Иной (СИ)

Я вернулся в общежитие. Проверил Амелию — я позволил ей выходной, и, как оказалось, ему предстояло перетечь в маленький отпуск. Снова. Горничная не выглядела такой же недовольной, как в прошлый раз — разница между наказанием и допуском к какому-то соревнованию очевидно. Хотя, непонятно, зачем служанке так беспокоиться о моей успеваемости.
Понедельник — день тяжёлый. Особенно если тебе предстоит маленькое путешествие с кучей буйных подростков. И не стоит говорить, что у них нет шила в мягком месте — у большинства оно очень даже большое. Глядя на то, как они шумят и передвигаются со скоростью ракет вокруг вереницы несчастных экипажей, я почувствовал себя как никогда похожим на Мари.
В основном, потому что она тоже стояла чуть поодаль и наблюдала за этой вакханалией с выражением величайшего неодобрения на суровом лице.
— Хватит кричать! — рявкнула она так громко, что перекрыла весь остальной шум. Похоже, чаша терпения не просто переполнилась — она лопнула от напряжения. — Кем вы себя выставляете? Вы же не дети, где ваше достоинство?!
Ванитас поднял руку и принялся двигать ей, изображая Беркулин:
— Радоваться так стыдно, шуметь просто ужасно! — передразнил он. — Это второе путешествие в моей жизни. Я никогда не видел море — думаю, моё сердце вот-вот из груди выпрыгнет. Будь проще, Мари!
Девушка цыкнула и отвернулась. Она и не заметила, как Хезер подкралась к ней сзади и схватила за плечи, чтобы потрясти.
— Хватит быть такой серьёзной! За нами даже никто не наблюдает. Позволь себе расслабиться — ты же не какой-то голем, да? Или не-ет?
Хезер ткнула в щёку Мари. Затем ущипнула и потянула в сторону, будто убеждаясь, что кода настоящая. Лицо старосты стало ярко-красным то ли от ярости, то ли от смущения.
— Перестань!
— Хезер, не доставай её! — девушка с хвостиками оттянула сладкую вату от Мари.
Наверное, не стоит мысленно называть всех по прозвищам. Вырвется вслух — неловко же будет.
— Как скажешь…
— Спасибо, Эрика, — выдохнула Мари. — Хорошо, что ты держишь её в узде.
Эрика едва заметно скривилась, но ничего не ответила, уводя Хезер подальше от Мари.
Краем глаза я заметил какое-то движение неподалёку. Студенты завозились, когда к нашей группе подъехал наездник на гнедом жеребце. Это был Жозеф с непривычно кислым лицом. Он окинул нас недовольным взглядом и фыркнул.
— Я готов. Что вы так долго возитесь?
— Жозеф, ты… — Мари чуть не закипела, но Варис — святой человек, — хлопнул её по плечу.
— Да пусть говорит, что хочет, — шепнул он. — Что беспокоиться из-за его грубости?
Я вздохнул. Надеюсь, никто не подерётся до того, как мы прибудем на Раккалон. Я бы подошёл к Жозефу потолковать об этом, да только тварь, на которой он сидит, несколько отталкивает.
Ненавижу лошадей, почему я должен был оказаться в мире без нормального транспорта?
Прежде чем кто-нибудь успел сказать что-то ещё, из главного здания вышел мистер Шантдер, ныне наш сопровождающий. Его тёмная фигура заставила студентов замолкнуть и успокоиться; сверившись со списком и проверив багаж на предмет запрещённых вещей и волшебных штучек, он объявил, что мы можем ехать.
Мы распределились по экипажам, заставив Жозефа, как прокаженного, ехать на коне — хотя, на это он и надеялся, судя по довольному выражению на его лице.
Процессия отправилась в путь.
Таинственный Фальцисс оказался портовым городом. Ещё издалека, высунувшись из окна экипажа, можно было заметить тёмную линию моря и верхушки корабельных мачт над крышами зданий. Здесь почти не было высоких построек — всюду по два-три этажа, белые стены и крыши с красной черепицей. Пейзаж как с картинки; правда, морская вода не казалась лазурно-голубой и яркой, как на буклете с рекламой курорта. Ясный день, а всё выглядит таким тёмным — тоже по каким-то магическим причинам?
В порту мы пересели на корабль; я заметил, как неподалёку студенты из других академий занимаются тем же самым. По правилам мы должны одновременно высадиться в разных точках — конечно, именно по этой причине было три отдельных судна.
 
