Начатки Крэя (СИ)
Паутинный серебристый переливающийся мячик достроился. Швейные лапки Ней-робота Айка втянулись обратно в искусственную головешку.
— Лови, пацан!
Несвойственной любому человеку минималистичности движений в паре сгибов суставов, Айк сверхчеловечески быстро швырнул в Крэя свежеизготовленный шар.
— Что за…
Мир потемнел.
Как в театре, где в самый ответственный момент прожектора отрубил опытный режиссер, сцена перед Крэем погасла и исчезла из виду.
Крэй проморгался. Протер глаза.
Темень.
Зажмурился, еще раз поднял веки.
Он очутился в освещенной свечами и факелами каменной келье. Справа, чуть выше головы — небольшое окошко с решетками. За окном кладбище. Хлопья снега валили с сумеречного неба, запорашивая толстым слоем могилы, памятники, склепы…
— Крэй, подержи пока, — двухметровый качок в варварских одеждах сбросил с плеч чехол с оружием. — Разбери, что в утиль, что годное еще.
Длинные мечи, короткие кортики, деревянные, каменные, ржавые, ломаные, волшебные, зачарованные хрустальными камнями, дающими необычайную силу заклинаниями… Казалось, чехол и вовсе — бездонный.
— А почему ты не соединяешь два меча сразу? Или например этот древний со своим гигантским? Мог бы получить сверхсилу.
Слова Крэя вырвались изо рта без его воли. Он словно смотрел кино, с собой в главной роли. Чуть в стороне, рядом. При том чувствовал все, что делает «этот другой». «Другой Крэй». Тот Крэй, что был моложе, лет на шесть, не меньше, возможно чуть больше. И видел все Его же глазами.
— Ну, хочешь — попробуй, а я пошел в парилку.
Воин поспешно разделся, оголив могучую спину и торс, и удалился за угол стены из грубого щебня.
Из-за плеча Крэя явился темный туман и нашептал:
— Проси силы.
Крэя уговаривать долго не надо. Соединил два меча. Длинный, самый массивный двуручник и белый каменный кинжал. Подняв высоко над головой прокричал:
— Властью Ормона, силу мне дай!
Ничего не случилось.
Дымка злого темного духа проползла в банный зал к Воину.
Крэй также последовал следом.
— Вот видишь, без подготовки — не выйдет.
— Попробовать стоило.
— Оставь нас. У нас есть тут дела.
Крэй послушно прикрыл дверь. Но не отошел, подслушивал в мелкую щелку.
Шепот кряхтел:
— Надо…
— Да, надо, — отвечал мужлан, намываясь.
Подробности разговора у Крэя не укладывались в логическую последовательность. Слова размывались, мешались, скрежетали, смысл ускользал и терялся. Голова заболела.
«Где я…» — Крэй наконец-то отрешился от действий «Псевдо-Крэя».
Поток мыслей разошелся, и Крэй стал думать отдельно, параллельно блеклой кино-версии себя самого.
«Я не перешел в Иной мир. Ощущение… В меня кинули мячом из паутины. Он оплел мою голову. Все потемнело, и я…»
Крэй продолжал приходить в себя, попутно наблюдая за сюжетом кино-сновидения-книги…
«Так, сновидение. Ближе всего…»
Крэй продолжал приходить в себя, попутно наблюдая за сюжетом сновидения…
«А ты что за Голос?»
Крэй слышал свои мысли, а также попутный рассказ неизвестного чтеца, описывающего каждое действо, каждый шорох и писк…
«Ты — это я?»
Крэй не услышал ответа. Лишь отреченное сухое…
«Все, понял, понял. Я, мои мысли, я слышу свой голос.»
Голова парня опять зазвенела.
«Ай, все, все, ладно, кончай…»
Лучше не задаваться лишним вопросом и не зарываться так глубоко, а просто продолжить просмотр кино…
«Сновидения!»
Тысяча и одна иголка с бубенцами на кончиках каждой впились в голову Крэя. Он изнывал от бурящей боли. В своем… сновидение.
«…»
Но смирился и продолжил плыть по течению.
