Боец 6: лихие 90-е (СИ)

Хотя, с другой стороны, хозяин-барин. Его деньги — его продукт, имеет право распоряжаться им как считает нужным. Без него-то здесь вообще ничего бы не заработало. Благодетель. «Покровитель» — вспомнил я словцо из недавнего прошлого и усмехнулся. А уж как представил, что и на том конце телефонной трубки тоже сидит Степаныч — так и вовсе развеселился.
Так-с. Однако, шутки лучше пока отставить в сторону. Что же это получается? Нужно за полдня найти довольно кругленькую сумму, иначе весь наш проект, к которому мы так долго шли, полетит прахом. А сумма эта такая, что попахивает стоимостью московской квартиры в не самом плохом районе. И где, спрашивается, мне ее искать?
Ладно. Сейчас главное — убедить Глеба и его спонсора, что деньги будут. А там что-то придумается. Тем более, что у меня, кажется, возникла одна идейка…
— Глеб, — уверенно сказал я. — Меняй сетку. Деньги будут.
Глеб с сомнением посмотрел на меня.
— Точно будут? А то бывает…
— Со мной не будет, — перебил я его. —. Я хоть раз тебя подводил?
— Когда ты меня не подводил, все зависело только от тебя и твоих друзей, — возразил он. — А сейчас — Серега, не обижайся, но я точно знаю, что таких денег у тебя нет, значит, ты будешь у кого-то просить. А это дело такое — дадут-не дадут, захотят-не захотят…
— Захотят, — уверенно сказал я. — Стопроцентный вариант, других не держим. Слушай, быстро же в тебе бизнесмен включается!
— Когда на тебе — содержание целого канала плюс ответственность за чужие вложения, бизнесмен действительно включается очень быстро, — согласился Глеб. — Иначе по нынешним временам очень быстро включится зек, пациент или труп.
— Не боись, — подбодрил я его. — Не включится. Я сделаю все возможное.
— Ну как скажешь, — Глеб вроде бы согласился, но было видно, что сомнения у него всё-таки оставались. — Тогда я даю отмашку, чтобы двигали сетку.
Глеб снова ушел звонить — на этот раз на телестудию. А я начал лихорадочно размышлять, где можно раздобыть такую гигантскую сумму денег. У кого-то перехватить? Даже самому смешно стало. У нормальных людей таких денег отродясь не водилось — во всяком случае, так, чтобы запросто вытащить их из условного кармана (а скорее, из чемодана). А одалживать или перехватывать такие суммы у бандитов — проще уж сразу застрелиться, чтоб время зря не тянуть. Да и как это вообще может выглядеть? «Одолжи-ка мне годовой доход телеканала, только срочно и ни о чем не спрашивай, я тебе через недельку отдам»? Бред какой-то.
Ссуду в банке просто так тоже не возьмёшь. Им обоснование надо, документы, время на принятие решения… Да и какой ещё банк, когда я сегодня должен до упора торчать здесь, а завтра… завтра это вообще может быть уже неактуально? Продать в срочном порядке на такую сумму мне тоже нечего: моя нынешняя жизнь не располагает к накопительству.
Остаётся последовать той идее, которая возникла у меня во время разговора с Глебом. А именно — я решил сыграть в тотализатор. Да, рискованно. Да, это авантюра и никто не даст никаких гарантий, что эти бравые ребята не скроются вместе с деньгами сразу после их сбора. Но… другого варианта достать такую сумму у меня сейчас не было. А если скроются — найдем. Из-под земли достанем. Тоже не пальцем деланные. Да я думаю, и не станут они скрываться — тоже ведь не дураки, знают, с кем имеют дело.
Я разыскал того персонажа, который показывал мне цифры ставок.
— Какие сейчас наивысшие ставки? На что? — спросил я.
— А тебе зачем? — насторожился тот.
— Сыграть хочу, — без тени усмешки ответил я.
Бандит усмехнулся, мол, чего только в голову этим спортсменам не придет. Но открыл свою папку.
— Короче, Боец, не обижайся, но самые высокие ставки — против тебя, — сообщил он, внимательно изучив свои бумаги.
Что за день такой? С самого утра меня все просят не обижаться, а потом сообщают какие-то неприятности.
— В смысле против меня? — я был настолько погружен в свои эмоции, что даже не сразу понял суть сказанного.