Там группа в форме оранжевого цвета. С другой стороны — пятнадцать человек в светло-голубом с белыми вставками. И мы, в обычных тёмных вещах. Зато не страшно испачкать. В цветном пр лесу бегать — то ещё удовольствие.
Уже на борту Мари объявила, что получила список предметов для поиска. Он оказался внушительным, и, зная, что большинство названий ничего мне не дадут, я даже не стал его запоминать. На месте разберёмся.
Помимо мистера Шантдера нас сопровождали ещё трое магов из какой-то там оценочной комиссии. Их работа: ещё раз проверить багаж и нас самих, получить справки с разрешениями на вспомогательные предметы и следить, чтобы никто, кроме студентов, не ступил на Раккалон. Корабль же будет дрейфовать неподалёку от берега все три дня. По крайней мере, хоть одна мера предосторожности — а могли бы и вовсе уплыть назад, к городу.
Нас выделили две лодки — кое-как вместившись и запихнув на них сумки со скудным набором вещей, мы высадились на остров. Что ж, теперь всё куда более сказочно. Песок под ногами, редкие ракушки и даже яркая морская звезда, которую тут же схватил Варис — он сунул её в карман рубашки и наотрез отказался с ней расставаться. Припоминаю, что он приехал из какого-то далёкого места — да он, должно быть, будто в рай попал.
Красивое побережье, не такие уж мрачные скалы, видневшиеся вдалеке, и пляж, медленно перетекающий в опушку леса с пучками ярко-зеленой и редкой сиренево-голубой травы. Красиво, ничего не скажешь.
— Прекрасное место! — Райан расставил руки, подставляя себя прибрежному ветру, несущему запах моря.
— Удивительно, что тут так чисто, — присвистнул Ганс. — Я-то думал, после десятилетий проведения соревнований Раккалон будет выглядеть ужасно.
Да, Ганс, не ты один так подумал. С первого взгляда и не скажешь, что куча подростков бывает тут почти каждый день. Или кто-то приезжает прибрать за ними после каждых состязаний?
— Мы должны искать место для лагеря, — заявила Мари. — Смотрите, скоро закат. И стоит осмотреться, чтобы иметь представление об окружающей территории. Мы не можем позволить себе наслаждаться отдыхом, пока не выполним задание.
— Староста не позволяет нам и минутку полюбоваться пляжем, — пробурчала Хезер. — Как серьёзно!
Обель достал записную книжку и карандаш. Я приблизился, наблюдая, как он рисует линию пляжа в верхней части листа и делает обозначения для скал.
— Предусмотрительно, — прошептал неизвестно когда подкравшийся Уайт. А он и передвигается тихо!
— Обель тут единственный думает о задании, — раздался голос Мари в паре метров от нас. Тайла закивала.
— Он всегда обо всём д-думает.
Услышав всплеск, я обернулся. Это Эрика удерживала сладкую вату, скинувшую обувь, от прыжка в море. А вот это уже перебор — мы же не на отдыхе!
Да и не рискнул бы я — мало кто морских гадов любит, а кто водится в водах волшебного мира — тот ещё вопрос.
Мари вздохнула.
— Она неисправима, — сказала она, скрестив руки на груди. — Надеюсь, они с Варисом не доставят проблем.
— Варис — отличный парень, — не согласился Ганс; Уайт, теперь подобравшийся к нему, согласно кивнул.
— Не стоит думать, что он попытается сорвать испытание, — добавил Обель. — Он просто жизнерадостнее нас, но если он берётся что-то делать — делает на совесть.
Вот об этом я и говорил: нельзя иметь что-то против людей, имеющих наибольшую популярность в коллективе. Мари, побереги себя и оставь доброго парнишку в покое, а то они совсем тебя слушать перестанут. И плакал твой авторитет старосты.
 
— Ребята! — как раз вовремя раздался голос Райана. Я оглянулся — он стоял на возвышении у первых деревьев на побережье, а Варис махал обеими руками рядом. — Идите сюда!
  
Глава 23
 
Я отскочил; Ганс не был таким быстрым, попадая под удар гигантской ножки не менее гигантского жука. Что за чёрт?! Когда Варис и Райан так воодушевлённо позвали нас на что-то посмотреть, я ожидал чего угодно, кроме…