Горячая линия (СИ)
— Я могу вам чем-то помочь?
— Да. Мне букет нужен.
— Какие цветы?
Захар нахмурился. Ну, вот что она к нему пристала? Не знает он! И почему это вдруг так для него важно — не знает тоже. Он никогда и ни в чем не был первым. Наверное, поэтому. Да.
— Какие-то нежные. И весенние. Для девушки.
— У нас большой выбор тюльпанов.
— А вот это? Пионы, кажется?
— Да. Очень красивые. Вам сколько штук?
Захару хотелось выкупить их все. Но он вовремя себя остановил, вспомнив, что для Варвары он — обычный бомж, который вряд ли может себе позволить подобные траты.
— Пять. И мне нужно оформить доставку. Прямо сейчас.
Девица явно не впечатлилась его скромным заказом. Вздернула нос. Как их только на работу берут — таких спесивых?
— Боюсь, на ближайшее время все наши курьеры заняты.
— А вы все же поищите. Курьера, — нахмурился Захар, протягивая кредитку. — И вдогонку соберите мне букет вот из этих хризантем. Крикливо шикарный. На ваш вкус.
Девица хлопнула накладными ресницами, видимо, силясь понять — он её оскорбил сейчас или комплимент сделал?
— Хризантемы тоже курьером?
— Нет, хризантемы я вручу сам.
Раз уж все равно вышел, Захар решил заехать поздравить маму, не откладывая свой визит в долгий ящик. Это было правильное решение, ведь потом оказалось, что на вечер у стариков была запланирована вечеринка. На которой он ни за что не хотел бы побывать.
Мама букету обрадовалась. Усадила их с отцом за стол пить чай, в то время как сама хлопотала по кухне.
— Мам, может, вам доставку из ресторана закажем? У тебя праздник, а ты у плиты весь день.
— Вот еще! Знаю я, сколько в этих ресторанах дерут! Что, я сама не приготовлю?
Захар пожал плечами. Он уже усвоил, что его родителей не переделать. У них была какая-то своя жизнь, которую они ни за что не хотели менять. Захар много раз предлагал купить им квартиру пошикарней, или, там, машину новую, или путевку в морской круиз, но они постоянно отнекивались. И жили так, как пять, десять, двадцать лет назад. По-простому.
Часа через два, выслушав последние новости и сплетни, Захар засобирался домой. Набрал Варю, чтобы узнать, понравился ли той букет, но та не ответила. Позвонил еще раз из дома — ничего. Он попытался отвлечься, включил какие-то ролики на Ютьюбе, но что-то ныло внутри. Что-то жрало его и не давало расслабиться. Захар поймал себя на том, что он все время думает о Варе. Представляет, как она обрадуется, когда он позвонит, как затараторит в трубку глупые благодарности и, может, даже всплакнет. Его сжигало нетерпение. Он хотел ее эмоций. Захар понял, что нуждается в них, как вампир в свежей порции крови. Его самого уже давно ничего не радовало. И в какой-то момент Варвара для него стала единственным источником радости.
Щелкнув пультом, Захар набрал её еще раз. И, наконец, вместо надоевших гудков — тишина.
— Варвара?! Ну, надо же. Я уж думал, ты не ответишь. Неужели цветы не понравились?
— Нет… — шмыгнула Варя носом. — Точнее, да. Понравились… Я просто занята была. И если честно, я сейчас не лучший собеседник.
Вот тебе и положительные эмоции! Захар подобрался весь. Встал с дивана.
— Что случилось? Ты где сейчас?
— Я домой иду-у-у-у.
— Ты можешь толком объяснить, что произошло?
Ну, она и объяснила. Плача в трубку и то и дело сбиваясь. Оказалось, что у Вари была постоянная клиентка, а теперь она погибла. И в ее смерти Варя винит себя. Ведь если бы она сумела убедить её уйти от садиста-мужа, ничего подобного не случилось бы. А она не смогла. И как теперь с этим жить? — это Варя у него интересовалась, а он так растерялся, что ни черта внятного не смог ей сказать.
— Я буду через полчаса, — вот и все, на что его в тот момент хватило. Все же Захар не был готов ни к ее слезам, ни к тому, что они в своих разговорах поменяются вдруг местами. Оказалось, что ныть о смерти намного легче, чем говорить о чем-то жизнеутверждающем. Особенно, когда и сам не очень понимаешь, в чем же кайф — просто жить.
