Внебрачный сын Миллиардера (СИ)

Конечно, подслушивать беседу с полицией не самая лучшая идея, но другой у меня не было. Я должна была узнать, что там произошло, иначе меня бы просто разорвало от волнения.
– Вы повздорили с Булатом Тахировичем у входа в ресторан "Раш", после чего он предложил вам поговорить наедине в приватной обстановке.
– Именно так.
– Днем вы получили смс с адресом, где должна пройти встреча.
– А же уже показал это смс, к чему эти глупые вопросы?
– Это моя работа, ничего личного.
Я не рассмотрела толком лицо Жданова, но судя по голосу – тот еще клещ. Такие своего не упускают. Я уже заочно возненавидела этого майора.
– Вы приехали по адресу и..?
– И ни черта не увидел, – немного раздраженно рявкнул Рустам. – Я приехал на место поднялся на восемнадцатый этаж, позвонил в дверь, но она оказалась открыта.
– Где в это время был ваш охранник?
– Я поехал на встречу один.
– Один?!
– Представьте себе, иногда я имею наглость передвигаться без свиты. В отличие от некоторых.
Намекал он явно на двух других офицеров, что приехали с майором. Я беззвучно цокнула. Пожалуйста, Рустам, не наломай дров.
Верила ли я в его причастность к убийству? Нет! Да, он приехал поздно и его телефон был отключен, да, он был слегка взвинчен, но это совершенно ничего не значит!
– И что было дальше? – если Жданов и дал задет, то судя по тону голоса ничем это не выдал.
– Дальше я вошел в его квартиру, потому что дверь была открыта. Позвал Булата, но он не ответил.
– И вы не осмотрели дом?
– Нет, я не осмотрел дом! – он все-таки начал потихоньку терять терпение. – У него там чертовых пятнадцать комнат, я должен был обойти каждую?
– Судя по времени с камер видеонаблюдения на этаже, вы провели в его квартире не менее трех минут.
– Да, я попытался набрать его номер, но он оказался отключен.
– И после этого вы ушли?
– Именно так.
– Булат Залмаев был убит ударом твердого предмета по голове и лежал на полу в своей спальне. По оценке нашего криминалиста, на это могло уйти не более двух минут. При условии, что тот, кто это сделал, пришел именно за этим – убить.
Он театрально помолчал, явно упиваясь произведенным эффектом. В том числе и на меня, хоть он и не знал о моем присутствии.
– Есть масса очевидцев вашей ссоры у ресторана и ваши слова на его провокацию, убьете ли вы его, вы ответили, цитирую: "если потребуется, то убью. Ты давно у меня как кость в горле".
– Вы обвиняете меня в убийстве этого гниды? – взревел Рустам, так, что я вздрогнула. – Так и скажите, зачем ходить вокруг да около.
– Не обвиняем. Пока. Но если судить только по голым фактам…
– Я все-таки хочу связаться со своим адвокатом. Больше я ничего не скажу, – отрезал он, и я вот только теперь я поняла, насколько все серьезно.
А дальше все закружилось в каком-то бешеном калейдоскопе: Рустам уехал с полицейскими в участок, оставив меня в полном неведении, что будет дальше. Обвиняют его все-таки или просто допрашивают как свидетеля.
Хотя свидетеля чего? Он же ничего не видел!
Я верила всему, что он сказал, верила безоговорочно, но Залмаев мертв, это уже не изменить, кто-то же его убил! И выходит, этот кто-то знал, что приедет Рустам.
Может, он был свидетелем той сцены у ресторана?
Услышал, что и как, решил воспользоваться ситуацией.
Должно же быть всему этому безумию хоть какое-то объяснение!
Я знала Булата совсем плохо, мы виделись всего несколько раз, но впечатление этот мужчина оставил о себе как о скользком, наглом и слишком самоуверенном типе. У таких наверняка много врагов. Входил ли Рустам в их число? Определенно. Мог ли он таким путем избавиться от конкурента? Нет. Он жесткий, но не жестокий. Он не мог.
Хотя ночью он не брал трубку и вернулся как будто бы сам не свой…
Голова шла кру́гом, аппетит полностью пропал. Благо, что Инна – няня Артема – взяла на себя заботу о сыне, я же металась словно зверь в клетке, не зная, что предпринять.
Хотя что я могла сделать?
Если только мешаться под ногами и нервировать участок своими звонками. Перед уходом Рустам сказал мне, что все хорошо и вечером он вернется домой, и я знала, что если он так сказал, значит, так и будет. Его адвокат – самый лучший в городе, человек, который точно знает свое дело. Но почему же было так неспокойно на душе?
 
