Боец 6: лихие 90-е (СИ)

Внезапно я снова услышал визг тормозов. Это что ещё такое⁈ Мерседес стоял на месте. Судя по крикам, доносившимся из него, для бандитов это тоже было сюрпризом. Осторожно вытянув голову, чтобы в меня снова не начали палить, я увидел, как прямо перед мерсом дорогу перегородил другой автомобиль, а за ним выстроились ещё две машины.
«И как это понимать?» — лихорадочно размышлял я. «Если это подкрепление, то не слишком ли много на одного меня? И почему тогда эти горе-гангстеры недовольны?».
Вдруг Глеб выскочил из Мерседеса и ринулся в мою сторону, на ходу доставая что-то из кармана. Я не успел отреагировать, как он ногой вышиб из моей руки пистолет, одновременно заведя ее назад.
— Сдал, падла! — заорал Глеб. Я только успел заметить блестящее лезвие ножа, стремительно приближавшееся к моему лицу. По идее, перехватить бы его руку свой свободной, но, зафиксировав мою другую руку, Глеб заставил меня выгнуться в неестественной позе. К этому прибавилась внезапно накатившая усталость мышц плюс полученные на ринге травмы… Нет, всё-таки слишком много выпало мне приключений на один день!
Внезапно прогремел ещё один выстрел, и пуля просвистела буквально в сантиметре от нас с Глебом.
— Ааааа!! — видимо, от шока закричал Глеб, уронил нож и, трясясь всем телом, повалился на асфальт, куда секундой раньше упала пуля.
Я чуть приподнял голову. Возле машины, перегородившей дорогу, стоял Степаныч, внимательно наблюдая за происходящим и всем своим видом выражая готовность в любую минуту вмешаться. Несколько, по всей видимости, его сотрудников, паковали по машинам бандитов. А ближе всех ко мне стояла Алина с пистолетом, тяжело дыша и с выражением сильной тревоги на лице.
Я повернулся к Глебу и взял его за грудки.
— Как ты мог бабки забрать, сволочь! Я же тебе доверял! — может быть, конечно, это было не лучшее время и место для подобных разбирательств, но эмоции меня захлестнули.
— Вообще-то, Серёга, это не твои бабки, — прохрипел Глеб, пытаясь высвободиться.
— Да что ты говоришь? — Я аж обалдел от такой наглости. — А чьи же они тогда? Папы Римского?
— Ты не выиграл ставку, — объяснил Глеб. — Бой ведь официально не закончен. Гонга не было, объявления результатов тоже. Значит, никто пока не победил.
— Я тебя сейчас башкой как долбану об асфальт — будет громче любого гонга! — проскрежетал я.
— Сережа, тебе помочь? — раздался участливо-насмешливый голос Степаныча.
— Погоди, Степаныч, — отозвался я. — Мы ещё не договорили. У нас партнёрские разногласия с информационным спонсором мероприятия, — добавил я в тон его реплике.
В этот момент, не дожидаясь окончания наших разговоров, одна из оперативных машин развернулась и уехала, увозя с собой двоих задержанных. Ну и правильно. Мусор надо по возможности убирать сразу, а не дожидаться, пока его наберётся много.
— Серёга, не дури, — продолжал хрипеть Глеб. — У меня к тебе деловое предложение.
— Чего? — мне захотелось расхохотаться. — Ты украл мои деньги, стрелял в меня и моего напарника, чуть не разделал меня пером, а теперь у тебя деловое предложение? Что ж ты раньше-то молчал, родной! Я бы тогда по колесам твоего мерса не палил. А так — видишь, как неудобно получилось.
— Да погоди ты, Серёга, не ерничай, — ответил «информационный спонсор». — Там, в сумках — просто опупенные бабки! Такие раз в жизни выпадают! Смотри: ты сейчас даёшь отбой своей команде, этих быков-дебилов пусть забирают, от них все равно вреда больше, чем пользы. Мы делим с тобой все бабки пополам и сегодня же ночью летим на Кипр. Я уже все разузнал, как там легализоваться, оформиться…
— Надо же, какой ты продуманный, — не удержался я. — Прям ходы на все случаи жизни!
