Замуж по подписке
Мужчина в форме – явно местный страж – вдруг засвистел так, что я от неожиданности подскочила. Сначала перепугалась до полусмерти, но потом увидела, как задерживают карманника, и успокоилась. Тревога не по мою душу. Хотя на миг представила, как Адриан вытаскивает жену из местного «обезьянника», и губы сами собой растянулись в улыбке.
Интересно, насколько сильно это бы ударило по герцогской репутации? После пафосной заметки про нашу свадьбу следующая была бы о том, как герцог Стенеску вызволял жену из застенок, куда она угодила, потому что… что? Стащила из книжного роман неприличного содержания? Так я его не стащила, мне подарили.
Я торопливо шла по широкой улице, когда под ноги кинулся мальчишка с бесплатными газетами и настойчиво сунул одну мне в руки. Я послушно взяла. Это у нас в мире лишь раздраженно отмахнулась бы, а тут важна была любая информация.
Идти в ломбард и закладывать кольцо не решилась. По нему меня могли опознать. Герцог где-то рыскал, а еще совесть все же протестовала против продажи чужих вещей. Марго могла бы хоть записку оставить, хоть пару монет припрятать для близняшки, которую так подставила!
– Ну вот как я умудрилась попасть сюда из своего удобного привычного мира? – бормотала я, спешно шагая в сторону дома. – Меня ведь все в жизни устраивало. Да я вообще ничего не делала! Не напивалась до бессознательного состояния, как некоторые попаданки в книгах. Не попадала под асфальтовый каток. Не прыгала в кроличью нору и даже не ела просроченный йогурт! Просто задумалась, пока делала кофе, и… вот.
Теперь я даже не представляла, как жить дальше. Точнее, представляла, но от этого не легче. Тут все слишком по-другому! Нет интернета, компьютера… А как работать с чернилами, пергаментом и шовинистами, я не имела ни малейшего понятия!
– Все же к чести двадцать первого века надо заметить вот что: да, любой может зайти в интернет и написать тебе «ты говно», но и ты можешь бросить флегматичное «а ты прямо варенье». А здесь, думаю, за такое можно получить и что-то посерьезнее зажатого обеда.
Придется тыкаться, как слепому котенку, в новые реалии. Впрочем, я как-то смогла это сделать однажды, будучи выпускницей детдома, ничего не знающей о мире литературы. Смогу и сейчас. В конце концов, технология или магия – не столь важно, ведь первичны люди. А люди любят читать сказки.
Осталось выяснить, какие.
Я остановилась как вкопанная. К счастью, я уже давно отошла от центральных проспектов, дворами пробираясь к дому Марты, поэтому никто не удивился вдруг зависшему посреди дороги писателю.
А вспомнила я древний, но очень классный анекдот.
«А где-то в параллельной вселенной маги и эльфы пишут про волшебный мир менеджеров и чиновников…»
Да! Да-да-да!
Если в моем мире популярны книги о драконах, темных стражах и магии, то в мире, где никто не слышал об «Инстаграме» или офисных буднях крупной компании, то, что мы называет современным романом, должно как минимум вызвать интерес. Нужно только рассказать о моем мире так, чтобы было понятно даже условной Марго, запертой в апартаментах условного герцога на безусловный срок. И воющей на луну от тоски.
А это может сработать. Нет, не так: ДОЛЖНО сработать.
Идеи новых книг всегда приходили внезапно. Наверное, всех авторов отличает весьма специфический ассоциативный ряд. Вот только что я думала про мужа-шовиниста, несчастную Марту, которая вкалывает целый день, о том, что надо где-то искать деньги и до кучи о тяжелой женской судьбе в мире, где из всех развлечений только книги по кулинарии и рукоделию… и вот уже в голове сложилась книжка.
На всех встречах читатели задавали один и тот же вопрос: «Откуда вы берете вдохновение?» На этот вопрос почти все авторы отвечали одинаково: «отовсюду, из окружающего мира, привычных нам вещей, фильмов, сериалов и путешествий». Чтобы хоть как-то выделяться в череде одинаковых ответов, я рассказывала историю про сосну.
