Брак Для Одного

— Я не собираюсь слушать от тебя больше ни единого слова, — вмешался Брайан. — Этого не произойдет. Если ты вынудишь меня, я буду бороться с этим.
С этими словами он вышел, убедившись, что его плечо коснулось моего.
Наконец Джоди поднялась на ноги. — Так, так. Наша милая маленькая Роуз наконец—то делает кое—что интересное. — Ее глаза окинули меня с головы до пят, когда Роуз отпустила мою руку. — Неплохо, кузина, — сказала она. — Не усовершенствование Джошуа, но, раз уж ты его потеряла, думаю, подойдет и этот.
Когда я приподнял бровь, она улыбнулась, как будто у нее есть секрет, и пожала плечами. — Не в моем вкусе. Слишком серьезный, слишком чопорный, но кто я такая, чтобы говорить о твоем женихе?
Остановившись перед Роуз, она наклонилась, чтобы поцеловать ее в щеку, и я почувствовал, как Роуз напряглась рядом со мной, немного отодвигаясь.
— Ты знаешь, что меня не волнует вопросы собственности, я получила свои миллионы и дом по завещанию, но ты знала, что Брайан положил глаз на это. Я не думаю, что эта маленькая схема брака что—то изменит. — Она подняла руку и внимательно посмотрела на свои розовые ногти. — Думаю, пусть победит лучший. В любом случае мне будет весело.
 ГЛАВА 3 
 РОУЗ 
НАСТОЯЩЕЕ
Я пыталась покрасить стену за стойкой и изо всех сил старалась не заснуть на середине фразы, разговаривая с Салли, моей собственной сотрудницей. Это был долгий день, как и каждый день в течение последних полутора недель, но я не жаловалась — как я могла жаловаться, ведь я так долго мечтала открыть собственную кофейню? Даже не пытаясь подавить зевоту, я обмакнула валик в темно—зеленую краску и, не обращая внимания на гудящую боль в плече, продолжила красить.
— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я осталась подольше? — спросила Салли, роясь в рюкзаке в поисках телефона.
— Ты и так пробыла здесь дольше положенного, а я все равно почти закончила на сегодня. Мне нужно еще пятнадцать минут или около того, чтобы нанести последний слой. Почему—то я все еще вижу под ним намек на красный цвет. — Я вздохнула, и это превратилось в стон. — Как только все будет готово, я тоже пойду домой.
Оглянувшись через плечо, я одарила ее своим самым строгим взглядом "Тебе лучше меня выслушать" и наблюдала, как она разразилась смехом.
— Что?— спросила я, когда она посмотрела на меня с колеблющейся улыбкой.
— У тебя зеленые точки по всему лицу, и я даже не собираюсь отмечать, в каком состоянии твоя футболка — или твои волосы, если на то пошло. Я скажу только одно: теперь ты официально произведение искусства.
Я могла представить, какой беспорядок я устроила на своей футболке, но мое лицо было для меня новостью. — Странно, но я приму это за комплимент, и... ну, брызги краски, — пробормотала я со вздохом, вытирая лоб рукой. — Даже мышцы моего лица устали — как, черт возьми, это произошло?
— Без понятия. Мое лицо в порядке, моя задница довольно сильно болит.
— Ну, — начала я, скорчив гримасу. — Я не уверена, что ты делала, когда я повернулась спиной, но... — Прежде чем я смогла закончить, я увидела выражение лица Салли и не смогла сдержать смех.
— Боже, я не так выразилась! — простонала она, глядя в потолок. — Мы сидели на полу почти два часа подряд, это было неизбежно...
— Я знаю, знаю. Моя задница тоже болит, и не только задница — каждый дюйм моего тела болит. Я просто уже схожу с ума, так что я буду смеяться как сумасшедшая, независимо от того, смешно ли то, что ты говоришь, или нет. Давай, убирайся отсюда, чтобы я могла закончить и добраться до моего любимого душа и кровати.
Салли была темноволосой, темноглазой, всегда улыбающейся двадцатиоднолетней девушкой и была пятнадцатым кандидатом на должность бариста и все—остальное—мне—нужно—чтобы—ты—сделала работы. Это была любовь с первого взгляда. Чтобы избавить себя от головной боли, я решила не публиковать сообщения о работе в Интернете или где—либо еще.
 
