Иной (СИ)

Ванс был злым, как собака, сорвавшаяся с цепи. А вот парень-ёжик оказался ещё и умным. Один бил бездумно, второй же мог похвастаться какой-никакой тактикой. Уже через несколько минут победитель был очевиден.
Хотя, поколотили они друг друга знатно. Оба с фиолетовыми физиономиями, у ёжика ещё и нос сломан. Ну, Жозеф обещал — Жозеф сделал.
И всё равно он оказался проигравшим. Упал на землю и едва шевелится — эх, Ванс, подкачал. Побольше бы ярости — с Райана-то чуть шкуру не спустил, ну разве парень-ёжик намного сильнее?
Качая головой, Ганс сказал:
— Хватит. Он слишком избит.
Жозеф скривился. Это у всех физических магов такая помешанность на мордобое? У Вариса вроде с мозгами всё в порядке.
— Я ещё могу…
Его соперник пнул его с самодовольным выражением окровавленного лица.
— Что ты там можешь? Ну, встань, поколоти меня!
Я фыркнул. Какая смелость.
Ганс кое-как приподнял Жозефа и оттащил его к дереву. На лице стихийного мага так и читалось: «Зря мы согласились на эти дуэли, очень зря». Я даже почувствовал себя виноватым — и правда, лишнего этой дурочке сказанул. Хотя, она явно на это и надеялась. Не из-за меня, так из-за Жозефа предложила бы подраться. Что сложного в поиске причины?
Ганс позвал меня, чтобы я приглядел за Вансом — будто он хотя бы встать в состоянии, — и заявил:
— Мы могли бы это прекратить. Жозеф немного вспыльчивый, но…
Ханна расхохоталась.
— Кто бросает дело на полпути? Вы что, такие жалкие? Ну уж нет!
Да ради чего мы вообще это делаем? Так, самоутвердиться?
— Я буду следующим, — заявил парень чёрными волосами, выходя вперёд. — Кто будет моим противником?
Я оглядел Ганса. Стихийный маг, рассудительный и с хорошей подготовкой. Его противник? Ну, в боевую стойку он не встаёт, но мышцы напряжены.
Я бы сказал, точно не физическая или ментальная сила. Впрочем, это только мои домыслы — не то чтобы я какой-то провидец, безупречно определяющий, какой магией владеет человек перед ним.
— Погодите-ка секунду, — подал голос я. — Вы так уверены, что все три раунда будут за вами?
— Ваш силач уже упал, а ты всё такой же смелый, — фыркнула Ханна. — Или ты хочешь сказать, что ты невероятно силён? Да ты тонкий, как тростинка, вот-вот напополам переломишься.
— Спасибо за комплимент, — саркастично отозвался я. — Тебя так задевает, что кто-то худее тебя? Ну и что ты готова поставить на то, что ты и твой товарищ одержите победу в двух поединках?
— Альберих, — шикнул Ганс. — Что ты делаешь?
Я махнул рукой.
— Всё в порядке. Ну так что?
Ханна скривилась. Она смахнула прядь светлых волос плеча и, немного подумав, произнесла:
— Что ты пытаешься сделать?
— Ничего, — я пожал плечами. — Драться без ставок так скучно. Может, предметы сбора подойдут? Если, конечно, вы хоть что-нибудь нашли.
Девушка топнула ногой.
— Мы…
Вместо неё отозвался парень-ёжик, до сих пор сосредоточенно вытиравший кровь носовым платком.
— Не предлагай то, чего у нас нет! Ханна, никакого стыда!
— Мы же всё равно победим!
— Ханна, да наши тебя сожрут, если узнают, что ты так поступила!
— Ой-ой-ой, — я покачал головой. — Ладно, последний вариант. Может быть, тогда поставим десять тысяч золотых?
Звучит опрометчиво, но мне довелось проверить свой банковский счёт в Кальбероне. С натяжкой, но мне такое по карману. А вот другим? Не факт.
Вообще-то я ожидал, что студенты с позором откажутся, но глаза Ханны загорелись. Оба юноши пытались её остановить, но она была непреклонна. Кажется, возможность «лёгкого» заработка вскружила ей голову.
— Идёт!
— Ханна, зачем?!
— Ханна…
Пф-ф, ну и ладно. Как будто я проиграю семнадцатилетней девочке.
— Отлично, вот и договорились.
— Альберих, ты хочешь задолжать столько денег? — с сомнением спросил Ганс. — С меня отец три шкуры сдерёт…
— Это не проблема, — ответил я. — Не волнуйся.
Десять тысяч золотых — много, но графство Эльдалиэва явно не бедствует, раз отец может позволить положить такую сумму на счёт младшего сына.
Я оглянулся. Тайла сосредоточенно пыталась поставить Жозефа на ноги. Ну или сделать его вид менее предсмертным. Тот смотрел на нас своим стервозным взглядом между попытками отбиться от Тайлы, но молчал.
 
