Ван Ван из Чайны 3 (СИ)

Повлиять на ситуацию я был не в силах, поэтому постарался восстановить душевный покой, выбросить лишние мысли из головы и закрыл глаза. Получилось даже подремать, но это я зря — затекли ноги и скрюченная спины. Лучше бы я во время полета выбирался постоять в проходе. Пофигу — до выхода на корт успею прийти в норму.
Так и получилось — пока мы пересаживались из самолета в машину и из нее — под Теннисный Центр, в раздевалку, я успел «расходиться» и был готов к не шибко обременительной на фоне утреннего противостояния с хорватом игре. Когда я облачился в шорты с поло и принялся зашнуровывать кроссовки, в раздевалку без стука ворвалась напарница Чжэн Цзэ, сразу кинувшаяся мне на шею:
  
— Ты такой молодец!!!
Разница в росте как раз такая, чтобы стоящая девушка была вровень сидящему мне. Какой страстный поцелуй! Жаль, что после игры меня «депортируют» обратно в Китай до конца турнира. Ай, ладно — о теннисе надо думать!
Судя по всему, так решила и Чжэн Цзэ: отстранившись, она принялась восхищенно перечислять моменты моей схватки с Марином Циликом, которые ей особенно понравились:
— … А потом ты отправил в него та-а-акой крученый!
— … В этот момент я подумала, что тебе конец, но ты…
— … А эти полчаса сплошного «больше-меньше» под конец второого сета? Они войдут в историю тенниса!
Плотные были полчаса, но Чжан Цзэ сильно преувеличивает — это она от эмоций.
— Теперь я точно знаю, что мы победим! — закончила она монолог.
К этому моменту я успел закончить облачаться в теннисную сбрую, а тренер Ло и Фэй Го устали делать вид, что в раздевалке только мы с Чжан Цзэ. А вот моя свита подавальщиков полотенец, воды и мячей лицо держала отлично — сидели в уголке и о чем-то тихо разговаривали, не глядя на нас. Не оплошал и Ли — как сидел за ноутом, так и сидит.
— Конечно победим, — с улыбкой кивнул я. — Идем!
— Идем!
  
