом зале. У родителей двойня, - улыбаясь, сообщает официант.
-Ух ты! Двойня! - жена радуется, будто это все с ней происходит. Я вижу, как ей тяжело, но она продолжает верить. -Может, посмотрим?
-Не думаю, что это хорошая идея. Это чужие люди, - предостерегаю ее.
-Ну хоть одним глазком. Может, это хороший знак. Только приехали и попали на гендерную вечеринку.
-Ладно, сходи.
-Пойдем вместе, - просит она не только словами, но и взглядом.
-Эль, - морщусь.
-Ну пожалуйста, Таир, - соединяет ладони в мольбе и я понимаю, что она не отступит.
-Хорошо, - вздохнув, встаю из-за стола, беру ее за руку и иду в тот самый зал, где скоро счастливые мама и папа узнают пол своих детей.
Двери открыты, туда-сюда бегают дети и играют с голубыми, розовыми и белыми шариками. Окидываю взглядом присутствующих и замечаю в центре, большой растяжки стоит двоюродный брат Сабины - Шамиль и лучшая подруга бывшей жены - Айгерим. У нее большой живот, и она держит в руках голубой шар, а мужчина - розовый. Гости встают со своих мест, разговаривают, смеются, шутят. Нахожу взглядом дядю и тетю Сабины, но они, к счастью, меня не замечают. Неподалеку стоит еще одна ее подруга - Ксения, которую за спину обнимает какой-то высокий светловолосый мужчина.
Я чувствую, что сама Саби тоже тут. Возможно, с Нафисой. Да-да, они скорее всего, вместе, потому что бывшая сказала, что их пригласили на мероприятие. Взор мечется туда-сюда, пока двое незнакомце вне отходят в сторону и не открывают мне их…троих…
Перестаю слышать посторонние звуки. Только шум и пульсация в ушах раздается. И как в замедленной съемке я вижу, как мою дочь держит на руках другой мужчина. Она обнимает его за шею, что-то говорит на ухо, а потом сжимает ладошками его щеки и смеется. Рядом с ними стоит Сабина в длинном нарядном платье. Она, по всей видимости, на последнем сроке. Бывшая жена светится от счастья, гладит свой внушительный живот. Это видно невооруженным взглядом и ее свет ослепляет до огоньков перед глазами. Я не помню ее такой. Совершенно.
До меня, наконец, долетают крики толпы:
-Пять! Четыре! Три! Два! Один!
Шамиль и Айгерим одновременно подносят иглы к шарам и через секунду из них высыпаются розовые блестки. Они обнимают друг друга, после чего Шамиль целомудренно целует свою жену в щеку. Гости аплодируют, поздравляют, а я снова сфокусирован на Нафисе. Она тоже хлопает в ладоши и перешептывается с отчимом. В этот самый момент малышка, заметив меня, показывает пальцем и улыбается. Кажется, я даже по губам прочитал ее слова: “Это дадака”. Сабина с мужем оборачиваются и мы, схлестнувшись,взглядами, несколько секунд изумленно глядим друг на друга.