Иной (СИ)
Ну, насколько это возможно, в её-то случае.
Экскурсия прошла быстро: главный кампус со странными кабинетами непонятного назначения, большие аудитории, оранжерея, тренировочные площадки… Всё так, как и представил бы кто угодно, думая о магической академии в фэнтези-мире. Никакой у них фантазии.
— А это общежитие. Твоя комната триста пятнадцать, — староста протянула ключ. — Твои вещи завезли ещё два месяца назад. И да, ты должен посетить занятия после полудня. У твоей служанки есть расписание.
Я бросил взгляд на Амелию. Да, с самого начала она выглядела уверенно, как будто неплохо знала это место. Удивительно, что даже несмотря на то, что я — точнее, этот Альберих, — впал в кому на долгие недели, его вещи завезли в общежитие, и академия была готова принять его в любой момент.
Я поблагодарил Мари; с чувством выполненного долга она удалилась, цокая каблуками.
Моя комната оказалась довольно большой; обставлена недостаточно богато, чтобы сходу сказать, что тут живёт дворянин, но явно элитная школа держала уровень.
— Амелия, — позвал я. — Так что за занятия я должен посетить?
Девушка достала сложенный лист, лежавший в кармане передника. Развернув его, она зачитала:
— Практика владения оружием. История магии.
— И всё?
— На сегодня да.
Ну что ж, звучало не так страшно, как если бы тебя ни с того ни с сего закинули на сопромат.
До полудня я занимался всякой чертовщиной: листал учебные пособия — странные и мудрёные, но не сложные, — и хватал виноград с явно декоративной фруктовой тарелки под неодобрительные взгляды Амелии. Это было противостояние: она ждала, когда я попрошу принести нормальной еды, а я к отсутствию этой самой нормальной еды привык и чувствовал себя вполне нормально.
— Пора, — наконец сказала горничная. — Вам на третью тренировочную площадку. Затем в первую аудиторию.
— Я помню, где это, — кивнул я. — Спасибо.
Не очень-то хотелось уходить без Амелии — в конце концов, это она тут всё знает, а я едва могу назвать собственное имя. Если что спросят, придётся играть стеснение и молчать.
Общежитие было довольно далеко от общего корпуса; территория академии оказалась огромной. Прошло больше десяти минут, прежде чем я неспешно добрался до нужного места и прошёл на тренировочную площадку, огороженную каменной стеной. Площадка напоминала спортивное поле; правда, вместо травы была голая земля, а предположительные зрительские места находились слишком высоко.
Когда я пришёл, там уже были люди: группа из пятнадцати человек, возглавляемая Мари Беркулин, и высокий, но удивительно тонкий мужчина в чёрном плаще. Почёсывая щетину, он смотрел на моих предполагаемых одноклассников, как на придурков.
Очень педагогично. Впрочем, на его месте я вряд ли вёл бы себя по-другому.
Мари заметила меня издалека. Она коротко махнула рукой, подзывая меня к группе. Конечно же, студенты тут же обратили на это внимание; все взгляды остановились на мне, заставив меня почувствовать раздражение.
— Альберих Эльдалиэва, — представила меня староста. — Из-за некоторых обстоятельств присоединяется к нам позже.
Некоторые обстоятельства… так это сейчас называют? Похоже, то, что кто-то пролежал в коме два месяца да ещё и «потерять память» умудрился, здесь никого не удивляет. Это даже смешно; какая невозмутимость! А если я сейчас кого-нибудь прирежу, вам будет так же плевать?
— Значит, ты всё же присоединился к нам в этом году, — тихо сказал мужчина в плаще. — Я Кайло Шантдер, преподаю владение оружием и практическую боевую магию. Пока не освоишься, участвовать в практике не будешь. Мне не нужны раненые студенты.
Кто-то хихикнул. Я скрипнул зубами, отходя от мистера Шантдера. Такое чувство, будто этот Альберих — точнее, уже я, — совсем безнадёжен, но, ещё трясясь в карете, я воззвал к своей силе; она легко отозвалась, готовая помочь мне в любом коварном начинании. И вот мне намекают, что я какой-то слабый идиот…
Да что такого они могли пройти за два месяца первого курса, что я должен смотреть издалека? Настоящий идиотизм!
