Брак Для Одного

Он ничего не сказал, и я решила, что он ждет, когда я вернусь. Как только я взяла мокрое кухонное полотенце, я поспешила обратно, но увидела, что он уже поднял и переставил книжный шкаф.
— Это не так уж и важно, но я хочу познакомить тебя с некоторыми партнерами моей фирмы, — начал он, когда я отошла в сторону с полотенцем в руке, а он начал толкать книжный шкаф к его новому дому. — Завтра у нас ужин с двумя партнерами и потенциальным клиентом, ничего официального, простая трапеза. Они знают, что мы поженились, и попросили меня взять тебя с собой. Я знаю, что ты работаешь днями и ночами, чтобы открыть это место, поэтому, если ты не можешь выделить время, можешь не присоединяться к нам на этот раз. Я объясню им это.
Я положила полотенце на один из столов и отодвинула в сторону два стула и еще один стол, которые стояли у него на пути. — Нет, я присоединюсь.
Он перестал толкать и наклонил голову, чтобы посмотреть на меня с другой стороны книжного шкафа. — Ты уверена? Как я уже сказал, ты не обязана.
— Мы заключили деловую сделку, верно? И ты продолжаешь помогать мне, когда приходишь сюда. Я должна делать что—то взамен, — ответила я, взявшись за другой конец книжного шкафа и помогая ему повернуть его, чтобы мы могли дотолкать его до конца, прислонив задней стороной к стене. Ужин был не такой уж плохой вещью до тех пор, пока мы не впадем в ступор, и он не будет вести себя так холодно ко мне в присутствии других людей, что не было моей проблемой.
— Хорошо, — сказал он отрывистым тоном, и мы оба начали толкать шкаф.
Единственная проблема, связанная с ужином с Джеком и его партнерами, заключалась в том, что я могла только представить, в какой ресторан ходят партнеры в высокопоставленной юридической фирме, и, к сожалению, у меня не было ничего достаточно красивого, чтобы надеть в такое место. Каждый цент, который я заработала до этого дня, я откладывала на кофейню, которую мечтала открыть в Нью—Йорке. Теперь эта мечта действительно сбывалась, а когда ты работаешь изо всех сил, чтобы добиться этого, обычно страдают другие вещи, например, мой выбор одежды.
— Итак, я приду. Так, стоп. Дай мне секунду, и я передвину столы, чтобы мы могли пройти.
Пока я двигала стол справа, он занялся столом слева. Затем мы отодвинули стулья, освободив достаточно места для большого книжного шкафа.
— Ты хочешь, чтобы он касался стены? Ужин в семь.
— Да, вплотную к стене. Я буду готова раньше времени. Салли зайдет завтра на несколько часов, чтобы помочь, так что день не должен быть очень длинным, как сегодня.
С небольшим ворчанием с моей стороны, мы снова начали толкать, пока все не встало на место. Поставив столы и стулья на прежние места, мы остановились.
Я отошла к арке, чтобы убедиться, что она расположена по центру стены. Джек последовал за мной и молча встал рядом.ё
— Спасибо. Вот здесь все выглядит идеально. — Я взглянула на него и поймала его небольшой кивок.
— Салли? — спросил он, его глаза все еще оценивали книжный шкаф.
— Моя сотрудница, вторая и последняя. Я наняла ее, пока ты был в Лондоне. Она была здесь несколько раз, чтобы поговорить о том, что мы собираемся здесь делать, и официально она начнет работать в день открытия.
— Кто первый?
— О, это будет Оуэн. Мы недолго работали вместе в кафе раньше, оттуда я его и знаю. Его выпечка потрясающая. Он будет работать здесь на полставки, будет приходить около половины пятого утра и начнет печь до того, как я присоединюсь к нему. Салли будет помогать мне на входе.
— Что еще нужно сделать сегодня? — спросил он.
Несмотря на то, что книжный шкаф стоял идеально, два стола перед ним просто не смотрелись на своем месте, и я еще раз прошлась, чтобы переставить их так, чтобы они стояли по бокам от книжного шкафа, а не перед ним.
Когда я подняла глаза, Джек уже стоял напротив меня, схватившись за край стола и помогая мне поднять его. — Что значит "что еще"? — спросила я, когда мы поставили стол так, как я хотела, а затем передвинули стулья.
 
