Injectio платины 2 (СИ)

Далее занятия проходили в обычном порядке. Пока гостья громко с выражением читала следующее по порядку стихотворение, хозяйка дома бегло просматривала очередной экземпляр «Наставлений благородным женщинам империи Сына неба». На сей раз старушка довольно редко делала пометки своей тонкой кисточкой. А значит, Платина наделала в этом тексте гораздо меньше ошибок, чем в двух предыдущих. Несмотря на кажущуюся занятость, наставница не забывала останавливать ученицу, если та вдруг неправильно произносила какое-то слово или выражение.
Поскольку день выдался прохладный, хозяйка дома не стала заниматься с гостьей отработкой походки и правильности движений, ещё до обеда отправив её переписывать очередной экземпляр «Наставлений».
Ия хорошо помнила, как во время их бесконечных бесед в затерянном среди гор домике Амадо Сабуро не раз повторяла, что зима в этой части Благословенной империи не отличается суровостью и изобилует многочисленными оттепелями, когда снег, случается, полностью таял, а потом выпадал вновь.
Ещё затемно проснувшись по нужде, девушка обратила внимание на то, что воздух в комнатке выстыл значительно меньше, чем в прошлую ночь.
А утром, когда вышла из павильона, обратила внимание на то, что облачка пара, вылетавшие при дыхании изо рта и из носа, стали почти незаметны.
После уже привычных придирок к поклонам и приседаниям наставница отметила успехи ученицы в чистописании, посетовав на всё ещё встречающиеся в тексте ошибки.
— Будьте внимательнее, госпожа Сабуро, — сурово выговаривала хозяйка дома. — Проявите, наконец, подобающее усердие. Боюсь, я буду вынуждена рассказать о вашей несобранности госпоже Азумо Сабуро. Третий раз переписываете, а ошибки всё те же!
— Простите, госпожа Андо, — пряча глаза, извинилась гостья. — Сама не знаю, как так получается? Вроде стараюсь изо всех сил, а всё равно делаю ошибки. Не даётся мне правописание.
— Недостаточно рвения проявляете, госпожа Сабуро, — назидательно, но уже не так грозно проговорила старушка. — Имейте ввиду, если не исправитесь, будете переписывать «Наставления благородным женщинам» ещё сорок раз!
— Я понимаю, госпожа Андо, — промямлила Платина.
Возведя очи горе, собеседница со вздохом покачала головой.
— Читайте стихи, госпожа Сабуро.
Воспользовавшись потеплением, наставница долго гоняла ученицу по веранде, заставляя тренировать походку.
А после обеда, получив грозные напутствия от хозяйки дома, гостья отправилась в павильон в четвёртый раз копировать мудрые мысли давно умершей императрицы.
Но едва служанка надиктовала ей пяток страниц, в дверь настойчиво постучали.
— Кто там? — удивилась Ия, застыв с кисточкой в руке.
— Это я, Енджи, — отозвался знакомый голос. — Вас госпожа зовёт. Там госпожа Азумо Сабуро в гости пришла.
— Старшая госпожа здесь! — охнула Угара, захлопывая книгу. — Давайте, госпожа, поднимайтесь скорее!
— Да встаю я, встаю, — проворчала девушка, выбираясь из-за столика и мельком подумав, что знай она о визите супруги приёмного папаши заранее, то могла бы немного подкраситься. Но сейчас лучше не заставлять её ждать.
Накинув на плечи плащ и терпеливо дождавшись, когда служанка оденет стёганый жилет, Платина вышла из павильона.
На заднем дворе шестеро мужчин в «парадных» куртках слуг начальника уезда, сбившись кучкой, негромко, но оживлённо переговаривались, прихлёбывая что-то из глиняных кружек, возле стоявших на земле носилок, сделанных в виде закрытого со всех сторон деревянного ящика. У печки грелись Оджина и Енджи.
Увидев Ию, все они тут же замолчали и поклонилась.
Изрядно озабоченная предстоящим разговором, погружённая в свои мысли, та машинально кивнула, вызвав у слуг лёгкое недоумение.
Разуваясь, девушка отметила, что, кроме знакомой обуви наставницы и расшитых яркими цветами матерчатых туфелек жены чиновника, стоит ещё одна пара, судя по внешнему виду, принадлежавшая кому-то из служанок.
Тихо выдохнув, как перед выходом на манеж, Платина постучала костяшками пальцев по дверному косяку.