Глава 8
 
Третье «золото», конечно, радовало, но в основном тем, что после его получения я могу с полной самоотдачей доиграть «Чайна Опен». Не радовало то, что прямо сегодня я не могу вернуться в Китай — предстоит «афтерпати» в стиле ЗОЖ и церемония закрытия Азиатских Игр, на которой мне вместе с другими золотыми медалистами нужно будет спустить китайский флаг.
«Афтерпати» решили проводить в столовой «мужского» жилого корпуса. Она невелика, но всю Поднебесную в нее набивать и не будем — допущены только «золотоносные» члены сборной. За окнами уже стемнело, поэтому приходилось пахать лампам дневного света. Украшение помещения взяли на себя наши спутники бытового профиля: шарики, талисманы Игр, поздравительные плакаты — все, как и положено в таких ситуациях.
Гвоздем меню служат газировки производства «Кока-Кола». Настоящие, с сахаром! Лица спортсменов, которым газировку разрешают пить очень ограниченно многое сказали о спортивной системе Китая. Взрослые люди, блин, большинству от двадцати до тридцати лет, а на «Колу» смотрят как на божество. К счастью, настолько «ежовых» рукавиц мне не грозит — я как бы сбоку на спортивные вершины влез, своим особенным путем.
Праздник начался торжественно — с зачитывания главным партийным деятелем поздравительного письма от целого председателя КПК, многоуважаемого Си Цзинь Пина, который порадовался нашей победе, напомнил о важности спорта для всего мира и пожелал нам всем дальнейших успехов. Народ письму был жутко рад — председатель у нас тут приравнивается к Императору, и слово его стоит очень дорого. Копии письма нам раздали, отправлю свое домой, пусть родные односельчан им пугают — список имен призеров Игр там есть, в том числе и моё. Эта бумажка в случае чего может открыть какую-нибудь очень важную дверь, за которой сидит китаец, способный решить мои проблемы. Надеюсь, не понадобится — лучше не беспокоить шишек лишний раз, пусть спокойно себе к моим победам примазываются и обеспечивают новые чисто ради самих себя, чтобы примазаться снова.
Рис наполнял живот вперемешку с рыбой, осьминогами и крабами, тренер Ло одобрительно смотрел на то, как я предпочитаю Коле скрепный зеленый чай, Чжэн Цзэ параллельно работе палочками рассказывала мне как хорошо она потратит призовые — фраза «подарю мужу часы» вызвала у меня приступ сдавленного хихиканья — а Шу Жу вливала в другое мое ухо рассуждения о том, что надо бы мне при случае отметить ее вклад в мои победы перед кем-то, кто способен поднять ей зарплату.
— За это я увеличу твой взнос в мой элитный Клуб, — выставил я условие.
Шу Жу насупилась и буркнула себе под нос что-то очень ругательное.
— К завтрашнему утру будет готова сорока шестичасовая баранина в маринаде, — смягчил я удар.
Соседи по столу, даром что он заставлен вкуснятиной настолько, что наши тарелки едва помещаются, синхронно втянули выступившие слюни. Пока я летал в Китай, мой су-вид спокойно себе булькал, доводя ломти мяса до идеального состояния. Кстати…
Открыв приложение на смартфоне, я недоуменно поднял бровь — су-вид «аварийно отключился» четыре с половиной часа назад — тогда мы с Чжан Цзэ как раз играли финал смешанного турнира. Плакала сорока шестичасовая баранина! А я ведь уже ее «спалил»! Как глава Клуба Качественного Питания я не могу позволить себе потерять лицо перед его членами! Нужно срочно «зарядить» в су-вид оставшиеся запасы баранины, приготовить по ускоренной программе и выдать за сорока шестичасовые — все равно никто подмены не заметит.
— Нужно в комнату ненадолго, — сунув телефон в карман, я поднялся из-за стола. — Да все нормально будет, кушай, — попытался усадить на место поднявшегося следом Фэй Го.
— Ага, — хмыкнул он.
— Ладно, — смирился я.
Попробую сделать так, чтобы он остался в коридоре.
— Не пить, — наказал нам вслед тренер Ло.
По-прежнему очень полезен.
— Конечно, — пообещал я.
Предупредив по пути партийного куратора и главного тренера сборной — потому что они сами спросили, куда это мы намылились — мы с телохранителем покинули столовую, прошлись по коридору и остановились в ожидании лифта.
— Знаешь, когда кто-то смотрит в телефон, а потом резко убегает, это выглядит подозрительно, — заметил Фэй Го.
— Камеры везде, — обвел я рукой окружающее пространство. — Охрана. Ноль личного пространства. Как быть подозрительным, если все время на виду?
— Эти твои слова тоже подозрительные, — хохотнул телохранитель.
Мы вошли в лифт, и он нажал кнопку.
— Да просто покакать в уюте родного жилья хочется, — соврал я. — Сам знаешь — я из деревни, у нас там унитазов не было, поэтому сейчас я ценю каждый удобный туалет.
Звук открывающихся дверей лифта потонул в жизнерадостном гоготании Фэй Го, и мы по коридору, показав наши пропуска имеющемуся здесь охраннику (мог бы нас уже и запомнить!) добрались до моей комнаты. Открыв дверь ключ-картой, я зашел внутрь и пересмотрел дальнейшую стратегию: прямо отсюда было видно подоконник с су-видом.
На стенке контейнера, практически на уровне его дна, красовалась небольшая дырка. Небольшая, но ее хватило, чтобы вода из контейнера вытекла на пол, впитавшись в ковер, а термостат «аварийно выключился».
— Фэй, смотри, — освободив проход, показал я.
— Пропала? — горестно спросил телохранитель.
И это все, что тебя заботит в такой момент⁈
— Пропала, но это сейчас не важно! — возмутился я.
Теперь мне врать не надо, а значит я с полным правом могу изображать высокоморального типа!
— Да знаю, — отмахнулся Фэй Го. — Когда ты последний раз был здесь?
— Вчера, — ответил я чистую правду.
— Эта штука отключилась, верно? — кивнул он на су-вид.
  
— Четыре часа тридцать семь минут назад, — показал я ему приложение.
— Вот оно что, — ухмыльнулся телохранитель. — Ты не знал, что кто-то продырявил контейнер, и хотел по-быстрому приготовить подделку сорока шестичасовой баранины!
— За кого ты меня принимаешь? — изобразил я оскорбленную гордость.
— Ну-ну, — фыркнул телохранитель. — Дай-ка, — протянул руку, и я вложил в нее телефон.