— Что еще нужно сделать?
Мы подошли к другому столу и повторили наши действия. — Ты не…
— Если ты скажешь, что мне не нужно помогать еще раз...
— Собственно говоря, я и не собиралась этого говорить. — На самом деле собиралась. — Ты должен сначала выслушать, прежде чем обвинять кого—то. Как адвокат, ты должен это знать. — Когда он посмотрел на меня, я одарила его сладкой улыбкой без зубов. Он, конечно, не ответил. Он не любил язвительных комментариев; это я поняла сама, и, вероятно, поэтому мне нравилось делать их в первую очередь.
— Я хочу поднять это. — Я прошла за стойку и встал прямо перед тем местом, где я хотела разместить плавающую полку. — Я просверлила отверстия, закрепила кронштейны и все такое, но это чертовски большая деревянная полка, почти два фута, я думаю, так что я не смогла бы поднять ее сама.
Он присоединился ко мне, и я отошла в сторону, чтобы дать ему место. Это было достаточно большое место, чтобы четыре человека могли комфортно работать, но все же. После того, как я так долго смотрела на его руки, я не могла доверять себе.
— Ты просверлила это?— спросил он, осматривая кронштейны.
Мои ноги снова начали убивать меня, поэтому я прислонилась к стойке и начала ждать, когда начнутся его неодобрительные комментарии. У меня еще оставалось несколько вариантов ответных фраз. — Да. Я одолжила дрель у парня со стульями и сделала их быстро. Давай, скажи мне, как плохо я поработала. Я готова к этому.
Он вздохнул и посмотрел на меня через плечо. — Где полка, Роуз?
Я выпрямилась и присела на корточки. В этом процессе было много боли. — Здесь. — Я вытащила одну сторону полки из—под прилавка, чтобы он мог ее видеть. Он ухватился за другую сторону, и мы подняли ее с небольшим ворчанием с моей стороны, затем положили на стойку. Эта чертова штука была очень тяжелой, не говоря уже о дороговизне, но она должна была идеально смотреться с темно—зелеными стенами.
Несколько секунд он осматривал свою сторону, затем снова взялся за свой конец. — Готова?
Я выпустила длинный вдох, кивнула и крепче ухватилась за край.
Он сделал паузу и посмотрел на меня новым взглядом, который я не могла истолковать.
— На счет три. Ты готова?
Моя усталость возвращалась в полную силу, поэтому я просто снова кивнула, поднимая ее, когда он сказал "три". Я была почти уверена, что он взял на себя большую часть веса, потому что мои руки не болели так сильно, как я ожидала, и через несколько секунд он задвинул полку на кронштейны, и мы закончили.
Повернувшись ко мне, он изучал мое лицо. — Теперь мы можем идти?
И снова я просто кивнула.
Он вышел на открытую площадку перед стойкой.
Я пошла на кухню и взяла свои вещи с большого островка. Выйдя из кухни с одной рукой в куртке, я с трудом просунула вторую.
Джек закатывал рукава. — У тебя ведь нет больше ничего тяжелого, что нужно перенести?
Нахмурившись и пытаясь собраться с мыслями, глядя на него, я покачала головой. — Нет. Это было последнее, я полагаю.
Затем он снова надел свой пиджак и выглядел так же, как и тогда, когда появился ранее, за исключением галстука.
— Ты выглядишь так, будто собираешься рухнуть.
Он даже не смотрел на меня, откуда он знает?
— Думаю, это вполне возможно. — Чувствуя себя немного глупо после его комментария и того факта, что я все еще боролась с другой рукой куртки, я прочистила горло. — Рухнуть, я имею в виду. — Он подался вперед и с многострадальным вздохом стянул куртку, освободив мою руку. Затем он протянул ее мне, и я почувствовала, что краснею, когда мне удалось просунуть обе руки.
 
— Спасибо, — тихо пробормотала я.
— Я позвоню Раймонду, чтобы он припарковался у входа. — Он смотрел вниз на свой телефон, но потом его глаза встретились с моими на короткую секунду. — Ты выглядишь хуже, чем на прошлой неделе.
Я открыла рот, но потом решила его закрыть. Я посмотрела вниз и заметила, что мои колени покрыты пылью. Мило, Роуз. Действительно мило. Я осторожно отряхнулась, все время думая о том, кто знает, какие еще вещества были у меня на лице или как это лицо выглядело на самом деле. Джек, очевидно, знал, и так получилось, что оно выглядело хуже, чем за неделю до этого. Ничего особенного. Каждый муж делал подобные замечания своим женам... — подумала я. По сути, мы вступали в семейную жизнь. Я считала его задумчивым мужским совершенством, а он считал меня... ну, если честно, я была слишком напугана, чтобы спросить и услышать его ответ.