Горячая линия (СИ)

Заглянул в ее совершенно больные глаза. Нет, тут точно не в запоздалой брезгливости дело. Надо же…
— Варвар, это все, конечно, печально. Но ты же психолог. И сама понимаешь, что со смертью одного человека жизнь других продолжается. Это не плохо, и не хорошо. Это то, как есть. И никуда от этой правды не денешься.
— Но если бы я постаралась лучше, такого бы не случилось.
— Глупости! Она сама решила быть с ним. Это лишь ее выбор. А ты сделала все, что могла. Я уверен.
— Правда? — Варя обхватила себя за плечи ладонями. Взволнованно облизала губы. В памяти еще были свежи воспоминания о том, как он их целовал. И какой она была вкусной. Во всех отношениях. Такого кайфа от секса Захар не получал уже очень давно. Варя была настолько отзывчивой, настолько с ума сводяще тугой, что у него крыша ехала. Он даже на секунду решил, что стал для нее первым. А то, что нет… даже слегка разочаровало.
Ну, не смешно ли? Захар никогда раньше о таком не задумывался, не мечтал. Просто в голову не приходило, что в его окружении кто-то мог бы сохранить себя для него. Ну и, конечно, то, что она позволила её взять, учитывая, кем он был в её же представлении, тоже торкало. Что ей мог предложить бомж? Ничего. А значит, она была заинтересована исключительно в нем самом. Значит, именно он привлекал ее. Привлекал больше, чем сдерживали условности. И если это не показатель, так что же?
— Уверен. Я же с тобой сколько раз говорил. Именно как со специалистом.
— Специалист ни за что не допустил бы того, что между нами произошло, — едва слышно прошелестела Варя. — А самое страшное… Я ведь понимаю, что вам бы лучше уйти, но все равно готова умолять вас не делать этого.
— А я никуда и не ухожу, Варвара. Что ты такое выдумала?
— Вы куртку взяли…
— Так, когда это было?
— Когда?
— Когда я решил, что ты слова ищешь, чтобы меня выставить. Думал, облегчу тебе жизнь.
— Я не искала.
— Это я уже понял. Тогда, может, вернемся в комнату, что мы тут с тобой как два дурака стоим?
Оказалось, все просто. Как-то легко с ней все проблемы решались. И недомолвки вскрывались быстро. Все без напряга.
— Моя комната там…
— А эта?
— Эта мамина. Но она в доме престарелых живет. Вы только не подумайте, это не я её туда отправляла. Она сама так захотела. Там ей веселей. Плюс отличный уход, реабилитация, после инсульта. Дома я такой при всем желании не смогла бы ей обеспечить.
— Мне бы и в голову не пришло, что ты ее выгнала. Я и не знал, что инсульты так помолодели. Твоя же мать, небось, не сильно меня старше, а, Варвара? — усмехнулся Захар, приземляясь задницей на тумбочку. Сама Варя в этот момент взялась раскладывать диван. С такого ракурса открывался отличный вид на ее попку. Варя помедлила с ответом, поправила подушки и только тогда обернулась:
— Нет, мама постарше вас, Захар Иванович. Она меня в сорок восемь родила.
— Ничего себе! — присвистнул Захар. — А отец?
— Отца я никогда не видела. Так вышло.
Закончив с диваном, Варя подошла к нему и взглядом велела подвинуться. Захар послушно встал с тумбочки, в которой, как оказалось, хранилось чистое постельное белье.
— Ну, по крайней мере, это все объясняет.
— Что именно?
— То, что ты потянулась к мужику вроде меня. — Варя недоуменно моргнула. — Постарше, — пояснил Захар. — Что? Скажешь, вас такому не учили? Это же чистая психология.
— Я понимаю, к чему вы клоните.
— Но?
— Но не совсем понимаю, что на это ответить. Меня просто… — Варя натянула наволочку.
— Просто, что?
— Вы знаете!
— Нет.
— Просто потянуло к вам, — бросила резко, будто надеясь, что после этих слов он от неё отстанет. Ага. Как же. Хреновый такой расчет. Потому что любой бы мужик среагировал на такие слова. А он был нормальным. Почти. — Вы ночевать останетесь? Вам стелить?
— Рядом с тобой? — спросил, вдруг осипнув.
— Это как хотите. — Щеки Варвары залил румянец. Она схватила пододеяльник и принялась вдевать в него одеяло. — Я подумала, что вам, может, некуда больше идти. Вот и предложила.
 
