Начатки Крэя (СИ)
— Гость, вы все здесь гости и вольны уйти, когда захотите.
— Ага, благодарю. Пока погощу, но почему вот Николаю и Электре не даете уйти?
— А мы можем. Каждый день пытаемся…
— … Только нюанс — обратно нас сюда приводят под конец дня или двух.
— Особый протокольный случай. Пациент представляет опасность для окружающих и себя, офицеры Системы обязаны возвращать Вас, как только получают тревожный сигнал. Простите за неудобства.
— Слышишь, Крэй! Нам тупо не дают высказаться и открыть людям глаза…
— Слышу, слышу. Помочь-то чем могу?
— Выйди в мир, расскажи об Неотрансплантационной формационной изоляции в криолане!…
— … и про необит! Необит расчастичен от Кубита!
— Договорились, обязательно!
Крэй не знал — псих эта женщина, или взаправду какая-то совмещенная в ходе неудачного или удачного эксперимента личность. Он ничему не удивился бы. Но помочь точно никак этому горе-ученому не мог при всем желании.
Во-первых — слова, что несла эта/этот индивид, Крэй не то что передать, повторить кому-то не мог. Запомнить не удавалось, звучало, как белиберда.
Во-вторых — ну передаст, а смысл? Если «Кто-то» решил эту сдвоенную персону запереть здесь от греха подальше, этот «Кто-то» явно могущественен и безгранично властен.
Крэю как-то не хотелось выяснять, что за дела творятся в закулисье этого чудесного дивного мира ДжойСана, как прозвал его Илай. И он же рекомендовал парню держаться тише воды и ниже травы. Не все такие же позитивно настроенные, как старик, к «интересным историям» парня.
Система-правитель? Мозговая инженерия? Тайные заговоры и лаборатории?
Нет уж, подростку это, конечно, интересно, но он четко зарекся совать нос не в свое, в опасное и рисковое дело. Парню достаточно того, что его кормят, поят, одевают, дают кров над головой. Какая ему, по сути, разница в судьбе будущего этого мира, перепутьи Нико-Электры и Системы? В любой момент, в любую секунду, просто моргнув, Крэй мог исчезнуть из этого Мира… И все. А мог и остаться здесь на года. Потому всюду носил с собой сумку, подаренную Евгением, наполняя ее всем, что только может ему пригодится в будущем и уместиться в небольшом скромном пространстве.
«Стоит попросить Швею Аду сшить костюм с карманами пошире…»
Рядом со швейцарским ножиком, спичками и книгой теперь ютились пара теплых носков, подштанники, тонкая телогрейка, питательные батончики без срока хранения, пара бутылок свежей-чистой воды, компактный фонарик, заряжающийся от тряски, и электронная книга с загруженной сотней-другой произведений. На немецком, русском языках, испанском и английском. А заодно и учебники по языку, и словари. Крэю сказали, что последние — два самых ходовых в нынешнем мире языка, которые он и начал постепенно изучать, на всякий случай. Автопереводчик работал лишь на слух, в разговорах с другими людьми. А читать и писать — Крэю это не помогало. И потом, автопереводчик — автопереводчиком, а если в следующий раз парня перекинет в Мир попроще… Если перекинет. Перекинет ли вообще? И когда? День, месяц, годы… в следущее мгновение…
Эта неопределенность и отсутствие понимания, что ждет его в будущем, больше всего заботили его. Куда больше, чем любопытство к борьбе техно-революционеров с Системой, про которую ведал и Ямаец хриплым голосом, когда Нико-Электра заводила об очередную браваду. Судя по вздрагиваниям Сильвии и неодобрительному хмыканию Казимиро, они также в курсе про таинственных борцов с Системой. У каждого свои секреты, свое отношение и история с ними…
Любопытство Крэя все-таки брало верх над здравым рассудком. Идти на рожон он не собирался, но разве плохо узнать о мире и его обитателях побольше? В конце-концов, вне групповых и индивидуальных сессий парень только тем и занимался, что изучал электронные книги, подключенные к Сети Системы.
