Начатки Крэя (СИ)

Тогда Крэя начало даже подташнивать, и страх усилился…
Из стены Слизней к нему подполз Зеленоватый Крупняк и протянул ему свои рожки, намекая на желание контакта. Крэю особо ничего не оставалось, кроме как попробовать коснуться мерзотного Слизня. Как только ладонь прижалась к светящимся синим светом рожкам, волнение Крэя улетучилось.
По ощущениям тело Слизняка напоминало глину, по которой Крэй с таким трудом шел день напролет, только… мягче. Теплее, приятнее. Пальцы проваливались в необъятную глубь, поглощаемые вязкостью.
Отдернуть руку не было никакого желания, ни малейшей мысли прервать физическую связь. Сердце утихомирило свой грубый и быстрый темп. Легкость в голове. Пальцы, погруженные в слизь, уютно массировала оболочка Слизняка.
 
После первого контакта Крэй позабыл о нервирующей гнетущей мысли — как выжить, что делать; одиночество отступило вовсе.
На уровне подсознания, инстинктивно — Крэй начал свою жизнь среди Слизневых. Питался все той же рыбой, ягодами…
Жжжжжжж 
Жжжжжжж 
Жжжжжжж 
Также не чурался и попробовать экзотику, что притаскивали ему различные Слизневые. Сами показательно поедали мутноватую белоснежную жижу-желе через свои ротовые отверстия, впитывали ее в телесную оболочку.
В первый раз Крэй попробовал на вкус ее краешком языка, осторожно…
Жжжжжжж 
Жжжжжжж 
Жжжжжжж 
Сладкое, пряное и чуток терпкое желе таяло во рту и приносило с собой чувство благостного насыщения.
Шли дни, недели… Крэй потерял счет времени. Его не интересовало течение часов, минут, секунд. И правда — в чем смысл зацикливаться на исчислении, когда от тебя ничего не зависит.
Здоровый сладкий сон в шалаше.
Разнообразное сытное питание.
Общение физическим контактом с местным населением.
Чем дольше Крэй находился среди Слизней, тем больше ему мерещилось, что он их понимает. И уже не просто «подозревает» и «догадывается», что у тех на уме. По настоящему — понимает. Знает, если хотят помощи в переносе той или иной засохшей слизи для построения скульптур и норок. Тонкие линии, закорючки и узоры на постройках Крэй также рисовал по наитию. Достаточно было прикоснуться хвоста, рожек или любой другой части Слизневого, как в голове отражалось искомое. И физическое взаимодействие с ними, и воплощение в реальность просьб Слизняков — все доставляло нежное и приятное ощущение. Теплота, спокойствие, благодарность. Так было обыденнее.
 
Здоровый крепкий сон в шалаше.
Разнообразное полезное питание.
Общение физическим контактом с местными друзьями.
Пятник, Ползун, Обжора, Челночник, Поварята… Крэй начал систематически разделять и различать Слизней, давать имена.
Одни жирнее, наваристее, отвечали за кормежку, выдавливая из пасти желейную слизь, которую с удовольствием поглощал остальной рой. И Крэй. Сладковатая, горьковатая, кисловатая… Жижа, всегда разная, но неизменно питательная, растекалась по земле, верхний слой совершенно безопасно поедали Слизни вокруг. И Крэй вместе с ними.
Другие перевозили на себе материалы для строительства и различные травы, ягоды, насекомых, тушки зверей…
Третьи — поглощали мусор и остатки вокруг, служили едоками, неким подобием дворников.
Ближе всех Крэя можно было отнести к Пятникам — пятнистым Слизням-строителям, разнорабочим…
 
 
Здоровый периодический сон в Яме Логова.
Слизистое полезное питание.
Физический контакт с соплеменниками.
В какой-то момент Крэй, сам не заметил как, перетащил все свое барахло в укромную Ямку с крышей затвердевшей слизи, поближе к чарующим статуям, которые они с Пятниками строили, строили, строили… В качестве хобби.
Ямка — теплая, надежная, защищенная. Рядом собратья. Помогут Крэю и не дадут в обиду. Блудные Огоньки — верные товарищи: всегда подсобят, если парню захочется что-либо. Следует лишь эмоционально спросить, и они принесут ягод, уже обжаренной и очищенной рыбы, вкусной слизи, мягкого мха для прикуски для сна.
Внутри убежища Крэя тоже царили порядок и красота. Узоры и руны на стенках, земле, потолке, коими Крэй украсил жилище, переливались, словно живые, передвигались в вязком потоке вдоль стекающей свежей слизи, сочившейся из отверстий цвета фиалки…
 
