Переселенки. Новая жизнь (СИ)
- Дорогие лиры, дождитесь прибытия в Даркис и все узнаете. Все не так страшно, как вам кажется, быть окруженной заботой любящих мужчин - мечта даркийских женщин, каждая из них много бы отдала лишь бы иметь высокий энергетический потенциал.
- Ага, если только быть уверенной, что о тебе будут заботиться, а не ты будешь обслуживать толпу мужиков, а потом получать, если не угодила, - сказала Ника.
Девочки знали ее историю, Нике было 27, но взгляд у нее был умудренной годами женщины, уставшей от жизни и не ожидающей ничего хорошего, у нее был жестокий муж, она сюда фактически сбежала от него. Ее запястье украшал такой же, как у Рании и Киры, красный браслет.
- Лира Ника, если любой мужчина причинит женщине малейший вред, в том числе и моральный, его ждут самые серьезные последствия, а не проявлять заботу о жене и детях для даркийцев позорно. Думаю, нам пора заканчивать. Постарайтесь днем немного вздремнуть, чтобы были силы после раннего подъема.
Глава 3.
- Вот это дела.., - сказала Кира, когда они возвращались в каюту, - как думаешь, сколько мужей у нас будет?
- Понятия не имею, но не представляю, как строить совместную жизнь сразу с несколькими мужчинами, я и с одним-то так и не смогла построить действительно близкие и доверительные отношения, - сказала Рания с грустью.
- Так у тебя был муж?! Или и есть? - Кира была ошарашена этой новостью.
Она знала Ранию уже полгода, они вместе работали в госпитале и делили комнату в убежище. Рания в ее глазах была сущим ребенком, невысокая, где-то 165 см, худенькая брюнетка, с молочной кожей и голубыми глазами, хотя Кира знала, что Рании тоже 24.
Сама Кира была почти на голову выше подруги и имела то, что в народе называют, широкую кость. Несмотря на голодные годы на родине, Кира не выглядела хрупкой, хоть и сильно потеряла в весе за последнее время.
- Был, он погиб до того, как я переехала в убежище, - ответила Рания.
- И ты ни разу не сказала?!
- А что было говорить.
- Извини, я идиотка, тебе наверняка нелегко пришлось.
- А кому пришлось легко? - чтобы сменить тему, Рания продолжила, - думаю, если белый браслет говорит о низком, как он там сказал, энергетическом потенциале, то по логике наши красные говорят, что он у нас высокий.И если «белым» можно замуж не выходить, то нам с тобой, вероятно, достанется больше, чем один муж.
- Я тоже так думаю, но сомневаюсь, что кто-то захочет меня взять в жены. Это ты хрупкая лань с глазищами на пол-лица, а я просто тощая кобыла, да еще и дылда.
- У тебя миловидное лицо и густые волосы, и никакая ты не дылда, я вот всю жизнь мечтала быть хотя бы на 3 самнтиметра повыше.
- 3 сантиметра это не мои 176! Спасибо, что успокиаваешь меня, но я сама себя вижу и знаю, что за всю жизнь ни один парень на меня не оглянулся, и, если честно, мне страшно. Ведь я никогда не была с мужчиной, ну ты понимаешь... а тут говорят нужно с несколькими быть. Хотя что это я, кто на меня посмотрит.
- Посмотрят, Кира, вот увидишь, посмотрят! Если наши не оценили твою красоту и жизнерадостный характер, то они дураки, а даркийцы, будем надеяться, умнее окажутся, - Рании очень хотелось подбодрить подругу, да и не врала она, у Киры была приятная внешность.
Они познакомились на второй день ее приезда в убежище. Кира сама подошла к ней и предложила заселиться в ее комнату, она же помогла ей устроиться в госпиталь на работу.
Ее бесхитростное поведение и постоянное щебетание отвлекали Ранию от тягостных мыслей, и в ее компании ей всегда было легко и приятно находиться.
Кира была простой и, несмотря на комплексы по поводу внешности, бойкой девушкой из небольшого городка сельского типа. Из ее рассказов было понятно, что жизнь ее не баловала.
Она приехала в убежище вместе с семьей тетки за 4 месяца до Рании, но места в комнате родственников ей не нашлось, и она заселилась в двухместную «кладовочку», как они ее называли. Ее предыдущая соседка, съехалась со своим женихом, а Кира нашла Ранию и предложила жить вместе, чему последняя была рада.