Не на шутку разнервничавшись, Захар спустился на стоянку. Вбил нацарапанный на бумажке адрес в навигатор и поехал, нетерпеливо постукивая пальцами по рулю. Хорошо, что Варвара жила не слишком далеко. Он бросил машину, с трудом отыскав место во дворе соседнего дома, и к ее многоэтажке пошел пешком. Непривычно взволнованный, набрал номер квартиры. Зазвучала мелодия вызова — и ничего. Сердце затрепыхалось в горле. Страх пронесся по телу холодком. Это было так же ужасно, как и… сладко. Чувствовать вновь. Хоть что-то чувствовать.
Подув на руки, Захар на всякий случай сверился с табличкой-указателем. Нет. Не ошибся. Это ее подъезд. Набрал номер квартиры еще раз.
— Да… — раздалось тихое.
— Открывай, Варвара. Это я. Захар.
Захару показалось, что называть свое отчество в данных обстоятельствах как-то глупо. Домофон тихонько тренькнул. Дверь открылась.
— Вам на одиннадцатый этаж, — всхлипнула.
Лифт ехал, кажется, целую вечность. И еще дольше стоял на этаже, прежде чем двери открылись. Захар вышел, осмотрелся. Ничего особенного. Типичная бюджетная новостройка. Увидел дверь с нужным ему номером. Постучал. И почти в тот же миг та медленно приоткрылась.
Захар никогда не пытался представить, как Варя выглядит. Для него это было совершенно неважно. Но если бы он представлял… Наверное, такая бы она и была. С большими красными от слез глазами, вздернутым, красным от все тех же слез носом и русой растрепанной косой, переброшенной через плечо. От сердца отлегло. Выглядела Варя, конечно, ужасно несчастной, но никаких глупостей она, судя по всему, делать не собиралась. Захар прошелся взглядом по ее фигуре и вернулся к глазам. Понял, что не только он ее рассматривал. Варя пялилась — будь здоров. Мелькнула мысль — а он? Он хоть немного близок к тому образу, что она себе в голове нарисовала?
— Так ты меня впустишь, Варвара? Или тут будем стоять?
— Конечно, — спохватилась. — Входите. И спасибо большое за цветы.
— Пустяки. Куртку куда? — Захар удивленно уставился на громоздящиеся вдоль стен мебель и коробки.
— Да все равно. Вот, хоть сюда положите. Хуже уже не будет. Мы переехали не так давно, руки не доходят разложить все.
Варя обхватила себя ладонями, будто никак не могла согреться. Захар прислушался к собственным ощущениям и понял, что в квартире действительно холодно.
— А че у тебя тут такой морозильник? Никак прикидывала, не сигануть ли тебе в окно?
— Нет, что вы! Мне такое даже в голову не приходило… — горячо возразила Варя, но поймав его смеющийся взгляд, запнулась и смущенно уставилась в пол. — Но вы правы. Это из-за окон. Их, очевидно, придется менять.
И все. На этом темы для разговоров закончились. По телефону было легко о чем хочешь болтать. А теперь, когда они лицом к лицу встретились, между ними повисла неловкость. Захар не мог найти слов, чтобы ту как-то сгладить. И уж тем более, чтобы Варю поддержать. Мелькнула мысль, что ему не стоило приезжать. Да было поздно.
— Вы проходите. Здесь кухня. Вы, наверное, голодны?
Голоден? Почему она так решила? Ах, да. Он ведь бомж. В представлении таких обывателей, как Варвара, те наверняка всегда были голодными. Захар усмехнулся. Скосил взгляд туда, где висело зеркало. Убедился, что выглядит довольно потрепанно. Небритый, заросший, с примятыми ото сна уже начавшими седеть на висках волосами.
— Нет. Но я бы выпил. — Глаза Вари расширились. Стали круглыми, как блюдца. И такими испуганными. — Чая, — уточнил Захар после короткой паузы и насмешливо улыбнулся. Варя трогательно покраснела.
— Конечно. Я сейчас заварю.
На удивление, кухня была просторной. От окна, у которого стоял голый стол, страшно дуло. Пока Варя набирала воду в чайник и ставила тот на плиту, Захар проверил резинки утеплителя, покрутил поворотные механизмы. Не такой уж и дерьмовый тут стоял профиль.
— Что вы делаете?
— Перевожу твои окна в зимний режим, Варвара.