Берсерк 4 (СИ)

— Н-нет, четырнадцать, — неуверенно отозвался я, обнаружив, что даже не удосужился узнать, когда у этого тела день рождения будет.
— Семнадцатого февраля у тебя. Уже скоро совсем, — подал тут голос Арх, и замолчал.
— Но уже почти пятнадцать. Семнадцатого февраля будет, — продублировал я ей то, что сказал мне Арх.
— Я почему-то так и подумала, что у тебя день рождения или был недавно, или скоро исполнится, — улыбнулась мне Катя, и чуть не получила в лоб распахнувшейся наружу дверью гостиницы. Я еле-еле успел отдёрнуть её в сторону, помогая избежать удара тяжеленной деревянной дверью, а заодно убирая её с пути выскочившего наружу толстого мужика, с портфелем в руке, весёлым мячиком поскакавшего по ступенькам к такси. Если бы даже она каким-то чудом избежала удара дверью, то он точно снёс бы её с ног.
  
— Осторожнее можно⁈ — рявкнул я ему в след.
— Прошу прощения! — на ходу крикнул тот, даже не притормозив, — Любезный! К Ходынскому аэропорту, и побыстрее! — уже усаживаясь, бросил он водителю, и такси тут же сорвалось с места.
— Вот козёл… — прошипел я, от всей души желая, чтобы он не успел. Он из-за своей спешки мог кого-нибудь инвалидом сделать! Дверь была массивная, огромная, ей и убить можно было при желании. А если бы к ней ребёнок подходил? — я представил себе эту картину, и у меня руки сами собой сжались в кулаки, и очень захотелось поговорить с этим толстяком по душам как-нибудь…
— Не злись, — дотронулась до моей руки Катя, — Он не виноват. Это всё моё проклятое невезение. Уверена, что если бы я не должна была сюда войти, то никуда бы он не опаздывал, и всё нормально было бы.
— Нет, виноват, — упрямо набычился я, — Я могу понять, что он опаздывал, но того, что он не счёл нужным хотя бы притормозить и извиниться нормально, я понять не могу. Эти три секунды ничего не решили бы. Впрочем, ладно. Чёрт бы с ним. Пойдём уже заселим тебя, пока опять чего-нибудь не случилось.
Мы зашли, наконец, внутрь, и подошли к ресепшн, где нас встречала приветливо улыбающаяся девушка.
— Мне должен быть номер забронирован на фамилию Трофимова, — робко пискнула Катя, неуверенно оглядываясь по сторонам. Было отчётливо видно, что нечасто она до этого покидала свой город, и сейчас её всё вокруг то ли пугало, то ли наоборот восторгало. Гостиница была не из дешёвых, мягко говоря, впрочем, как и все остальные, находившиеся недалеко от неё. Центр города, всё же. Тут наверняка с верхних этажей Кремлёвские башни видно.
— Всё верно, есть такой. Номер люкс. Заказан на Трофимову Екатерину Александровну, — быстро проверила информацию в компьютере девушка, — Предъявите ваш паспорт, пожалуйста, и можете подождать на диванчике, пока я вас оформлю.
— Трофимова? — негромко удивился я, когда мы отошли от ресепшен и присели на красный диванчик, — Мне казалось, что у твоего отца фамилия Головин? Или я что-то путаю?
— Всё верно, у отца фамилия Головин, — поморщилась Катя, потирая рукой повреждённую ногу, — Вот только я — внебрачный ребёнок. И хотя он меня и признал, но в род меня не взяли, и фамилию отца тоже не разрешили взять. Ну, да ничего. Мне и с фамилией мамы неплохо живётся.
— Ясно, — кивнул я, внутренне подосадовав, что завёл разговор на эту тему. Отец же говорил, что она внебрачная дочь, а я забыл. Только расстроил лишний раз её подобным напоминанием. С чувством такта у меня определённо были проблемы.
— Так что дальше делать будем? — поспешил сменить тему я, — Я так понимаю, сегодня ты не ходок? Может, мне завтра тогда подъехать за тобой, а ты пока отдохнёшь?
— Не-не-не, — аж вскинулась она, — Никаких завтра! Точнее, и завтра тоже, но и сегодня не будем день терять. Я всего на два дня приехала, и хочу провести их с максимальной пользой. У меня уже давно все эти дни распланированы. Дай мне полчаса, и я выйду. Извини, в номер не приглашаю, родители категорически запретили водить к себе гостей, и наверняка узнают об этом.