— Ясно, — усмехнулся.
— Так что?
— А я тебе сейчас отвечу. Только ты мне прежде тоже ответь. У меня к тебе есть парочка вопросов, знаешь ли. Первый — ты еще мне долго выкать будешь?
— А вы мне не говорили, что можно не выкать. — Варя, наконец, отбросила одеяло и уставилась на него с вызовом. Гордо распрямив плечи. От этого ее грудь выпятилась вперед и натянула свободную на первый взгляд курточку. А он ведь уже знал, что под ней. И потому во рту пересохло. Скулы свело от желания повторить. Снова ее коснуться.
— Можешь не выкать.
— Хорошо. Захар. — Он улыбнулся, потому что, ну и впрямь ведь — в ней проснулась необычайная дерзость. — А какой твой второй вопрос?
— Ты меня здесь собралась пригреть из жалости? Потому что, думаешь, будто мне некуда деться? Или все же в самом деле хочешь, чтобы я остался?
А вот этот вопрос стал для нее полной неожиданностью. Он это понял. Она могла быть какой угодно отважной, но в том, что касалось отношений с мужчиной, ей явно не хватало опыта. И это был тоже плюс. То, что она не прокачалась во флирте и в ведении таких бесед. Очень откровенных бесед. Бесед в лоб. Без купюр и без фальши.
— Я ведь, кажется, просила тебя остаться.
— Да, — вспомнил Захар.
— Так что в этой просьбе тебе непонятно?
— Мне непонятна ты. Но в то же время как будто очень понятна. Ты меня сбиваешь с толку, Варвара. Вот, что я тебе скажу.
Она потупилась. Заправила за уши выбившиеся их толстой косы пряди. У него на эту косу были свои виды. Нравилась она ему жутко. Прямо пальцы чесались. Коснуться. Может быть, потянуть. Несильно. Так, чтобы зафиксировать.
— Ну, раз у нас зашел такой разговор. Очень откровенный разговор, как я понимаю, ты мне тоже, пожалуйста, скажи, как есть. Я не обижусь, если что… — Варя как-то так повела плечом и отвернулась к окну.
— Спрашивай.
— Ты-то сам почему решил остаться? Потому что другой дуры не нашлось, или… — сглотнула. Глядя на то, как Варя с трудом подавляет волнение, Захар вдруг впервые подумал о том, как его появление выглядит в глазах любого адекватного человека. Ну, а что? Опустившийся бомж нашел одинокую дуру, навешал ей лапши на уши, а дальше все по классике…
— Потому что ты мне понравилась. Сначала по телефону. И потом, когда мы познакомились… хм, так сказать, ближе. Ты очень красивая.
Краска на щеках Вари стала гуще. И голова опустилась ниже. Но он видел, что она улыбается. Радуясь его комплименту.
— И не бойся, что я к тебе с вещами перееду. У меня появилось местечко, где можно перекантоваться.
— А я не боюсь.
Захар подошел к Варе, потянул за косу, запрокидывая голову, чтобы заглянуть ей в глаза.
— Боишься. Но в твоем случае это нормально. Забирайся в кровать. Ты едва на ногах стоишь. Совсем я тебя затрахал.
— Захар!
— Ну, что? — усмехнулся. — Я ведь правду говорю. Ты, наверное, и попку о стол стерла.
— Нет! — воскликнула Варя. Воскликнула скорей для порядка, или смущаясь. Потому что в ее глазах упрека не было. Лишь легкая поволока, которая выдавала как раз совсем противоположные чувства.
— Нет? Дай посмотрю…
— Захар!
Варя совсем осипла. Зрачки расширились, дыхание сбилось. А как она произносила его имя! Заха-а-ар. Нежно, тягуче. На выдохе.
— Ты ж не собираешься спать в спортивном костюме, правда?
— Раньше спала.
— Раньше у тебя меня не было. И из окон дуло. И кран отваливался.
— Прямо даже не знаю, как без тебя и жила!
Вот! Она опять стала дерзкой. И сквозь чувственную поволоку в глазах проступил вызов. Интересно. Ему было ужасно интересно в этом всем разобраться.
 
— Ну, вот, видишь, на язык ты остра. А штаны снять стесняешься. Кстати, я там уже все видел. И мне понравилось. Говорю же.
— Ты специально меня смущаешь!
— Угу. Это занятно, знаешь ли. Давай, Варвара. У тебя все получится. Я устал как собака сегодня. Еще и перенервничал из-за тебя. Надо бы в кроватку и на боковую. Ну, хочешь, я первый?