— Большинство ставит на то, что ты проиграешь америкосу, — объяснил бандюга. — Говорят, он здоровяк, и ты его не одолеешь просто по комплекции. Не знаю, может, фильмов со Шварценеггером насмотрелись или ещё что, но тут реально дикие суммы стоят. Вот смотри.
 
Он снова раскрыл передо мной листы с цифрами. Действительно, на мой проигрыш ставили две трети игроков, если не больше. И суммы некоторых ставок были такими, что если их все сложить вместе, то хватит не только на оплату изменений телесетки, но и на то, чтобы всей нашей компании организаторов гульнуть в не самом дешевом кабаке.
— Записывай, — решительно сказал я, доставая из кармана всю остававшуюся к тому времени наличность. — Вот это все — на мою победу в финале.
— Э… как это? — опешил бандит.
— А так, — я попытался прикинуть, как именно мне будет удобнее всего одолеть нашего псевдоамериканца, чтобы это выглядело правдоподобно. — Во втором раунде свалю его удушающим. Скорее всего, на второй минуте. Смело предлагай народу такую ставку.
— Мне так и писать — на второй минуте второго раунда победа удушающим? — ещё раз уточнил приёмщик ставок.
— Так и пиши, — кивнул я и, проследив, что моя ставка принята, отправился в раздевалку. Время уже поджимало — совсем скоро мой выход. — Я надеюсь коэффициент порадует.
— Нерррвы на пррределе! — торжествовал ринг-анонсер. — Бойцы готовы буквально рррразоррвать друг друга на части! В правом углу! Американская машина для убийств! Терминатор с кувалдами вместо рук, принявший человеческий облик! Джииииммм Уиииииииильяямммсс!!
Зрители взревели. Некоторые помахивали американским флагом, но все же большинство было с российским. «Значит, болеют они за меня, а ставили на Уильямса», — промелькнуло в голове. «Очаровательно».
Я подогнал мотоцикл к выезду в зал. Мне хотелось повторить уже достигнутый эффект.
— Рррруссский богатырь! Нет, три знаменитых русских богатыря в одном! Вся сокрушительная мощь ррррусского духа в этой горе мышц!
Я не стал дослушивать такое пафосное представление себя и, не дожидаясь окончания речи ринг-анонсера, выкрутил ручку мотоцикла до отказа. Зал пришел просто-таки в неистовое бешенство. Зауровским ребятам пришлось серьезно поработать, чтобы эмоции не выплеснулись чересчур далеко и не снесли ринг, на котором нам предстояло выступать.
Прозвучали гимны обеих стран. Во время «битвы взглядов» Юра-Джим тихонько спросил меня:
— Ну что, мне тебе поддаться сразу?
— Не надо, — ответил я. — Нам нужно яркое шоу, картинка. Работай на полную катушку.
Гонг!
Я действительно намеревался победить своего соперника по-честному. Я понимаю, почему ставок на мое поражение было больше, чем на победу. Юрий-«американец» и вправду был чуть ли не в два раза больше меня. Но, с другой стороны, он, в отличие от меня, не был профессионалом. Юра ещё только набирался боевого опыта и вырабатывал свою манеру боя. А у меня за плечами этих боёв — и в этой, и в прошлой жизни — было столько, что впору было уже открывать свою школу.
Прежде чем выходить с кем-то на бой, я старался изучить его манеру, повадки, сильные и слабые стороны. И, уже находясь на ринге, я практически всегда знал, на чем я могу сыграть. Куда бить, а куда лучше не стоит, в какие моменты действовать, а в какие выгоднее «попридержать коней», агрессивную манеру выбрать или вкрадчиво-осторожную — все это моментально анализировалось в моей голове, стоило мне только увидеть перед собой соперника.
Так было и на этот раз. Юру-Джима я изучил вдоль и поперек, и удивить меня он точно не смог бы, даже если бы очень захотел. Это было все равно что выставить на одну и ту же олимпиаду по школьным предметам пятиклассника и выпускника и дать одинаковые задания. Разные весовые категории, разный уровень мастерства. Поэтому мне оставалось только не ослаблять внимания, чтобы не пропустить какой-нибудь удар сбоку. В остальном же я был уверен в себе и своей победе. В конце концов, мне удавалось побеждать таких бойцов, о которых мой нынешний соперник даже и не слышал.