— Да ничего страшного, я и тут подожду. Главное, чтобы эти полчаса в два часа не превратились, — усмехнулся я, — Только как же ты ходить будешь со своей ногой?
— Подлечу сейчас в номере. Пятнадцати минут мне на это хватит. Быстренько переоденусь, и вещи положу. Так что обещаю, я недолго. Только у меня к тебе просьба будет, — она залезла к себе в сумочку, и достала листок бумаги, — У меня тут записано, что я посетить хочу сегодня. Можешь посмотреть в виртумме режимы работы этих мест, а при необходимости, купить билеты? — умоляюще глянула она на меня, — Не хочется потом на это время тратить. Если надо денег, я могу скинуть тебе.
— Не надо, — мотнул я головой, — Сделаю. Беги уже. Вон, тебя девушка с ресепшен зовёт.
Катя забрала у меня рюкзак, и захромала к стойке, я же быстро пробежался глазами по её списку. Довольно стандартный набор: Красная площадь, Третьяковская галерея, Храм Христа Спасителя, музей изобразительных искусств, Дарвиновский музей, Большой театр, Александровский сад, ещё несколько храмов… И это всё она хочет за сегодня посетить? — прифигел я. Да она оптимистка… Ну, или просто очень наивная. После такой прогулки ноги напрочь отвалятся. Да и толку от неё будет, если везде всё бегом смотреть? Так, осетра будем урезать, — решил я, вчитываясь в список, и прикидывая наш сегодняшний маршрут.
* * *
— Это было потрясающе! — счастливо выдохнула Катя, когда мы вышли из Большого, а точнее, из Императорского большого театра на морозный воздух ночной Москвы, и медленно побрели в поисках какого-нибудь приличного кафе, чтобы поужинать, а заодно, и пообедать. С этой неугомонной девицей я смог за сегодня только кофе глотнуть, да блинчик съесть. Была надежда перекусить в антракте, но её тут же пришлось похоронить при одном только взгляде на огромную очередь в буфет. На этот подвиг я идти был не готов. И без того весь день на ногах провёл.
— Всё-таки, роль Дон Кихота идеально подходит Константинову! А Глушенко в роли Санчо Пансо вообще выше всяких похвал! Я так хохотала с него! — аж чуть не подпрыгнула она, поскользнулась на скользкой мостовой, и я еле успел подхватить её под руку, не дав упасть.
— Спасибо, — смущённо поблагодарила она, — И за то, что поймал, и за то, что весь день на меня потратил. И ты действительно был прав, убрав часть адресов из моего списка. Я только сейчас поняла, как же устала, а ведь мы только в половине мест побывали. Завтрашний список я уже выкинула. Посмотрим то, куда сегодня не успели. Ничего не поделаешь. Самое главное, я побывала там, куда больше всего хотела. В Храме Христа Спасителя, на Красной площади, в Третьяковке, и в Большом театре! В следующий раз остальное посмотрю. Ты же составишь мне компанию?
— Постараюсь, но обещать не могу, — уклончиво ответил я, — Ты ведь даже сама не знаешь, когда приедешь сюда в следующий раз, так что не могу гарантировать, что буду свободен в те дни.
— Жаль, но будем надеяться на лучшее, — ничуть не расстроилась она с виду, и сильнее схватила меня под руку, опасливо шагая по мостовой, покрытой ледяной коркой. С её «везением», это было совсем не лишним.
— Ну, надо же, какая встреча! — я тоже больше смотрел под ноги, чем вперёд, а потому раздавшийся впереди язвительный голос, показавшийся мне знакомым, оказался для меня полной неожиданностью.
— Теперь понятно, какие-такие важные дела у тебя появились, из-за чего ты перенёс наше свидание, которое давно мне обещал, — криво усмехалась Ольга Демидова, глядя на нас с Катей. Рядом с ней стояла какая-то девушка, видимо, её подруга, и с интересом наблюдала за происходящим.
— Привет, Оль, — спокойно поздоровался я с ней, — Можешь мне не верить, но это действительно и есть мои важные дела, — сейчас я даже немного пожалел, что ограничился формальной фразой о делах, когда объяснял ей по виртумму, почему не могу встретиться с ней в эти выходные. Не хотел говорить о мнимой невесте, но можно было ведь просто сказать, что знакомая приезжает. Все мы крепки задним умом. Что уж теперь жалеть.