Боец 6: лихие 90-е (СИ)
Боец 6: лихие 90-е
Глава 1
На следующее утро я еще минут десять валялся в кровати после пробуждения. Сны больно забористые снились, даже просыпаться не хотелось. Но вставать таки пришлось. Как говориться, отдохнем на том свете.
Сделав обязательную разминку и приняв душ, я поехал к месту продажи наших билетов на такси. Там обнаружил, что Серега разлепил глаза куда раньше моего и был с головой в наших делах.
— Вот почти, еще на пару сантиметров буквально подвинуть и все путём, — распоряжался он, отдавая распоряжения нашим бойцам, которые согласились выступить в роли разнорабочих.
Наш лоток почти установили, и Серега обустраивался, готовясь торговать билетами.
Ребята конечно бурчали, но делать делали.
— Мы ж только двигали… Вам не понравилось!
— Нет предела совершенству, — настаивал Сергей.
Я поздоровался со всеми. Девчонки кстати тоже приехали, и курили в сторонке. Я подошел к одной из них, забрал сигарету прямо изо рта, и потушил окурок.
— Ты чего охренел⁈ — возмутилась девочка, хлопая большими ресницами.
— Того, что у нас спортивное мероприятия, и курить здесь не курят. Сделай одолжение. Или хотя бы заходи за уголок, чтобы никто не видел, — я расплылся в обезоруживающей улыбке, не терпящей возражений.
Девка закатила глаза.
— Ладно, как скажешь шеф… — ее рука незаметным профессиональным движением скользнула по моей руке. — Ты тут главный, симпатичный какой…
— Не стоит, — я убрал ее руку, вежливо, но достаточно чтобы она поняла — такие фокусы здесь не нужны.
Как выяснилось, девицы уже прошли последний инструктаж у Степаныча (их сутенер наблюдал за происходящим из машины неподалеку). Что делать знали и даже с нетерпением ждали, когда все наконец начнется.
Я отошел подальше, чтобы посмотреть, как все это выглядит со стороны. Что ж, вид был впечатляющий. Красочный лоток, яркие и привлекательные девушки (с ходу и не скажешь, какой была их основная работа)…
— Боец, пойди ка сюда, — позвал меня Степаныч.
Мы вышли на улицу, и тренер показал, что примерно в сотне метров от нашей точки, стоит точка конкурентов. Ее как раз заканчивали монтировать. Неплохо братва подсуетилась. Видимо хотят сойтись лоб в лоб, но посмотрим, чем все обернется. Мы если что готовы.
— Чую, что будут проблемы, — вздохнул Степаныч, коротко кивнув на стоящий неполадку чёрный автомобиль.
— Посмотрим.
В целом на нашем фоне точка конкурентов смотрелась примерно как кусок черного хлеба на стакане с чаем рядом с шикарно накрытым ресторанным столом. Похоже, они сделали все ставки на телевизионную рекламу и решили особенно не заморачиваться со всем остальным. Теперь же было совершенно ясно, что если они и продадут какое-то количество билетов, то разве что случайно. Но к нашей подготовке они явно были не готовы… что же, не они одни способны устраивать сюрпризы.
Сейчас же незадачливые предприниматели смотрели на нас так, как будто мы лишили их крупного заработка. А впрочем, в каком-то смысле так оно и было. И что меня особенно порадовало — конкуренты явно были выбиты из колеи. Такой прыти и, как бы сказали в двадцать первом веке, креатива от обычных спортсменов никто не ждал. Это тоже было нам на руку.
Ну что же. На месте работа вроде бы наладилась. Я вскинул руку и посмотрел на часы. Пора было ехать на телестудию, через пару часов должна была начаться пресс-конференция. Серега оставался здесь, на продажах, а мы со Степанычем выступали главными спикерами и представляли бойцов.
— У тебя есть какой-нибудь сменщик? На всякий случай — если тебе отойти понадобится или проблемы какие возникнут? — спросил я Серегу. Вообще-то этот вопрос мы, конечно, обговаривали, но в таких важных делах никогда не помешает лишний раз все перепроверить.
— Обижаешь, тезка, — весело ответил Серега. — Сейчас подъедет, минут через десять. Зря я, что ли, учеников себе растил! — хохотнул он.
— Ну ладно, — сказал я. — И смотри, чтоб девицы не расслаблялись. А то знаю я их…
— Не боись, все будет в ажуре! — заверил Сергей.
