Гувернантка (СИ)

— Катя, — шептала Анастасия. — Эта тайна… Похожа на появление принца на балу?
— Один в один, — заверяла я. — Но об этом говорить нельзя. Здесь у всех большие уши.
— А мы потом узнаем?..
— Обязательно!
Куда сложнее  было с мужчинами! Особенно с одним! Великий князь мало того, что всю первую неделю проявлял нетерпение, так на второй семидневке вообще свихнулся — очень умереть торопился! Но его нытье и моя постная рожа на ура прошли по сценарию. Ещё, выполняя мои указания, регент орал на слуг и охрану, иногда демонстрируя придворным дамам похотливую улыбку фавна…
Да и второго персонажа пришлось уламывать дня три! Хотя в кадре он и не появился. Барон Литтенгофер закатывал немые сцены и изображал полнейшее непонимание. Или не изображал? Как бы там ни было, а на четырнадцатую ночь спектакля по коридорам дворца прошлась до кабинета регента «таинственная» незнакомка в балахоне. Она очень «неосторожно» и многократно продемонстрировала провожатому своё лицо, а в обратный путь отправилась лишь через два часа. И всё это время в укромном уголке сада своей нервической печалью меня терроризировал барон Литтенгофер.
— Мария красавица… А вдруг она понравится Великому князю?! — ныл барон.
— Он к ней и так хорошо относится, — заверила я.
— А вдруг они… Вдруг они поладят?..
— Тогда я убью обоих! — нахмурилась я.
— Нет! Марию нельзя! У нас будет дочь! — счастливо улыбнулся барон. — Она говорит, что «Сначала — нянька, а потом — лялька!» Ведь у нас будет сын?
— Обязательно будет…
Ну, Машка! Залетела, а единственной здесь подруге ни словечка!
Свою волынку барон крутил по кругу раз десять! Но я разнообразием ответов его и не баловала. А когда вернулась Машка, он так обрадовался, что все свои подозрения позабыл! А я нет…
— Чем занимались без меня? — первым делом спросила я, пробравшись тайным ходом в спальню регента.
— Сидели в запертом кабинете, и я два часа слушал, какой замечательный человек барон Литтенгофер, — улыбнулся Великий князь.
— И всё? — недоверчиво сузила я глаза. — Смотри, Егор! Я сейчас проверять буду! С пристрастием…
Машке пришлось прогуляться в кабинет регента ещё раз, а потом я спросила Егора:
— А ведь ты не заставил бы бедную девушку компрометировать себя и мотаться по коридорам дворца?
— Конечно! — уверенно заявил мой муж. — Перенёс бы в нужное место, и всё!
И заработал подзатыльник. Не сильный.
— Катенька! — взмолился регент. — Да я в жизни женщин в кабинете не щупал! Это же рабочее место!
— А где щупал? — с интересом спросила я.
***
И он пришёл — долгожданный день безвременной смерти регента.
Я давно уже не появлялась на приёмах и манкировала другими своими обязанностями. Кроме прогулок в саду, конечно. А накануне прямо в коридоре устроила регенту сцену ревности. Вспомнила все прошлые обиды, приплела к ним Машку в балахоне и назвала Великого князя бессовестным соблазнителем, негодяем и коварным изменщиком. Он хмурился, даже пытался что-то сказать, но я орала непрерывно, от души, закончив свой монолог категорическим:
— Вон!!!
Реплик в этом акте у Георгия предусмотрено не было.
В день «икс» я пробралась в кабинет мужа тайным ходом, прихватив всё, что было нужно. Да и сам регент не сидел без дела. Но мне больше всего понравилось работать с гвардейцами! Понятливые ребята! Я только разъяснила, что надо делать, да Великий князь рявкнул, и они всё сделали, как приказано.
А вот против чего была я, так это против того, чтобы Егор резал себе руку! Но он сказал, что это совершенно необходимо.
***
Получив неожиданный сигнал, Великий султан Османской империи сомневался всего минуту. В конце концов он вполне мог просто пожелать посетить племянников или обсудить с регентом какой-то вопрос… А всё остальное просто совпадения! Да и при чём здесь неожиданность?! В летнем дворце российского императора давно что-то назревало!
Стоило ему появиться в коридоре, ведущем к кабинету регента, как командир охраны воскликнул:
 