Здоровый редкий сон в Яме Логова.
Слизистое нужное питание.
Физическое слияние с соплеменниками.
Особи. Мужские, женские… Как Крэй подозревал — Слизни должны быть бесполыми, и могут менять свою принадлежность в зависимости от нужды и ситуации. Контактируя с каждым вблизи, Крэй распознавал: самка перед ним или самец… Более того, каждого в Логове Крэй уже отличал одного от другого. Вот толстенький Кранг. Там вдалеке копошится с палками блестящая на столь редком в этом мире ярком солнышке Аннушка. По соседству обитают Юрга и Слэй. Симпатичная парочка, милая и игривая… Слизистые не стеснялись проявления чувств. Яростно сливались телами у всех на виду, выпрыскивая в воздух клубы белого дыма, проявляя симпатию.
Передышки в Яме Логова.
Нужда во сне у Крэя практически отпала с концами. Закрыть на несколько десятков минут глаза — необходимости в большем и не было. Тело и мозг не утомлялись. Строительство разнообразных фигур и их украшение, песни, прогулки за припасами ради строительства — на это уходило все время. Единственное, что до сих пор тянуло прилечь в своей Яме и на полчасика отвлечься от яркого быта — толстенький сборник Горького. Слишком увлекательной оказалась пьеса «На дне», которую он начал читать как раз перед провалом в болотистый мир. Персонажи, оказавшиеся у самой пропасти, странник Лука, запутанные отношения и связи… Крэй всей душой переживал за Актера: сможет ли он вырваться из этой дыры? Как когда-то вырвался сам Крэй из беспризорности и Чумы…
Через несколько абзацев частенько у Крэя по телу пробегала рябь, становилось некомфортно. Подташнивало. Тогда он шел прогуляться поодаль от Логова, продышаться, исследуя окружение.
Губительная Топь — не такая уж и безжизненная, но достаточно разумных и общительных существ, помимо Слизневых и Блудных Огней, Крэй не обнаружил. Шалаш, некогда возведенный с таким упорством — развалился, Крэю до него никакого дела уже не было. Периметр «оазиса» посреди пустыни-болота обходился часа за четыре. Примерно. Четкое время-ощущение у Крэя давным-давно улетучилось. Вся жизнь нынче напоминала тягучий кисель-сновидение, в котором парень погряз и плавал с комфортом.
Клочок плодородной земли окружала все та же глинистая пустошь, по которой он ранее брел, не видя ни конца ни края, с одной лишь надеждой. Повторять опыт и отправляться в неизведанное — желания не объявлялось. Даже смутная мимолетная мысль: а не отправиться ли далее в странствие к горизонту — уходила, не успев разрастись в серьезное намерение. Уж лучше среди своих, уже столь близких и родных Слизневых. Да и есть нужно, а что он в дорогу возьмет? Эту осточертевшую рыбу да ягоды? На сколько хватит запаса питательной Слизи, прежде чем найдет еще какие-то признаки жизни? Есть ли цивилизация там — в мертвой зоне под мутным вишневым небом? Найдет ли вообще… Тошнота проходила, голод вновь овладевал животом.
«Нет, стоит вернуться обратно в Логово. Перекусить.»
Слизистое необходимое питание. Поистине стало таким. Вся остальная еда — казалась пресной, безвкусной. Одинаковой. В отличии от бесподобной разнообразной Слизи. Последние дни Крэй практически питался лишь Жижей, извергающейся из пасти Поваренка. До чего же смешные свистящие звуки издавал этот Слизень-Кулинар, пока выдавал порцию пищи всем Слизням. И Крэю. Будто паровозик. Или закипающий чайник. Чу-чу…