Как будто бы кто-то свыше устроил для нас очередную проверку на прочность.
Не прошли когда-то первую? Тогда, три года назад. Получайте другую.
Мне было страшно, очень, ведь все только-только начало налаживаться.
Почему?
За что?
И самое главное – если этот "кто-то" решил подставить Рустама, кто даст гарантии, что у него точно так же нет за спиной надежного тыла?
У него была фора – тщательно продуманный план и время, что на него ушло.
У нас ничего этого не было. Только надежда, что появятся железные доказательства того, что это был не Рустам. Иначе… думать про это "иначе" я не хотела. Поэтому послушно села и стала дожидаться новостей из участка.
  
ГЛАВА 22
 
– И что вы об этом скажете?
Майор Жданов поставил на паузу изображение с камеры видеонаблюдения в холле дома, где жил Залмаев.
На кадре я, застывший с нелепой позе, выходящий из его навороченной квартиры. На часах 23:03, когда как заходил я туда в 23:00. Даже не подумал бы, что пробыл там так долго.
И как только угораздило так нелепо вляпаться.
– А что я могу сказать?
– В кадре вы, верно?
– Не слепой.
Жданов обошел стол и приземлил тощую пятую точку на обтянутый кожзаменителем стул. Прямо напротив меня. Откинулся на спинку и скрестил на груди руки, как в тупом второсортном кино. Не хватало только пончиков и хорошего полицейского рядом.
По правую руку сидел Прохоров, мой адвокат. Настоящая акула. И цепко ловил каждое произнесенное мной слово.
Да, я знал, что могу вообще отказаться говорить, изначально мог не пустить их в дом, потребовать ордер, доказательства, одобрение Папы Римского. Но я ничего этого не хотел, единственное, что мне было нужно – поскорее покончить со всем этим дерьмом, к которому я не причастен.
Конечно, Жданов вцепился в это дело руками и ногами, мечтая сделать на этом процессе сенсацию. Посадив меня, он точно получит повышение.
Не дождется.
– Вы вошли в квартиру Булата Тахировича и что было дальше?
Я шумно выдохнул через нос, умоляя себя не срываться. Хотя так хотелось надавать по этой самодовольной роже.
– Я его позвал.
– И в ответ тишина?
– Именно.
– Почему вы не обошли дом? Не заглянули в комнаты?
– Потому что эта встреча была нужна ему, а не мне.
– Судя по записи, сделанной у входа в ресторан, вы оба хотели этого разговора.
– Если вы о моих словах, что я хочу его убить…
– Чистой воды провокация, – вмешался Прохоров. – Какие у вас еще есть вопросы к моему клиенту?
– Вы точно не заходили в его комнату?
– Я похож на того, кто шарится по спальням мужиков?
– Так да или нет?
– Нет!
Он полистать какие-то записи и остановился на одной. Поднял на меня маслянистые глаза.
– Ваше девушка – Анна Лазарева – как близко она была знакома с убитым?
– Они были едва знакомы.
– А вот мои источники утверждают, что видели их несколько раз вместе. Например, не так давно, в ресторане "Бристоль". Там у нее проходила встреча с меценатами, верно?
– Ближе к делу, – почувствовал, как закипаю.
День выдался крайне напряженным, я устал, меня раздражала эта ситуация и я обещал сыну отвезти его в зоопарк. А из-за этого чертова допроса вынужден протирать штаны здесь.
Этот паршивец даже в мир иной не мог уйти, чтобы не нагадить при этом мне.
– Ваш сын, ему два? – вдруг спросил он, и я ощутил, как глаза наливаются кровью.