— Великий султан! Мы…
Но Джафар оборвал его взмахом руки. Он и сам видел, что охранников здесь с избытком и у всех растерянные, а то и просто искажённые лица, словно они лимоны только что съели. Тем более что двери кабинета Великого князя распахнулись, и два дюжих латника выволокли в коридор растрёпанную, безвольно повисшую в сильных руках женщину.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Убрать отсюда лишних! — по хозяйски приказал Джафар.
Он остановил латников, схватил женщину за светло-русые волосы, потянул и посмотрел в безумное лицо Великой княгини. Слёзы, размазанный макияж, слюна, стекающая изо рта…
— Не помните её! — криво усмехнулся султан. — Сам допрошу.
«Такова плата за нарушение закона крови… — с радостью подумал он. — Теперь артефакты Щита российского императора от меня не спрячутся…»
Джафар уверенно зашагал к дверям кабинета, вошёл и закрыл за собой дверь.
На собственном рабочем столе в неудобной позе полулежал Великий князь, регент императора. Из его левого бока торчала рукоять кинжала. Большое пятно на рубашке — императорская кровь… И сердце не бьётся… А свалиться на пол трупу мешает лишь кресло, в котором регент сидел перед роковым ударом.
— Вот так бывает, Великий князь, — ухмыльнулся султан. — Сколько времени и сил потрачено, чтоб уничтожить тебя? А сработало давнее заклятие, о котором я уже и думать забыл… И в ком?! В фамильном Щите! В твоей жене! Не следует злить женщину!
Джафар огляделся, хмыкнул и продолжил свой монолог для мертвеца:
— Мрачновато у тебя… Но ничего! Всё меняется! Ты ляжешь гнить в склеп, а я… Я очень быстро займу трон объединённой Османско-российской империи! И не будет мне равных на этом Листе Книги Мира! А к тебе очень скоро присоединится ничтожный император-малолетка! Есть у меня «тихий» яд…
Больше султан ничего не сумел сказать. Ведь очень трудно произнести хоть слово, когда воешь от невыносимой боли, словно с тебя сдирают кожу.
Но кожа Джафара осталась на месте, а боль вызывало совсем другое. Словно лёгкий туман окутал его тело и, свиваясь в черную нить, тянулся к маленькому хрустальному флакону в руке чуть улыбающегося герцога Шэрра. Магия покидала султана…
В распахнувшуюся дверь ворвалась злобная фурия. Она бросила лишь один бешеный взгляд на парализованного Джафара и метнулась к бездыханному телу Великого князя. Выхватив из ящика стола чашку с мутной жидкостью, Великая княгиня вылила её на голову мужа и тут же закричала:
— Притащите сюда химика! Я убью его, если это не сработает!
Но её крик потонул в визге султана. Выбежать из комнаты и повторить приказ она не успела — на талию легла рука регента. А Джафар вдруг смолк и закашлялся.
— Не надо, Катя, никого убивать, — тяжело дыша, попросил Великий князь. — Лучше помоги мне снять эту сбрую…
Но она, словно кошка, прыгнула к султану и отвесила ему звонкую пощёчину.
— Это тебе, тварь, от императора и всей его семьи!
— Уф! — Джафар поморщился и вдруг улыбнулся. — Герцог Шэрр! Вы позволяете бить обездвиженного человека?!
— Кто? Кого? — изобразил удивление герцог. — Я ничего такого не видел! А вы, Великий князь?
— Я тут немного занят… — Регент расстегнул пряжки тонких ремешков и, прорвав рубашку вытащил окровавленный согнутый под прямым углом кинжал. — Пришлось руку резать… — пожаловался он.
— Вот возьмите, — сказал герцог Шэрр и хрустальный флакончик поплыл по воздуху к столу. — Думаю, это компенсирует вам неудобства. Как вы собираетесь распорядиться этим флаконом? Когда получите всю нужную вам информацию.
 
— Отправлю магам Магриба.
— Прекрасно! Великая княгиня! Я получил истинное удовольствие, наблюдая, как вы расставляете ловушку! А сейчас… Я забираю узника. На задке моей кареты есть удобная железная клетка. Пока Тёмный лорд не вынесет своего решения, я с удовольствием покатаю султана.