Я упомянула об этом только нескольким друзьям, чтобы они поспрашивали, не нужна ли кому—нибудь из их знакомых работа, и я также я спросила нескольких людей, с которыми работала на моей последней работе в качестве менеджера в кофейне "Блэк Дотс", еще до того, как уволиться, когда думала, что Гэри позволит мне использовать это место. Слухи распространились, и в итоге я поговорила с гораздо большим количеством людей, чем предполагала. Но никто из них не ощущался подходящим человеком.
Салли, однако, была совершенно незнакомой девушкой, которая просто шла к себе домой после ужасного свидания вслепую и видела, как я с трудом заношу коробки с тротуара в кофейню. Она предложила свою помощь, а я в свою очередь в конце дня предложила ей работу. Не помешало и то, что нас сблизила взаимная любовь и одержимость кофейными кружками, щенками и зимним Нью—Йорком. Если все это не доказывало, что мы идеально подходим друг другу, я не знала, что еще могло бы доказать.
Если я и хотела чего—то большего для "За углом" — моей кофейни! — так это чтобы она была привлекательной, теплой и приносящей счастье. Популярность тоже никому не повредит. Хотя я прекрасно понимала, что буду начальником, я не хотела работать с людьми, с которыми не могла найти общий язык, только потому, что их резюме были впечатляющими. Если мы будем счастливы и дружелюбны, я верила, что это будет по—другому привлекать клиентов, а личность и жизнерадостность Салли удовлетворяли всем моим требованиям.
— Будет сделано, босс. — На прощание она помахала мне своим вновь обретенным телефоном и попятилась к двери. — О, когда ты хочешь, чтобы я пришла снова?
Я положила валик с краской и застонала, когда выпрямилась, положив руку на талию, затем посмотрела на свою почти законченную работу. — Я думаю, что на этой неделе я справлюсь сама, но я напишу тебе на следующей неделе, если у меня будет много дел. Тебя это устроит?
— Ты уверена, что тебе не нужна помощь с покраской на этой неделе?
— Да, я справлюсь. — Я просто махнула ей рукой, не поворачиваясь, потому что не думала, что мое тело способно сделать что—то настолько сложное в данный момент. — Я позвоню тебе, если что—то изменится.
— Поняла. Постарайся вернуться домой до того, как упадешь замертво. — С этими прекрасными напутственными словами она отперла дверь и открыла ее. Прежде чем я услышала, как она захлопнулась, она окликнула меня по имени, и я взглянула на нее через плечо, что потребовало от меня серьезных усилий.
— Осталось всего две недели или около того, — сказала Салли, ухмыляясь. — Я так взволнована, — пропищала она, подпрыгивая вверх—вниз.
Я одарила ее усталой, но искренне счастливой улыбкой и сумела наполовину поднять руку вверх. Между нами было всего пять лет разницы в возрасте, но я чувствовала каждый прожитый с ней. — Да, определенно ура! Наверное сейчас по моему лицу не видно, потому что я не могу им сильно двигать, но я тоже взволнована. Не могу дождаться. Юху.
Ее тело исчезло за дверью, и все, что я могла видеть, была ее голова. — Это будет здорово!
— Я мысленно скрещиваю пальцы, потому что не думаю, что смогу сделать это в реальности.
После того, как она еще больше ухмыльнулась, ее голова тоже исчезла, и дверь захлопнулась.
После того, как она одарила меня еще более широкой улыбкой, ее голова тоже исчезла, и дверь захлопнулась. Так как мы заколотили окна, я не видела, что происходит снаружи, но я знала, что уже стемнело. Дотянуться до телефона в заднем кармане оказалось труднее, чем я ожидала, но я смогла проверить время. Я в основном двигалась в замедленном темпе, но кому нужна скорость в понедельник вечером?
 
Восемь часов.
Я знала, что не должна делать перерыв, но мои ноги, ступни, спина, шея, руки и все, что между ними, убивали меня. Не имея другого выбора, я скользнула за стойку, прямо туда, где через несколько дней будет стоять кассовый аппарат, стоная и хныкая все время, пока моя задница не достигла земли. Затем я с громким стуком откинула голову назад и с тяжелым вздохом закрыла глаза. Теперь, если бы мне только удалось встать, закончить последний слой на стене и убедиться, что я больше не вижу никакого чертового красного цвета, я могла бы закрыться, а затем достаточно раз пошевелить ногами, чтобы добраться до метро, чтобы попасть домой и сразу шагнуть в душ. Если я не утоплюсь в душе, забраться свою постель тоже было бы неплохо — и поесть. В какой—то момент мне понадобится еда.