- И вообще, мало кто с красными браслетами, - продолжила Рания, - в нашей комнате у 16 человек, а больше я красных и не видела ни у кого. И это из почти двух тысяч, ну кроме детей, у тех вообще браслетов нет. Так что мы, подруга, будем нарасхват, - девушки заулыбались и зашли в каюту.
В каюте вовсю шло обсуждение многомужества, кто-то был в неприятном шоке, а кто-то наоборот воодушевлен. Девчонки пришли к тому же выводу, что и Рания с Кирой, что у обладательниц красных и оранжевых браслетов будет больше одного мужа.
- Да что тут волноваться, доктор же сказал, что мужья будут нас носить на руках, и если они будут такими же мускулистыми красавчиками, как наши сопровождающие, то я совсем непротив, - тараторила Ева, - что ты, Ника, всех пугаешь, разве даркийцы хоть раз позволили себе в наш адрес что-то даже отдаленно оскорбительное?! И ты сама видела, как они с детьми возятся, три сотни мужиков с детьми на руках, и у всех умильно-туповатое лицо от восторга, как курицы-наседки, я, конечно, замужем не была, но думаю, не так выглядят домашние тираны, ох, не так.
- Здесь они на виду, а как будет за закрытыми дверями, никогда не знаешь, - парировала Ника, - я буду только рада, если они окажутся нормальными, но моя б воля, замуж бы больше не пошла никогда. Они сказали, что силой никого заставлять не будут, вы девчонки, как хотите, а с меня хватило, и добровольно я ни к одному не подойду.
Разговор как-то заглох сам собой. Многие из комнаты помнили, как за две с половиной недели до прибытия даркийцев в убежище появилась Ника с синяками на лице.
Узнав от знакомой, что даркийцы собирают женщин для отправки в Даркис, она сбежала от мужа, и почти три недели провела в страхе, что муж узнает, где она. Наши соседки по убежищу и по каюте по совместительству приютили ее в своей комнате. И всем сейчас было понятно поведение Ники.
Рании было ужасно ее жаль. Сама она страдала от холодности мужа, которого выбрала сама, и которого, как она думала, она любила, но который никогда ни словом, ни делом ее не обижал. На фоне Ники ее семейная жизнь была просто чудесной.
А Нику родители против ее воли выдали замуж, и она осталась один на один с мужем-тираном. А когда пожаловалась матери, та ответила: все терпят, и ты терпи. Если бъет, значит чем-то недоволен. Будешь стараться мужу угождать — он и не будет бить.
Глава 4.
За час до рассвета их разбудил «няня» Арден. Когда они сошли на берег, девушек посадили в автобус и отвезли на железнодорожную станцию. Природу они особо не рассмотрели, а вот вокзал был просто шикарным зданием из белого камня.
Рания не могла понять, что это за материал, но стены немного мерцали в свете фонарей на привокзальной территории, пол выстилала серая плитка с синими и зелеными узорами, много рассмотреть не удалось, так как в здании вокзала они не задерживались — их сразу отвели на перрон и посадили на поезд.
Внутри поезд напоминал автобус только места расположены дальше друг от друга. Кира радовалась, что для ног достаточно места, а Рания - что в окно можно видеть здание вокзала, она никак не могла налюбоваться на сказочное мерцание.
От волнения девушкам спать совсем не хотелось, хотя Арден сказал, что спинку кресла можно откинуть и вздремнуть, а в ящике под креслом найти маленькую подушку и плед.
Примерно через 20 минут из динамиков что-то объявили на даркийском, и через минуту поезд тронулся. С ними в вагоне кроме их соседок по комнате были еще 30 других девушек из соседней каюты и 12 даркийцев сопровождения, среди которых был и командор.
Когда поезд тронулся командор прошел в начало вагона и остановился в проходе, чтобы его все могли видеть.
- Дорога займет 7 часов до столицы Империи, Арбиса. Было решено часть ваших соотечественниц оставить в главном городе этой области, они сойдут с поезда на первой остановке, которая будет через 1.5 часа, еще одну часть оставят в следующем областном городе на второй остановке, а мы с вами поедем до столицы. До конечной остановки вам нельзя выходить из поезда, если вам что-то понадобится в пути, обратитесь к ближайшему сопровождающему.