 
— Войдите, — отозвалась наставница.
Шагнув через порог, Ия встретилась глазами с насмешливым взглядом супруги начальника уезда.
В золотисто-зелёной накидке, подбитой светло-серым мехом, поверх сине-кремового платья женщина сидела за столом, держа в белых, унизанных перстнями пальцах маленькую фарфоровую чашечку.
Несмотря на её высокое общественное положение, в соответствии с правилами этикета девушка первым делом поклонилась наставнице, не только как хозяйке дома, но и как самой старшей в комнате.
— Здравствуйте, госпожа Андо.
И только после того, как та благосклонно кивнула, поприветствовала жену чиновника, проигнорировав застывшую за её спиной Икибу.
— Здравствуйте, госпожа Сабуро.
— Здравствуйте, Ио-ли, — собеседница склонила голову, на сей раз увенчанную довольно скромной причёской. — Рада вас видеть.
— Присаживайтесь, госпожа Сабуро, — радушно пригласила хозяйка дома. — Выпейте чаю.
Понимая, что всё происходящее является своего рода экзаменом, девушка постаралась выполнить все движения так, как учила наставница, удостоившись её благосклонного кивка.
Более того, она сама налила ученице чай!
— Как проходит ваше обучение, Ио-ли? — поинтересовалась супруга начальника уезда, делая маленький глоток.
Платина собиралась ответить, что в общем неплохо, но, вспомнив опостылевшие «Наставления», передумала и пробормотала, потупив взор:
— Об этом надо спрашивать госпожу Андо. Я лишь внимательно слушаю её мудрые указания и стараюсь исполнять их в меру моих скромных сил.
Собеседница одобрительно кивнула, а по сухим губам старушки скользнула довольная улыбка.
— Ваша речь заметно улучшилась Ио-ли, — отметила жена чиновника. — Вы почти не делаете ошибок.
— Под руководством госпожи Андо я каждый день читаю стихи, госпожа Сабуро, — сказала Ия, держа чашечку так, как учила наставница. — Госпожа Андо указывает на недостатки в произношении, и мы их исправляем.
— Ваша родственница, госпожа Сабуро, хорошо двигается, — неожиданно заявила хозяйка дома. — И ей очень легко даётся обучение правильным жестам.
— Я заметила это, госпожа Андо, — согласилась женщина. — Походка Ио-ли стала гораздо изящнее.
— Но вот её грамотность по-прежнему оставляет желать лучшего, — скорбно поджала накрашенные губы наставница. — Я повелела ей сорок раз переписать «Наставления благородным женщинам империи Сына неба» Есионо Тонго. К сожалению, она успела лишь трижды переписать эту великую книгу. Если почерк госпожи Ио Сабуро изменился в лучшую сторону, то число ошибок всё ещё непростительно велико.
«Настучала всё-таки, стерва старая», — мысленно выругалась девушка, не отрывая взгляда от застиранного пятна на скатерти.
— От чего же так получается, Ио-ли? — сурово нахмурилась супруга начальника уезда, и в её голосе зазвенел металл. — Почему вы столь невнимательны, что даже списать правильно не умеете?
Пока Платина судорожно подыскивала подходящий ответ, за неё неожиданно вступилась хозяйка дома.
— Нет-нет, госпожа Сабуро. Ваша родственница пишет под диктовку служанки на слух.
— Даже если так, — продолжила возмущаться важная гостья. — За три раза можно легко запомнить все ошибки!
— Я думаю, госпожа Сабуро, что Вечное небо не одарило вашу родственницу хорошей памятью, — с сожалением вздохнула старушка. — Мне нелегко об этом говорить, но не ждите от неё слишком многого.
«Типа, я совсем тупая, — зло усмехнулась девушка, давя вспыхнувшее в душе раздражение. — Да я эту чушь почти наизусть помню!».
— Особые таланты женщине только мешают, — с явным облегчением сказала жена чиновника. — Главное — это послушание и усердие.
— Она старается, госпожа Сабуро, — заверила наставница.
— Это хорошо, — важно кивнула жена чиновника и обратилась к молодой родственнице. — Я всё ещё надеюсь, что вы не разочаруете нас, Ио-ли?
— Я буду прилежно трудиться, госпожа Сабуро, — не поднимая взора, ответила Платина, старательно изображая крайнее смущение.