О том, как в далеком детстве мы с моим любимым одноклассником Арсюшей кидались друг в друга шишками. Я смеялась и убегала, Арсюша заигрывал. Чтобы не получить шишкой по макушке, приходилось то и дело оглядываться. И вот в очередной раз оценив местоположение врага, я снова повернулась к лесу передом и… со всей дури вписалась в сосну.
Говорят, ни до, ни после воспитательница не слышала такого пустого звука. Арсюша меня сразу же разлюбил и стал дружить с девочкой без синей шишки на лбу, а я поняла всю суть романтических историй. И где-то в этом же возрасте начала придумывать сказки. Смешная история из детства отлично подходила для встреч с читателями, но правда была в том, что вдохновение витало где-то рядом столько, сколько я себя помнила.
Истории всегда были со мной. Смешные, романтичные, магические… Смогу ли я написать совершенно обычную книжку для меня, но волшебную – для мира магии?
Я мчалась в сторону квартирки Марты с глупой предвкушающей улыбкой на губах. Едва не налетела на разносчика пирожков, увернулась, врезалась в немолодого господина и почти распласталась на мостовой.
У меня был всего один лист пергамента и совсем немного чернил, так что я старалась писать мелко, убористо и сразу набело. Вот же дитя технологий! Привыкла чуть что стирать написанное или вносить правки прямо с середины страницы. Поначалу мне хотелось начать убивать, поэтому я сменила тактику.
Напишу сначала тезисный черновик, а когда получу листы и чернила, перепишу все начисто. И еще название… Господи, как сложно с названием!
Я чувствовала себя «МТА» – так ехидно называли писателей, переоценивавших свою гениальность. Молодой талантливый автор. Слишком часто это говорили с сарказмом. Но воистину, именно им я себя и ощущала: корона огромная, самомнение ого-го, а название придумать не может.
«Любовь и другие неприятности».
Как банально!
«На полшага от любви».
Так вообще говорят?
«Маша и босс-шовинист».
Нет, здесь нет такого слова.
«Только секс».
У них и так эпидемия неведомой фигни, зачем им эпидемия сердечных приступов?
«Ненавижу и люблю».
Хм, а это неплохо, хоть и банально.
Хотелось чего-то яркого и особенного, но мысль не шла, и я решила подумать попозже. Или вовсе посоветоваться с Мартой.
Я знала, что озарение придет, как случилось и с сюжетом. А еще верила, наивно и глупо, что если сюжет так легко родился и закрепился в голове, то история просто обречена на успех.
* * *На следующий день я отправилась штурмовать издательство, держа в руках десяток мелко исписанных страниц. А перед этим выяснила у Марты все о герцоге, вдруг явившемся в книжном. Ее мой рассказ не удивил:
– Да, я забыла тебя предупредить. В общественных местах стоят усилители магии, чтобы темные стражи могли засекать всплески темных сил.
– Но я не всплеск!
– Они могут настраиваться и на чужую магию. Тебе нельзя заходить в общественные места. Там тебя легко поймать.
– А издательство – общественное место?
– М-м-м… кажется, нет, это ведь не торговая лавка и не таверна. Не думаю.
– А рынок?
– Под открытым небом не ставят усилители, кристаллы чувствительны к холоду. Не заходи в торговые дома. Если хочешь что-то купить, то бери у уличных лавочников. В том числе и еду, она не так уж плоха.
Да здесь все не так уж плохо. Значит, Адриан может найти меня только в каких-то людных помещениях. В театр я не собираюсь, в книжном уже нагулялась, а если издательство не примет мой рассказ, проблема решится сама собой: купить еду будет не на что.
Я все же надеялась, что опыт не пропьешь. Я всю ночь не давала Марте спать, получила от нее подушкой, но написала небольшой рассказ с возможностью продолжения. По моей задумке «Бэтта-фолиант» опубликует его, как и обещало, в газете, а затем сразу же попросит продолжение. Это не совсем роман, но многие великие фантасты современности (моей современности, конечно) начинали с публикаций в журналах.
И еще это был очень хороший текст. Я так и сказала редактору.