Чужой мир (СИ)

— Они пришли от предков, — гордо заявил ир Холадель. — И вы неправы, мир после того, как его очистят от грязи, станет добрым и светлым! А потому любые жертвы допустимы и оправданы.
— Добро не достигается негодными методами, — с явным презрением отмахнулся старик. — И если до вас это не доходит, то никто вам не виноват. Пришло время платить за свою мерзость! Смотрите, что вскоре станет со всеми выжившими магами Конклава! С боевым его крылом мы покончили. Почти.
На очередной иллюзии показалось изображение города Пайнас в мире Даорат, там располагалась основная резиденция боевого крыла Конклава и многие его службы. Там царил переполох, информации о поражении явно дошла до руководства, многие, похоже, собрались бежать, понимая, что победители обязательно явятся и спросят за все хорошее. Вот только не успели — под их ногами внезапно начали распахиваться бесчисленные порталы. Люди взмахивали руками от неожиданности и проваливались в них. Кое-кто пытался левитировать, но некая невидимая сила все равно затаскивала их в туманные провалы. Прошло около получаса, и Пайнас практически опустел, в нем остались только простецы, ни одного мага не осталось.
То, что случилось после этого, заставило ир Холаделя зашататься от ужаса. Ничего подобного он и представить себе не мог. Множество иллюзий показали разные присутственные места Конклава. В разных мирах! Каким образом это вообще возможно⁈ Но не это было самым страшным, другое. Под ногами магов, боевиков и даже обычных клерков начали распахиваться порталы, ведущие неизвестно куда. Тысячами, десятками тысяч! Везде! Некоторые города вскоре почти полностью обезлюдели.
— И куда вы их? — глухо спросил инспектор. — В пустоту или в огонь?
— Мы же не звери, в отличие от вас, — осклабился архимаг. — Это всего лишь ссылка в мир, откуда никому из вас не выбраться. Очень и очень далекий.
Затем он обернулся к кому-то и велел:
— Этого подонка на ментоскопирование, после чего выкинуть к остальным его коллегам. Пусть выживают, как хотят.
Двое боевиков взяли ир Холаделя под локти и куда-то повели. Он даже не смотрел куда — инспектора наконец-то настигло понимание, что все, чем он до сих пор жил и дышал, безвозвратно обрушилось. В душе, словно черная пелена, медленно поднималось глухое, безнадежное отчаяние. Жизнь закончена, и как только появится возможность, надо будет скастовать взрывное плетение себе в голову. Жить дальше никакого смысла не было.
* * *
Споры в кабинете главы Конклава достигли своего апогея, когда стало ясно, что вторжение сорвалось. Потери оказались настолько грандиозны, что Конклаву понадобится не меньше десяти лет, чтобы нивелировать их.
Эстан хмуро слушал разглагольствования ир Тангата, ему хотелось только одного — пусть этот идиот наконец-то заткнется. Сколько у него дурацких идей? И продолжать, продолжать войну любой ценой. На кой-ляд⁈ Архимаг уже хотел вызвериться на наглеца, когда кресло под ним неожиданно куда-то провалилось. Глава Конклава только и успел схватиться за подлокотники. Падал он довольно долго, причем явно через портал, белый туман говорил сам за себя. А затем кресло вдруг оказалось на заросшей густой травой поляне, которую окружали вековые деревья с серебристой, никогда еще не виданной корой.
Рядом возник Лурхат ир Тангат, ошалело оглядывающийся по сторонам, по правую руку от него Гевин Радостный и Кайдан Медноголовый, чуть дальше — Сирадо Рхайд и Шагрин Бародайх. А по краям поляны возникли остальные члены Совета. Они растерянно переглядывались, пытаясь понять, что вообще происходит, но ровным счетом ничего не понимали.
— Где мы⁈ — истерически взвизгнул Сирадо.
— Не знаю, — хмуро ответил Эстан. — Но уж точно не в моем кабинете.
Он быстро создал поисковые плетения и разослал их во все стороны, но ничего, кроме густого, дикого леса не обнаружил. Миль на двести вокруг не было ни единого поселения, разве что на двух полянах обнаружились такие же маги Конклава, как и они сами — об их принадлежности говорила метка в аурах. И они были столь же растеряны, как и их глава.
  
