Ван Ван из Чайны 3 (СИ)

— Знаю, что сделаешь, — проявил веру в меня Александр Иванович.
— А чем меня наградят? — не удержался Вова.
— Тебе квартиры мало? — поднял отец на него бровь. — Одну комнату, считай, отработал.
— Это отрабатывать не надо! — возмутился я.
— Да не подпрыгивай, — отмахнулся тесть. — Шучу. Все понимаю. И спасибо. Только в России нам квартира не нужна — есть где жить, у нас трехкомнатная, всем хватает, и двухкомнатная еще — ее сдаем. Ну сам знаешь — Катюха говорила наверное.
  
— Говорила, — кивнула Катя. — А еще дом загородный.
— Считай — коттедж, — кивнул я.
— Приезжайте в гости как-нибудь, примем как положено — на рыбалку сходим, шашлык пожарим, в баньке попаримся… — подманил меня культурным отдыхом тесть.
— Обязательно, — пообещал я. — Извините, я с вами не согласен. Вам квартира не нужна, это понимаю, но она нужна мне — меня, извините, соотечественники не поймут, если я этого не сделаю. У нас принято статус демонстрировать, а если кто-то начинает скромничать, его кроме как за дурака никто и держать не станет. Можно я немного объясню?
— А ты еще не объяснил? — хохотнул Александр Иванович. — Излагай, только извиняться больше не вздумай — не за что.
Кивнув, я принялся «излагать»:
— У меня теперь есть подаренная мне Партией квартира в столице, еще одна — в райцентре нашем, там Дзинь с Донгмэи жить будут, в школу получше ходить. Тоже подарили. Это помимо деревенской, «коренной» так сказать недвижимости: там уже второй коттедж отец достраивает.
— И агрохолдинг, — кивнул Александр Иванович, которого Ван Дэи разумеется в свои планы посвятил.
— И агрохолдинг, — улыбнулся я. — Это, так сказать, базис, который я уже физически не смогу потерять. Помимо этого, на нашем семейном счете сейчас уже под пару миллионов скопилось — это если в долларах считать.
— Офигеть! — присвистнул Вова.
— У меня хороший контракт с ассоциацией тенниса — она жрет изрядную долю призовых, но взамен предоставляет мне все нужное, чтобы я спокойно делал свою работу: транспорт, тренерский штаб, медицина и прочее. Все деньги за рекламу согласно контракта уходят мне за вычетом налогов. Мало у кого из спортсменов даже моего нескромного уровня…
Спутники гоготнули на «нескромного уровня», а я продолжил:
— … Такие прекрасные условия. Таким образом получается, что мои вашей семье подарки всего лишь дань уважения нашим традициям. У нас в Китае брак не только союз двух людей. Здесь женятся не только на любимой девушке, а в метафорическом смысле со всей ее семьей.
— Хорошо, что уточнил! — фыркнула оттаявшая Катя.
— Хорошо, — хохотнул Александр Иванович.
— Мы же с вами уже родня, причем — ближайшая, — с улыбкой добавил я. — Прошу вас не мешать мне соблюдать китайские правила, а я взамен обещаю во время прибывания в России ни слова не говорить о деньгах — в чужой монастырь…
— Любишь же ты наши поговорки, — перебил меня Александр Иванович. — Понял тебя, зять. Сразу после того как мою дочку окольцуешь, так сразу квартиру твою и примем. А пока — извини, — развел руками.
— Папа! — со смехом возмутилась Катя.
— А чего «папа»? — поднял тесть на нее бровь. — Подарки подарками, курорты курортами, слова — словами, а штамп в паспорте как ни крути от них не появится: это в ЗАГС идти нужно.
— Сегодня за ужином я хотел сделать Кате официальное предложение, — честно ответил я.
— Да ну? — не поверил Александр Иванович.
Не обижаюсь — это у него профессиональная деформация: по должности быть подозрительным положено.
Я протянул руку за спину, и Фэй Го вложил в нее бархатную коробочку, которую я предъявил тестю.
— Папа, ну зачем ты так⁈ — пискнула Катя, залившись краской и закрыв лицо руками от смущения, и, надеюсь, радости — о последнем говорили уголки ее растянутых в улыбке губ, не способные спрятаться за ладошками.
— Прости, — реально виновато покаялся перед дочерью Александр Иванович. — Такой сюрприз вам испортил, — грустно вздохнул. — Давайте матери ничего не об этом не рассказывать — пусть хоть она порадуется как положено.
— Момент безвозвратно испорчен, — пожал я плечами. — Стоп! — остановил нашу маленькую группку. — Но лучше хотя бы попытаться сделать все правильно, — опустился перед Катей на колено и открыл коробку с украшенным бриллиантом колечком.
Лучшие друзья девушек, как известно.
— Екатерина Александровна Оюн, я люблю тебя всей душой, и не могу представить себе жизнь с другой женщиной. Ты выйдешь за меня замуж?
Убрав с лица ладошки — через щели между пальцами она начала смотреть на меня еще до команды «стоп» — Катя выдержала паузу, придирчиво меня осмотрев со всех сторон.
А чего это? Я что, недостаточно хорош? Или это так сказать в честь выхода на новый уровень отношений? Встречаться-то совсем не то же самое, что бракосочетаться — здесь на своего избранника как следует посммотреть надо, да подумать.
— Нет! — заявила девушка.
Сердце словно ухнуло в пятки, душа грустно вздохнула, надела тельняшку, растянутые треники и уселась перед телеком смотреть хоккей под водочку с отварной картохой и селедкой: народный русский способ бороться с депрессией.
— Пока нет! — высунула язык девушка. — Попробуй еще раз вечером, только музыкантов и торт не забудь!
— Принято! — воспрял я духом.
Вот она, любовь — «повелся» на простенький розыгрыш, выбранный Катей в качестве мести за испорченный мной с тестем момент. Всё у меня не как у людей, но кто сказал, что это плохо?
— Правильно, — одобрил Александр Иванович. — Нормально нужно предложение делать, при всех твоих.
— Не делай вид, что ты тут не причем, пап, — со смехом стукнула его кулачком в плечо девушка.
Без пяти минут жена!
— Кто старое помянет, тому глаз вон! — «примирил» я отца и дочь.
— А твои-то, кстати, знают? — спросил тесть.
— Кроме прадедушки — он расстроился, что не смог с вами познакомиться, он сейчас в больнице, типа техосмотр плановый проводит. Остальные знают и меня в моем стремлении поддерживают. Поддерживаете? — на китайском обратился к восторженно глядящим на меня сестренкам.
Пусть хоть девочки подтвердят — бабушке Кинглинг хватит характера, чтобы прямо в лицо будущей родне заявить, что она им не рада.
Визуальной составляющей близняшкам хватило, чтобы все понять:
— Поддерживаем! — с энтузиазмом закивала Дзинь.
— Можно нам называть тебя «сестренкой», Катя? — взяла девушку за ладошку Донгмэи.
— Тили-тили тесто! — ехидно пропел Вова и получил за это от отца заслуженный подзатыльник и подначку.
— Герой — штаны с дырой!
Пожалуй, пока не стану говорить Александру Ивановичу о том, что жениться мне будет можно только через три года.
Конец третьего тома. Пользуясь случаем, от всей души благодарю уважаемых читателей за внимание к моим книжкам. Огромное вам сспасибо!
Том четыре — здесь:  https://author.today/work/464593