Боец 6: лихие 90-е (СИ)

— Ну и пусть, — равнодушно ответил я, переодеваясь с максимальной скоростью, на которую был способен. — Это будет как часть шоу. Ну, шутка такая. Знаешь, как актер на своем вечере говорит «Пойду схожу за своим напарником», уходит за кулисы и возвращается в костюме другого персонажа. Вот так и я сейчас выйду.
— Да нельзя так, — продолжал взывать Степаныч. — Пойми, мало того, что ты сейчас не размятый, ты еще же и программу не готовил. Наш «американец»-то все по секундам отрабатывал, а ты даже целиком их бой не посмотрел ни разу, все урывками да кусками! И фразы эти звериные — ты вообще текст-то смотрел, который сам же им раздавал?
— Сориентируюсь на ходу, — отмахнулся я. — Тем более что сейчас-то мы все равно драться по-настоящему не будем — так, повыпендриваемся на публику. А ты, чем причитать, лучше сбегай к ведущему и скажи, что у нас, как говорится, смена состава в ходе встречи. Сообщи ему мои параметры, ты их знаешь, а он нет.
— Ой, аферист ты, Серега. Встрянем мы с тобой когда-нибудь в историю, — Степаныч покачал головой и пошел к ведущему.
— Дамы и господа! — раздался крик ведущего спустя пару минут. — Скандально известный! Зверь, уложивший на лопатки пол-Америки! Чемпион практически всех существующих единоборств! Джиииииим Уиииииильяяямммммсссс! Официальный вес — 122 килограмма триста грамм!
На сцену вышел наш «Джим Уильямс», похожий на огромного волосатого орангутанга, которого только что чем-то разозлили, и теперь он оглядывался в поисках обидчика. Пружинистая походка, разминка кулаков, зверски-остекленевший взгляд, злобная ухмылка… Впечатлительные журналистки разом выдохнули: «О-о-охх!».
— Ну что, Джим, что для тебя значит этот бой? — громко спросил ведущий и тут же перевел вопрос на английский. Подождав ответа, он обратился к зрителям: — Джим говорит, что он приехал загасить русского ублюдка, который слишком много о себе возомнил! И доказать, что Америка всех будет ставить в такие позы, какие ей нравятся!
По рядам журналистов прошел изумленный вздох.
— Иииииии… Его противник! Русский медвееедь! Ночной кошмар всех зверей и охотникоооовв! Боец, подчинивший все спортивные правила себе! Серррррргееей Крррррррессооов! Официальный вес — 92 килограмма 800 грамм!
Я вышел, тщательно соблюдая придуманный образ: медведь, нехотя вылезший из берлоги, не спешит, но в то же время в любой момент готов дать лапой по башке обидчику так, что он потом будет полдня отлеживаться.
— Ну что, Сергей, — обратился ко мне ведущий. — Как состояние перед боем?
«Ишь шоумен выискался», — подумал я. «Знает о том, что за кулисами происходит, и специально выводит. Алина, что ли, подговорила?».
— Этот заокеанский гражданин, — продолжил ведущий. — Только что сказал, что он приехал сюда чтобы сделать мазафака русскому, то есть тебе. По русски мазафака означает примерно «порву, как Тузик грелку»? Что ты можешь ему ответить?
— Мазафака, щит, — затараторил «американец» и на «ломаном» приплели. — Он не грелка, а использованный контрацептив! Не забудь позвать свою мазер, чтобы подмела потом резиновые ошметки, которые от тебя останутся!
Журналисты были в экстазе. Они-то шли на обычную пресс-конференцию, а вместо этого попали на такое шоу!
— Что же ты можешь ему сказать в ответ? — спросил ведущий.
Мне вспомнилась манера, с которой старший Емельяненко завоевал по настоящему мировую любовь.
— Скажу, что мы с ним померимся силушкой, побьемся, а там как бог даст, — с невозмутимым выражением лица сказал я, пожимая плечами.
Ведущий коротко кивнул, едва заметно подмигнув мне.
— Давайте же проведём битву взглядов!
Мы сошлись на середине. Тяжелоатлет, продолжая пребывать в образе, навис надо мной громадиной.
— Мазафака, мазафака! — шипел он.
Я изобразил на своем лице невозмутимость, умиротворенность и повесил улыбку на лицо. Едва заметную, но явно говорившую зрителю, что это как раз я порву соперника как тузик грелку. Картинка должна была получиться мощной.
 