Тем не менее, я покорно отошёл к краю площадки; исключительно, чтобы понаблюдать за этими мальцами. Они не казались смертоносно сильными — а я знал, какое ощущение вызывают люди, способные прихлопнуть тебя одним движением руки. Это когда холодный пот стекает по твоей спине, а твой мозг не может трезво мыслить от ужаса и напряжения.
Эти? Малолетки. Никто, кроме преподавателя, не вызывал даже уважения; ни у кого из них не было ни ауры, ни той уверенности, которая должна быть у сильного человека.
Кто-то из студентов схватил копьё; большое, с причудливым наконечником, оно выглядело на удивление гармонично в руках этого крупного парня. Ухмыляясь, он пару раз им взмахнул; я фыркнул от его пафосного вида. Как ребёнок с новой игрушкой.
Кажется, студенты собирались спарринговаться. Не знаю, что это даст первокурсникам, но и на это посмотреть можно. Противником крепыша с копьём оказалась староста; в руках Мари был простой меч, который она держала с лёгкостью тренированного человека.
И всё же, не профи. Как неловко; я, конечно, во всех этих штучках, вроде владения мечом, вообще ничего не понимаю, так что и судить не мне, но до заправского рыцаря Мари ещё далеко.
Студенты образовали вокруг спаррингующихся полукруг. Я остался на своём месте; давненько мне не приходилось вливаться в коллектив. Получить уважение, выполнив десятки наитяжелейших заказов? Запросто. Обзавестись авторитетом среди подростков, будучи одним из них? Хн-н…
Мистер Шантдер скомандовал начать; в тот же момент крепыш замахнулся и рубанул в сторону Мари без всякой задней мысли. Девушка отскочила, легко, будто на крыльях; там, где она стояла, остался огромный след — будто пропахали.
Никакого плана, зато сильно — вот, каким был стиль крепыша.
Что ж, похоже мне придётся узнать его имя; это раньше я мог называть людей так, как мне захочется. А сейчас лучше ко всем приглядываться и хотя бы попытаться не сильно выбиваться из коллектива. Мало ли что.
Пока я думал, Беркулин двинулась на противника. Она изящно увернулась от следующего удара, как настоящая акробатка, обошла крепыша сзади и приставила меч к его горлу.
— Сложить оружие, — раздался голос Шантдера. — Мисс Беркулин побеждает. Ванс… Вы, очевидно, проигнорировали несколько моих советов. Стоит больше тренироваться, если не хотите получить неуд на экзамене.
Кайло Шантдер, очевидно, видел в крепыше ту же проблему, что и я; что тут говорить, кто угодно с глазами заметил бы, что кроме ударной силы в этом парне ничего и нет. Против кого-то настолько ловкого и быстрого, как Беркулин, эти медленные удары просто не сработают. Что толку, если она может отпрыгнуть?
Не бой, а детские игры.
За Мари и Вансом последовала другая пара: большеглазая девица в смешной ведьминской шляпе сдалась сразу, и вместо неё выступил парень с такими яркими золотистыми волосами, что у меня возникли сомнения: а нет ли в этом мире краски для волос? Как и Мари, он был вооружён мечом — классика. А она, как известно, редко подводит.
Против него вышел долговязый юноша с жуткими мешками под глазами — по сравнению с ним, мистер Шантдер, казалось, был бодрячком. Черноволосый, в тёмной куртке поверх однотипной серой формы, он выглядел полной противоположностью своего оппонента.
Они стояли в двух метрах друг от друга; стоило Шантдеру свистнуть, блондин бросился вперёд, стремительно сокращая расстояние. Он собирался ударить; долговязый же юркнул вниз и проскочил под его рукой, выпуская немного песка в чужие глаза.
Светловолосый — судя по тому, как судачили студенты, его звали Райан, — зажмурился, резко развернувшись. Он попытался ударить противника вслепую или хотя бы не позволить ему приблизиться; это сработало, когда тот отскочил, выискивая место для удара.
Подходящей стратегией было обойти правшу Райана слева; у того, правда, был явно хороший слух. Райан развернулся в ту же сторону. Как игра в жмурки, только наоборот; ориентируясь на шаги черноволосого, блондин уклонялся, пока его зрение наконец не прояснилось.