— Ну а что же, — похоже, Глеб по своей недалекости принял мою насмешку за готовность согласиться. Теперь он изо всех сил изображал доброго друга, берущего меня с собой на спасательный ковчег. — Как говорится, хочешь жить — умей вертеться, верно? В общем, покупаем там по небольшому домику, открываем свой бизнес — хочешь, совместный, а хочешь — у каждого свой будет. И все! Новая жизнь, новые кайфы, все легально, никаких братков и разборок! И вся эта прошлая жизнь — как страшный сон! А девки там знаешь какие? Уууу! Огонь! Да эта твоя телка по сравнению с ними…
 
Тут я не выдержал и с размаху долбанул идиота головой. На Кипр он, значит, захотел, скотина! То есть пока мы придумывали сценарий турнира, разрабатывали рекламную кампанию, привлекали прессу, отбирали бойцов, разбирались с конкурентами — в общем, серьезно готовились и думали, что болеем за общее дело все вместе — эта гнида вынюхивала, как на наши бабки обустроиться на Кипре! Эх, жалко, мы здесь не одни! Нечасто мне так сильно хочется с кем-то «поговорить по душам».
От моего удара Глеб вырубился и обмяк. Я брезгливо швырнул его на асфальт и посмотрел на Степаныча:
— Забирай клиента.
Тот кивнул своим, и двое бравых ребят потащили телемагната в машину. Сам же Степаныч подошёл ко мне.
— Ну ты, конечно, Боец-молодец, — усмехаясь, произнес он. — Четко работаешь. Чтобы после всего ещё чуть было эту кодлу не накрыть — это, знаешь, не каждый сумеет.
— А у меня был выбор, что ли? — отозвался я.
— Выбор, Сережа, есть всегда, — назидательно сказал Степаныч. — Люди и от половины того, что с тобой произошло, ломались. А казались до этого намного крепче тебя.
— Что теперь? — спросил я сухо, прервав эти торжественные фанфары с почестями.
За последние дни я увидел столько метаморфоз, происходящих с людьми, что старался отбросить все, что связано с эмоциями. Иначе недолго и кукушкой поехать.
— Теперь? — Степаныч задумчиво огляделся вокруг. — Напомни, сколько ты был должен за эфирное время с учётом изменений в сетке?
Я мысленно прикинул сумму, рассчитывая, что мне удастся договориться со Степанычем и получить бабки.
— Да, почитай, практически все, что в этих сумках. И не самому Глебу, а…
— Да знаю, знаю, кому. Там серьезные люди. Мда. — произнес Степаныч. — Вообще-то, конечно, я все это обязан конфисковать. Вещдоки, предмет преступления… Но ладно. Эти придурки на себя уже навешали столько подвигов, что, если бы мы их отпустили, они бы прожили недолго. А за высокими заборами да решеткой им такие сроки светят, что уже и цифры неважны. В общем, я этих денег не видел. Бери сумки и плати свой долг.
— Не получится, — это был голос сотрудника, имя которого я не знал. — Деньги необходимо конфисковать.
— Почему? — Степаныч изогнул бровь.
— Без них дело развалится, там серьезные юристы по ту сторону, плюс происхождение этих денег сама по себе статья…
Степаныч поскреб макушку, покосился на меня.
— Он прав, Боец. Бабки надо конфисковать, но это временно…
— Если сможешь решить вопрос с долгом, то пожалуйста, — невозмутимо откликнулся я, хотя внутренне напрягся.
Так то я к долгу имел отношение косвенное, о чем и сказал.
— Напомню, что эти бабки я не в казино спустил и не на девчонок, если бы не они, плакала бы твоя операция.
— Разберемся, — неожиданно холодно ответил Степаныч. — Я тебя чуть позже по ситуацию сориентирую, сегодня еще одна небольшая программка намечается, будешь на ней присутствовать. Ну если захочешь, конечно.
— Надеюсь, что разберетесь, — сказал я, глядя ему в глаза. — Где Алина?
— Спасибо девчонке хочешь сказать? Она тебе жизнь спасла, вообще-то. Хоть и промазала. Но это она от волнения. Сечешь, Боец? — Степаныч игриво подмигнул. — Она мне ещё по дороге сюда весь мозг в машине выела, что если вдруг что, то она нас всех… Чуть руль у меня не выхватила несколько раз. А тут уж тем более. Короче, волновалась, что с тобой что-то случится, и промахнулась. Хотя вообще-то со стрельбой у нее всегда был полный порядок. Понял?
Понял, понял. Чего уж тут не понять-то. На этом разговор был закончен, ситуация вокруг денег меня малость напрягла, но на данный момент я не мог ничего изменить. Посмотрим, как будет расклад развиваться дальше…