«Американец», следуя сценарию дернулся, как бы обозначая удар. Я даже не шелохнулся, не моргнул, показывая, что ничуть его не боюсь.
— Пожмите руки!
Я протянул руку «американцу», но кисть так и осталась висеть не пожатой. По группе журналистов разошелся ропот. Трюк сработал отлично.
По итогу они уходили с восторженными глазами, некоторые с опаской поглядывали на «Джима».
— Серега, ты гений! — подскочил ко мне Глеб, удостоверившись, что все гости уже удалились. — Так ловко выйти из ситуации — это еще надо уметь! Я тебя уверяю — это завтра же будет во всех газетах. А сегодня — во всех теленовостях. А спортивные рубрики наверняка и расширенный репортаж о тебе сделают!
— Почему обо мне-то? О нас!
— Ну конечно, о вас, просто ты все-таки стал центральной фигурой, — объяснил Глеб. Ну что ж, ему виднее, он-то в этом профессионал.
Вечером я убедился в его правоте. Во всех спортивных новостях по телевидению наша пресс-конференция была на первом месте. Корреспонденты взахлеб рассказывали о «диких» бойцах, которые ждут не дождутся возможности выяснить, кто из них сильнее. Зверскую рожу «Джима» и мою насмешливо-скептическую физиономию показали крупным планом все каналы — вместе с оглашением даты и времени турнира, а также адресом точки продаж билетов.
На следующее утро я первым делом бросился к киоску «Роспечати» и скупил все утренние газеты. Пролистав первые пять газет, удовлетворено кивнул. Турнир получил огласку.
Газетчики действительно не подкачали, и вместе с восторженными описаниями наших воинственных речей дали четкие координаты нашей точки продаж. Как раз этого нам и было надо! Вчера, как только закончилась пресс-конференция, смешанная с мини-турниром, я позвонил Сергею (которому передали для такого случая на несколько ближайших дней мобильный телефон, оплаченный Покровителем — мало ли, вдруг придется срочно вызывать подмогу) и поинтересовался, как идут продажи.
— Да никак, — хмуро отозвался Серега. — Два человека за весь день подошли, а билет купил вообще только один. Эти гамадрилы рядом вон ухмыляются сидят — дескать, не для того вы девок наняли.
— Ладно, я позвоню чуть попозже, — сказал я, почему-то будучи уверенным, что уже совсем скоро картина изменится.
И точно. Когда я набрал Сергея спустя час, тот минут десять не брал трубку. Я уже хотел ехать на точку, подумав, что что-то случилось, как он вдруг ответил:
— Серега, извини, не мог даже трубку взять! Я хрен знает, что вы там натрындели на своей конференции, но народ попер так, что ни вздохнуть, ни… короче, ты понял! Я сейчас за полчаса чуть ли не треть билетов уже продал!
Так я в очередной раз убедился, что реклама — двигатель торговли, и пренебрегать ей ни в коем случае не следует. Такими темпами сегодня, после всех публикаций, зрители должны были расхватать все билеты.
  
Глава 2
 
После воодушевляющих телефонных новостей от Сергея я решил поехать на точку и лично удостовериться в том, как идут дела. Разговоры разговорами, а привычка самому контролировать происходящее (конечно, настолько, насколько это физически возможно в каждой конкретной ситуации) меня не оставляла. И время от времени я убеждался в правильности такого подхода. Все-таки, какими бы надежными ни были друзья и партнеры, они тоже могут в чем-то ошибиться, с чем-то не справиться или попросту слукавить, надеясь справиться с проблемами своими силами. А такие надежды жизнь иногда обламывает очень ощутимо и даже болезненно.
Утром я проснулся с приятным ощущением победителя. Вчерашние события потребовали от меня немало сил, но и результат получился вдохновляющим. После просмотра газет это ощущение усилилось. Теперь надо бы закрепить его личным визитом.
Наскоро позавтракав в ближайшем кафе (уж очень не терпелось приступить к делам), я поехал на нашу билетную точку. Прибыв на место, я несколько минут постоял в стороне, не обнаруживая себя. Незамеченным зрителем зачастую можно подсмотреть то, чего не увидишь на месте командира. Увиденное и вправду впечатляло: отлаженный нами механизм работал как швейцарские часы! Нанятые девицы древнейшей профессии свою задачу поняли хорошо и отрабатывали на все сто. Я невольно засмотрелся на то, как они подбегают к проходящим мимо мужикам, как бы случайно поворачиваясь к ним самыми выгодными ракурсами, и ласковыми голосами приглашают за билетами на настоящее мужское развлечение. Будь я обычным прохожим, я бы тоже захотел подойти и полюбопытствовать, куда это меня зазывает такая эффектная девочка.