Вот парень в компании Воина. Героя Веков и Поколений, которого явно, у него на глазах, со стороны добра и света склонили ко злу и заколдовали. Наложили гипноз и искусили. Воин, прежде Света, а нынче Тьмы, брел по кладбищенским темным дорожкам. Брел не один. Вместе с Крэем. А сзади вереницей плелся за Крэем целый отряд.
Весельчак Гарри, упрямый и ловкий Аб, несносный Уве, прекрасные заботливые старшие сестры Барбел и Лизи — все они остались в прошлом навсегда. Больше он никогда их не видел, лишь во снах.
«Это ведь сон?»
Да, это «сон» — успокоился Крэй. А значит, ничего опасного и страшного ему не грозит. Скорее всего…
«…»
И вот Воин, Крэй и Беспризорные Монахи, ничуть не повзрослевшие за все эти годы, смело идут на покорение гробниц и истребление духов. И только Крэй знает заранее, что рядом с ними предатель.
— Следует разделиться. Уничтожить придется на выбор несколько тварей, кто погрознее…
— Я возьму самых жестких, — Крэй с лопатой свернул по правой дорожке на лестницу выросшего из ниоткуда величавого замка.
— Я с тобой!
Длинноволосая…
«У нее никогда не было длинных волос…»
Крэй опять ощутил ужасную боль и примолк в своих мыслях.
Длинноволосая Барбел, махая боевых посохом, поднялась следом за Крэем по винтажной лестнице в стене темного замка.
Тут же в вытянутом коридоре, обвивающем замок, предстали Они. Флибустьер, Медуза, И-Пофок, Опасный-Альханик…
«Что это?»
Крэй знал имена, знал, что перед ним вдруг предстало. Но очертания монстров все еще были размыты. Призрак в черной вуали в окружении четырех мелких «приспешников». Как победить, стоит ли сразу напасть? Один удар — и он сулит смерть… Барбел все это — казалось чрезвычайно опасным. Никто раньше не натыкался на тварь и не пытался ее победить. Все в страхе бежали, когда та парила в их сторону с йодистым криком. Чем Крэй и Барбел сейчас и занимались. Бежали. Бежали сломя голову. По коридору, кругами, а навстречу им шел с другой стороны уже следующий монстр, более грозный, свирепый…
«Так. Разворот. Мелких приспешников в хобот вуали, одного за другим…» — Крэй пытался взять сон под контроль, — «чтобы сама тварь их всосала, а затем она и беспомощна!»
И кажется, у него получилось. Именно эти действия совершил Двойник-Крэй в незнакомых трухлявых мешковатых одеждах.
Приспешники, один, второй, третий, четвертый — сами пожрали друг-друга и изничтожили, обмотавшись в безразмерной вуали и пересекшись. Призрак остался скелетом. Без всяких одежд. Одинок и безобиден.
Барбел скосила голову твари.
И вот брат и сестра уже стоят перед Воином-Варваром, что вот-вот их предаст.
— Быть не может. Их еще никто не сражал…
— А я вот сразил. Подавись!
Крэй захватил-таки контроль над словами Юного-Крэя. И Крэй понял — Воин-Варвар уже их частично предал, приведя на верную смерть.
— И у всей семьи тоже все в полном порядке! Они тоже сразили!
— Мы тоже, мы тоже!
Аб, Лизи, Гарри и Уве — все несли по башке, отрубленной у монстров. Змеиные волосы, циклопический глаз в куске оголенного мозга, пернатый-хохолок, зеленая пасть с ядовитым оскалом…
— Замечательно! Можно и возвращаться!
Воин взмахнул накидкой-плащом и развернулся, зовя за собой.
— А зачем…
У Крэя есть вопросы. Очень много вопросов. Но сценарий, предписанный сном, продолжается, не позволяя ими задаться
— Мы победили, ура, ура!
Все закричали. И запели бодрящую песню. Почему-то она была на английском…
«А где Ли? Почему его нет, раз мы в этом возрасте, должен быть Ли…»
Ли, к сожалению, мертв.
«Что?..»
Опустивши взявшиеся из воздуха шляпы, вся шайка Бездомных Монахов почтила память героя у памятника, продолжая петь песню, не сменившую возвышенный мотив, поднимающий дух:
I feel your pain,
I feel no gain,
I feel this oppressive sorrow.