Мы со Степанычем поймали такси и устремились на телестудию. Там нас уже ждали «русский» с «американцем», разминавшиеся словесными оскорблениями друг друга, безупречно выглядящая Алина и суетившиеся вокруг сотрудники телеканала во главе с Глебом.
— Ты фантастически выглядишь, — признался я Алине. — Глаз не отвести!
— Спасибо, — улыбнулась она. — Покровитель тоже, кстати, будет смотреть. Так что картинка нужна супер.
Меня кольнуло что-то, похожее на ревность. Вот зачем, зачем она все время о нем упоминает? Как будто я и так не знаю, что этот чертов Покровитель существует и следит за каждым нашим публичным шагом! А может, и не только публичным… Ну хорошо, а чего я-то завелся? Ведь обо всем уже давно договорились… Я еще раз посмотрел на Алину. Она смотрела на меня, хитро прищурившись, и довольно улыбалась. Так вот в чем дело! Она специально выводит меня на эмоции перед эфиром! «Ну ты и… лиса!», — подумал я.
— Десять минут до эфира! Все готовы? — раздался голос из коридора. Я заглянул в зал, где будет проходить конференция. По бокам стояло несколько камер, топтались фотокорреспонденты, ища выгодный ракурс, журналисты подтягивались и доставали диктофоны и блокноты.
— Не знаю, сколько там у них, но у нас журналистов полный зал, — проговорил я.
— А ты думал, — хвастливо сказала Алина. — Грамотная рекламная кампания в наше время много значит.
— Кстати, о рекламной кампании, — подхватил невесть откуда взявшийся Глеб. — Ну вы даете, конечно! Я вчера шел домой, дай, думаю, куплю какой-нибудь свежий боевичок — перед сном посмотрю. Купил, принес домой, ставлю кассету — а там ты со своим турниром! Так что вы со своей рекламой везде пробрались. Жена мне сказала, что теперь будет утюг осматривать, прежде чем белье гладить — вдруг оттуда тоже кто-нибудь выскочит и заорет про ваш турнир…
— Ну что, ребята, пошли, — взял нас под руки ведущий пресс-конференции. — Пора начинать.
Мы уверенно вошли в зал, расселись по своим местам на небольшой сцене. Алина подбадривающе подмигнула мне. Я оглядел «публику». Ряды зрительских стульев перед нами были битком забиты журналистами. Некоторые из них время от времени ослепляли нас вспышкой. Я почувствовал себя мировой звездой, впервые в истории осчастливившей своим появлением какой-нибудь провинциальный городок.
— Добрый день, уважаемые коллеги! — начал ведущий. — Сегодня в Москве состоится знаковое спортивное событие. Я даже рискну сказать, что события такого масштаба в истории отечественного силового спорта еще не было. И сейчас у нас с вами есть уникальная возможность узнать все подробности от организаторов и непосредственных участников этого мероприятия…
* * *— Добрый день, уважаемые коллеги! Сегодня в Москве состоится знаковое спортивное событие. Я даже рискну сказать, что события такого масштаба в истории отечественного силового спорта еще не было. И сейчас у нас с вами есть уникальная возможность узнать все подробности от организаторов и непосредственных участников этого мероприятия…
Этой фразой ведущего телевидения открылась наша пресс-конференция. Да что там конференция — можно сказать, открылся новый этап нашей работы и жизни. И, судя по торжественно-волнующимся лицам ее участников, все это понимали так же хорошо, как и я. Степаныч беспокойно крутил в пальцах лежавшую на столе авторучку. Алина задумчиво оглядывала присутствовавших, иногда переводя взгляд на меня — такой, слегка рассеянный и с поволокой, взгляд всегда говорил о том, что настоящая буря эмоций кипит у нее внутри.
Я украдкой посматривал на Глеба. Как руководитель канала, не принимающий прямого участия в турнире, он не вышел с нами на сцену. Но поскольку турнир был все-таки и его детищем тоже, в зале он все-таки присутствовал. И мне в какой-то момент показалось, что он волнуется сильнее всех. Может быть, это происходило оттого, что на кону стояла репутация его канала (что называется, пан или пропал — с такими-то конкурентами!), а может, он по своей природе принимал все слишком близко к сердцу… Так или иначе, годы работы в публичной сфере научили его не пускать эмоции наружу. С виду это был все тот же телебосс, вершивший судьбы звезд и проектов (хоть и не самого огромного масштаба). Но глаза его были беспокойны, а выражение лица, казалось, говорило: «Ребята, пожалуйста, не подведите!».