Конечно, молчал. А я говорил, что однажды он договорится, и ему всё-таки вправят мозги. Силой.
Мы освободили место, кучкуясь возле деревьев. Неуверенный Ганс и довольно безразличный парень встали друг напротив друга.
Ганс чертыхнулся.
— Начали! — воодушевлённо воскликнула Ханна.
Безымянный парень действовал первым. Он набрал в рот воздуха и дунул, да так, что в сторону Ганса полетел настоящий вихрь. Даже мне пришлось присесть возле Тайлы, держащей свою смешную ведьминскую шляпу. Пыль попадала в глаза, заставляя жмуриться. Я пропустил то, что произошло после атаки черноволосого, но, стоило почувствовать, что воздух успокоился, и открыть глаза, оказалось, что сокурсник устоял на месте.
Его ноги воткнулись в землю для устойчивости. Право слово, будто колья забиты. Для верности Ганс сжался в комок у земли, но так и не улетел.
Кроме того, его противник, кажется, тоже застрял. Впрочем, он был магом — очевидно, ходить с места на место, чтобы атаковать, не обязательно.
Очередной поток воздуха, по какой-то причине острый, как лезвие, бросился в Ганса. Тот едва успел увернуться, позволив магии разрубить несколько веток позади. Интересно, что бы стало с человеческим телом после такой атаки? Представляю, в каком ужасе был бы этот пацан, если бы вместо его вполне целого Ганса остались бы всего две половинки тела с кашей из внутренностей.
Да он бы расплакался.
Ганс, стоящий на коленях, опустил ладони на землю. Несколько камешков и комьев земли поднялись в воздух в попытке ударить парня в голубом, но потерпели фиаско — со своей магией тот легко их отбил и приготовился к следующей атаке.
А потом его чуть не оглушило камнем, прилетевшим сзади. Он оскалился, позволив ему перелететь через плечо и упасть. Ганс цыкнул.
Вокруг моего сокурсника закружил ветер. Сильный поток — его фигуру было едва видно. Пользуясь тем, что Ганс беспомощен, его противник ускорил движение.
Кажется, Ганс начал задыхаться. Я смутно видел, как его силуэт упал на землю. Черноволосый щёлкнул пальцами — ветер успокоился, но вот Ганс и не думал вставать.
Мы с Тайлой подлетели к нему так быстро, как могли. К счастью, он всё ещё дышал, хоть и довольно рвано, а его лицо было совсем красным.
Тайла сглотнула и пропищала:
— Он будет в порядке, но… Может, тебе не стоит?
— Так и быть, я готова принять свой приз с твоим добровольным поражением, — улыбнулась Ханна. — Или ты тоже хочешь огрести.
Да-а, деньги вскружили ей голову.
— Ну нет, — будто я расстанусь с такими деньгами, потому что девчушка мне угрожает.
Кое-как я перетащил Ганса с Жозефу — а он был сильно крупнее меня. Ванс скривился, глядя как в нему прислоняют тело бессознательного юноши.
— Терпи, — шепнул я. — Нечего на людей кидаться?
— Так теперь виноват я? Ну, я не собираюсь выплачивать эти десять тысяч, — насмешливо, насколько позволяло избитое состояние (интересно, он ничего не сломал?), ответил Жозеф.
Я вздохнул.
— Забудь. Просто не толкай его из вредности. Ты тут не единственный страдалец. Сиди и помалкивай, окей?
— Нет, я уж погляжу, как и тебе морду набьют.
Поразительная вера в товарища. Поэтому у тебя и не сложились отношения с группой. Делал бы как я: думаешь плохо, так хоть вслух этим подросткам не говори. Это же как бомбу обезвреживать: что-нибудь не то скажешь, и рванёт.
 
— Долго ты будешь с ними сюсюкаться? Стра-ашно? — протянула Ханна. Её дружок уступил ей место на поляне (ну, бывшей поляне, ныне результату стихийного бедствия), и она стояла, задрав нос и поджидая меня.
Ну, её можно понять. Глядя на себя в зеркало, я никак не вижу грозного соперника. Альберих, ну, он… просто тощий мальчик.