Брак Для Одного

— Тогда тебе лучше вернуться в постель.
— Да, — пробормотала она, легко соглашаясь. — Я зайду внутрь через несколько минут.
Я кивнул, но я знал, что она не видит меня; она смотрела на ночное небо. Мы погрузились в долгое молчание, и, не зная, что мне делать, я скрестил руки на груди и прислонился спиной к стене, в то время как она подалась вперед и оперлась предплечьями о перила.
— Озеро выглядит прекрасно отсюда, — прошептала она. Посмотрев на меня через плечо, она ждала ответа. — Тебе, должно быть, нравится этот вид. — Я кивнул в знак согласия, и с ее губ сорвался небольшой вздох, когда она снова посмотрела вперед. — Через несколько недель листья начнут менять цвет. Я люблю Центральный парк осенью, а озеро — одно из моих любимых мест. Так здорово, что его видно отсюда. А у тебя есть любимое место, Джек?
— В Центральном парке?
— Да.
Когда громкий звук сирен заполнил ночь, мне потребовалось несколько секунд на ответ, чтобы не повышать голос. Закутавшись в одеяло, она стояла передо мной, готовая услышать мой ответ. Она определенно была настойчивой, моя жена.
— Я никогда не думал об этом. Думаю, озеро подойдет.
Она изогнула бровь и просто уставилась на меня.
Я посмотрел на нее в ответ. — Могу ли я чем-нибудь помочь тебе в кафе?
Она наклонила голову и изучала меня, как будто могла понять меня, если бы только посмотрела достаточно пристально. Я понятия не имел, о чем она думает. Мало того, я понятия не имел, что я там делаю, втягивая ее в разговор, когда я решил, что не хочу подходить к ней слишком близко сразу после того, как мы сказали "да". Единственное, что мне нужно было делать, это постоянно напоминать себе, что это будет деловая сделка и ничего больше.
— Ты уже помог. Если бы не ты, этого бы никогда не случилось. Когда я получила разрешение Гэри на использование помещения и мы подписали контракт, я начала заказывать мебель, оборудование и все остальное, что мне понадобится. Я знала, что потребуется время, чтобы все доставить сюда, поэтому думала, что поступаю умно. Когда... Гэри и Анжела скончались, я совсем забыл обо всем этом. Затем начали прибывать вещи, но у меня больше не было кофейни, чтобы их разместить, поэтому мне пришлось арендовать склад для вещей в компаниях, которые не могли держать мои заказы в ближайшем будущем, например, для стульев. Некоторые вещи я покупала на распродажах и других акциях, поэтому они тоже не отменяли мои заказы. Когда я пришла к тебе в офис в тот день, у меня не было никакой надежды на то, что все пойдет своим чередом. Я направлялась на очередное собеседование по поводу работы.
Чувствуя себя неловко от ее признания, я сдвинулся с места и прочистил горло. Прежде чем я успел остановить ее, она продолжила. Она не только была настойчива, но и оказалась весьма разговорчивой.
— Итак, каким бы странным и неловким ни был этот брак и, вероятно, будет еще какое—то время, пока мы привыкнем к присутствию друг друга рядом, я очень благодарна за него. Я знаю, что мы заключили сделку, и очевидно, что она не будет односторонней, но я все равно очень благодарна, что ты решил не разводиться.
— Тебе не нужно постоянно благодарить меня. Это деловая сделка. Я получаю от этого бесплатную собственность. Мы оба в выигрыше.
Не сводя с меня глаз, она кивнула и поправила одеяло на плечах. — Я знаю. Я просто хотела, чтобы ты тоже знал подробности.
Я уже знал подробности ее ситуации, но не думал, что было бы разумно сообщать ей об этом.
— Тогда зачем тебе нужна она? Что ты планируешь с ней делать, когда наша сделка завершится?
Я не знал, как ответить на этот вопрос, поэтому поступил проще.
— Я предпочитаю не делиться.
— О. Хорошо.
Когда я не стал комментировать дальше, она глубоко вздохнула и посмотрела в сторону угла, откуда она появилась. Окинув Центральный парк еще одним быстрым взглядом, она вздохнула. — Ты, наверное, хочешь побыть один, так что я просто вернусь в свою комнату. Все равно завтра будет долгий день покраски. Спокойной ночи, Джек.