Крэй впитывал новые сведения, как иссушенное растение после засухи пьет воду. Лежа на пляже, под откидывающим приятную тень зонтиком. Или в покачивающемся гамаке, наслаждаясь удивительными видами и звуками водопада, который тек через центральную часть гостиницы, создавая атмосферу спокойствия и благополучия.
Электродвигатели, дроны, электролеты, генетические модификации, чипы усиления мозговой активности, искусственный интеллект, ДНК и его изменения, вакцины на клеточном уровне, клонирование…
Благодаря доступности ответа на любой запрос в мгновение ока, Крэй познавал правила жизни. Как и полагается парню в любознательном возрасте.
В виртуальность мета-мира также заглядывал, через интерфейс в номере, но старый добрый личный контакт и живое общение привлекали Крэя куда больше.
Потому, ради драгоценной свежей информации, со своими одногруппниками Крэй старался заводить неформальные разговоры почаще, естественно, вне стен зала «Joy», подальше от лишних глаз и ушей. Особенно роботизированных. В беседах один на один — люди чувствовали себя куда как раскованнее.
В излюбленной беседке, в которой под закат Ямаец имел привычку подымить «особый Пайок» — Крэй узнавал в подробностях про аугментации. Требующие немалых денег, умений и усилий усовершенствования тела и разума. Техно-революционеры как раз заправляли специализирующейся на таком лабораторией, где ставили опыты над похищенными людьми… А вот был ли Ямаец одним из похищенных, или сам служил в той лаборатории кем-либо, чернокожий мужчина предпочитал умалчивать, с грустью покашливая, и, как всегда, отводя усталый взгляд, уставившись на оранжевые краски уходящего солнца.
От Сильвии про ее состояние и прошлое многого Крэю добится не удалось — девушка замкнуто сторонилась контактов с окружающими. Парой слов перекинуться удавалось за завтраком да обедом. И время от времени в холле их этажа — она жила в противоположном конце коридора, в сороковом… На ужинах девушку не видать. Она боялась темноты, а вместе с ней ночи. И касаний. Крэй все больше склонялся к версии, что пытали и издевались над ней как раз «эти самые Техно-Революционеры». Что бы с ней не сделали — психику надломило знатно. Когда Крэй рассказывал про то, как его чуть не разрезали на части и не съели практически живьем… Девушку это не пугало. Даже вызывало легкую улыбку на обычно угрюмом лице.
«И это, по твоему, ужас?» — сказала она ему в группе при первом знакомстве, — «Я бы все отдала, если б так легко отделалась и быстрее скончалась.»
При вопросе, что же пережила такого она, улыбка с бледного лица Сильвии ушла, словно ее и не было. Больше Крэй старался не задевать за живое и не тормошить прошлое девушки, лишь общаясь с ней на общие темы, не касающиеся технологий. Тут она с охотой вводила Крэя в курс былых событий, рассказывала истории о становлении государств и необычайных случаях за прошедшие двести лет. Сравнивать различия в истории разных Миров — Крэй не в состоянии. Слишком большой пробел знаний. Слишком огромный кусок неизвестности. Поэтому, что бы за истории он не выслушивал — они реальны. Для этого Мира. А значит, и для него самого.
Легенда о Техно-Амнезии на промежуток в два века работала, и молодая девушка, находила отдушину в помощи молодому красивому парню.
Возможно, она даже с ним заигрывала. По своему. Скромно, безэмоционально, немногословно. Но — Крэй этого не понимал. Девичьи полунамеки — сложная тема, особенно для неопытного мальчугана, до этого по девчонкам не гулящего. А уж намеки от побитой жизнью травмированной иноземки — совершенно неподъемная для него высота.
Болтливый и неугомонный Казимиро появлялся то тут, то там. И в спортивном зале, в лобби-баре по вечерам, в укромном саду, где Крэй наслаждался пением диковинных птиц, читая Кира Булычева…
И вот, в очередной раз, уже начинавший поднадоедать собеседник, возникающий так внезапно в моменты уединения Крэя, вновь озарил своим присутствием задремавшего у бассейна парня. Казимиро совершенно не стеснялся своего дряхлого пузика и шастал по территории «Эмпатии» без майки, в одних тапочках и обтягивающих плавках.