— Лурхат, ты пространственник, давай-ка выбираться отсюда, — повернулся он к ир Тангату.
Тот молча кивнул и развернул свою ауру во всю мощь, принявшись искать точки перехода и подбирая знакомые координаты для перемещения. Однако портал не открылся ни через минуту, ни через десять минут. Лурхат медленно спадал с лица, он явно усилил напор, пространственные плетения вокруг него буквально заворачивались спиралями, но все равно ничего не происходило.
— Не могу дотянуться ни до одних знакомых координат! — наконец выдохнул пространственник. — Мы, похоже, слишком далеко от всех известных миров!
— Только этого нам и не хватало… — мертвенно побледнел Эстан, до которого постепенно начало доходить, что именно произошло. — Это они нас сюда выбросили… И теперь не выпустят…
— Кто? — непонимающе уставились на него остальные.
— Архимаги «Доверия»! — выдохнул он. — Вспомни этих монстров, Гевин, ты их видел. Мастера абсолюта.
— Помню, — закусил губу тот. — Но почему мы не можем выбраться?
— Мы не знаем координат ни одного доступного по расстоянию мира, — ответил вместо главы Конклава Лурхат. — А все знакомые нам, похоже, слишком далеко, настолько далеко, что ни один пространственник не дотянется.
— Но они же как-то нас сюда спровадили…
— Вы сами сказали, что они мастера абсолюта, а значит, намного сильнее обычных магов, у них больше возможностей. Думаю, я смогу нащупать выход в другие миры со временем, после определенных ритуалов, как и другие сильные пространственники, но это будут местные миры. И мы понятия не имеем, есть ли на них разумная жизнь.
— Придется осваиваться здесь, — констатировал Эстан, у которого все плало перед глазами. — Не хочется, но другого выходя я не вижу.
— Я тоже, — согласился с ним ир Тангат. — Тем более, что мы здесь не одни. У меня возникло очень нехорошее подозрение…
— Какое?
— В этот мир выслали не только нас, а вообще всех магов Конклава.
— Пусть минует нас эта судьба! — содрогнулись члены Совета. — Да уберегут нас от нее боги!
Но боги не уберегли, совсем наоборот, некий бог, а точнее то ли бог, то ли еще кто-то, понять это было затруднительно, с веселым смехом наблюдал за происходящим, ему юмор ситуации нравился. Особенно то, что после перемещения магов Конклава на далекую планету, в ее недрах заработали циклопические поглотители, и через каких-то десять-двадцать лет магами они быть перестанут. Что ж, властолюбивые сволочи заслужили такую судьбу.
* * *
— Ну что, справились? — поинтересовался Иван Афанасьевич.
— Справились, — со слабой улыбкой кивнул Уйдо. — Наши потери на удивление мизерны, всего четыре человека погибли, да те по собственной неосторожности, подошли слишком близко к противнику, которого полагали уже безопасным. Что будем делать с планетами Конклава? Брать под себя?
— На кой-черт они нам сдались? — удивился директор. — Пусть живут, как знают, лишь бы снова к нам гадить не лезли.
— И то верно, — согласился старый боевик. — У нас своих проблем хватает, школу расширять пора, да и филиалы открывать, а для того преподаватели толковые нужны. Их поди еще найди.
— Вот именно! — кивнул Иван Афанасьевич. — Но у меня есть пара мыслей по этому поводу.
— Да? — потер руки Уйдо. — Слушаю!
И они принялись обсуждать текущие вопросы, все еще пребывая в возбуждении после отражения атаки. Поэтому, закончив разговор, отправились в тренировочные залы. Слишком много адреналина плескалось в крови, его требовалось куда-то потратить.
Станция «Доверие» вступала в новую эпоху, правда ее экипаж об этом пока еще не знал.
  
Эпилог
 
Смех трикстера эхом раскатывался по мирам и вселенным, заставляя вздрагивать всяких святош, невежд и ханжей. Они подсознательно понимали, что этот смех, раздающийся неизвестно откуда, не сулит им ничего хорошего. И были полностью правы, смех сверхсущности нес множество подтекстов, меняющих мироздание, порой незначительно, а порой и очень сильно.