 
Я молча наблюдал за ней, пока она не повернулась ко мне спиной и не отошла на несколько шагов прочь. Вздохнув, я оторвался от стены и занял ее место у перил. Оказывается, мне не понравилось видеть на ее лице обиженное выражение. Повысив голос, я спросил: — Как ты думаешь, ты сможешь снова заснуть?
— Не думаю, но я немного отдохну.
— Я так и думал. Я тоже не думал, что смогу заснуть. Как ты справляешься с их смертью? — Вопрос сорвался у меня с языка еще до того, как я подумал о том, что собираюсь сказать, чтобы подольше удержать ее на террасе. Так много слов для того, чтобы не хотеть с ней разговаривать.
Время, которое потребовалось ей, чтобы снова появиться рядом со мной, было явно меньше, чем время, которое потребовалось ей, чтобы уйти.
— Могу я быть честной? — спросила она в ночи, пока я изучал ее профиль.
— Обычно я предпочитаю, чтобы люди мне лгали, но если ты настаиваешь…
Это вызвало неодобрительный взгляд со стороны.
— Я не уверена, что именно я чувствую, — наконец ответила она. Мне показалось, что я услышал небольшую улыбку в ее голосе, когда она начала говорить, но я не знал ее достаточно, чтобы быть уверенным. — Очевидно, мне грустно от этого. Это не то, что я имею в виду, но это просто кажется нереальным. Мы не разговаривали каждый день или даже каждую неделю, после того как мне исполнилось восемнадцать, я переехала из их дома и после этого почти не видела Анжелу. Во всяком случае, она так хотела. Но я разговаривала с дядей примерно раз в две недели или около того, и иногда у него даже хватало времени, чтобы пообедать со мной. Казалось, он всегда терпел, когда я была рядом. Поскольку ты работал с ними раньше, ты, вероятно, уже знаешь эту историю, но они забрали меня к себе, когда мне было девять лет. Мой отец только что умер. Рак. И хотя Гэри и мой отец были только сводными братьями и не общались более пятнадцати лет, Гэри согласился стать моим опекуном.
— А как же твоя мама?
— Я ее не помню. Она ушла от нас, когда мне было два года. Кажется, ее искали, но, судя по тому, что мне рассказывал дядя, она исчезла. Может быть, сменила имя, кто знает. Поэтому они взяли меня к себе. Я не могу сказать, что они всегда были добры ко мне, я помню слишком много ночей, когда я плакала, пока не засыпала, но, по крайней мере, я не попала в детдом. У меня никого не было, вообще никого.
— Твои двоюродные братья?
— Брайан и Джоди. А. Я думаю, они просто взяли пример с Анжелы и держались подальше. Они всего на несколько лет старше меня, но они почти не разговаривали со мной. Я была очень нежеланной и надоедливой племянницей.
Я наблюдал за парком, когда она начала свой рассказ, но мои глаза вернулись к ней, когда я почувствовал ее взгляд на себе.
— Вероятно, это было немного больше личной информации, чем ты искал.
— Все в порядке, — просто ответил я, не давая ей больше ничего. — Я думаю, чтобы брак выглядел правдоподобно для окружающих, нам нужно знать такие личные подробности.
— Хорошо. Чтобы дать более определенный ответ на ваш вопрос: У меня дела идут лучше, не отлично, но лучше. Бывают дни, когда я просыпаюсь и совершенно забываю, что это произошло, потому что они уже давно не принимают никакого участия в моей жизни, но я думаю, что вполне нормально признать, что у меня бывают дни, когда я скучаю по голосу моего дяди. — В ее следующих словах я услышал легкий смешок и искреннее счастье. — Он читал мне сказки на ночь в течение нескольких лет, один или два раза в неделю. Если ты хоть немного его знаешь, то понимаешь, как это на него не похоже, но он много работал, и это было единственное время, когда я могла его видеть. Он всегда был немного ворчлив и старался читать очень быстро, словно наперегонки со временем, но потом он погружался в рассказ и читал дольше, чем обещал. Когда я была маленькой, я с нетерпением ждала этого. “У меня только десять минут для тебя сегодня, Роуз”. Он всегда начинал с этого. — Она сделала паузу, но прежде чем я успела прокомментировать, она снова перевела разговор на меня. — Что насчет твоих родителей? Они живы?