Остерегайтесь апокалипсисов. Книга 2 (СИ)

Пройдя в комнату, горничная осторожно приблизилась к столу и быстро начала составлять на него посуду. Первым делом она поставила пустые блюдца, чашки чая, а затем и сам заварочный чайник, от которого поднималась тонкая струя пара.
— Спасибо, Хана, — устало проговорила Саяко, даже не поднимая взгляд на девушку.
Хана, выпрямившись, сразу поклонилась и отступила. Она уже было хотела уйти, но я, все еще взволнованный от увиденного, сразу же схватил ее за руку и намеренно остановил.
— Постойте, — проговорил я, привлекая к себе внимание. — Это вас Соран так ударил?
Лицо девушки исказилось от растерянности. Казалось, в этот миг ее пустой холодный взгляд наконец-то наполнился хоть какой-то эмоциональностью, и первой ее эмоцией стало именно удивление. Хана взяла себя в руки еще несколько мгновений спустя, когда ощутила на себе пытливый взгляд хозяйки дома.
— Всего лишь семейные разборки, — отозвалась она, осторожно вынимая свою руку из моей хватки. — Не берите в голову.
— И вправду, не берите в голову, — повторила Саяко, искоса наблюдая за тем, как Хана покидает комнату. — Семейство Хирано — хорошо выполняет свою работу. Что бы не происходило, они всегда держатся достойно. Во многом здесь заслуга строгого воспитания Сорана.
Я молчал, так и не сводя взгляда с этой девушки. На моих глазах она подошла к двери, открыла ее, вышла в коридор, и лишь на долю секунды, но все же подняла на меня взгляд перед тем, как окончательно закрыть дверь.
«Ее ударили потому, что я с ней заговорил?»
— Давайте продолжим наш разговор. — Сая приподняла руку и устало прикрыла глаза. — Мой муж сказал…
— Юто соврал, — резко перебил я, невольно выплескивая свою злость, — чтобы Вас успокоить. Он отправил Вас сюда не с целью вылечиться, а с целью спрятать от внешнего мира и сделать так, чтобы Вы сами никому не навредили.
— Неправда, — строго отвечала Саяко.
— Это вы не хотите смотреть правде в глаза. Скажите, что происходило в столице, когда вы уезжали оттуда?
— Это все ложь, — женщина покачала головой, уже даже не смотря на меня.
— По улицам уже бродили слухи о монстрах, нападающих на людей?
— Это все ложь! — Внезапно Саяко вскочила на ноги. Схватив со столика горячий заварочный чайник, она резко выплеснула его прямо на меня. От боли я громко закричал и сразу встал. Кипяток, прыснувший прямо на лицо, сразу начал обжигать и прожигать кожу так сильно, что в первые секунды это было просто невыносимо.
Саяко, на этом не останавливаясь, резко подскочила ко мне и ударила заварочным чайником меня прямо по голове. Фарфоровый предмет моментально разбился на множество осколков, а я, даже не способный нормально открыть глаза от боли, повалился на пол. Продолжая громко стонать, я попытался хотя бы немного разлепить веки, и к своему удивлению увидел женскую фигуру, стоявшую напротив с тем самым металлическим подносом в руках. Саяко, замахнувшись, без раздумий ударила меня по голове.
Боль и слабость свалили меня окончательно. Я откинулся на спину и замер, ощущая невероятное головокружение. Все то, что было у меня перед глазами, расплывалось, но между тем звуки в округе все еще отчетливо доходили до меня: падение металлического подноса на пол, громкие вздохи и отчаянный женский голос.
— Даже если они больны, я своих девочек не брошу.
* * *
Мое следующее пробуждение было долгим. Из-за полумрака в округе я даже не сразу понял, что пришел в себя. Место, в котором я оказался, не было знакомым. Здесь не было статуи Будды, и в какой-то степени это было хорошо, ведь это означало, что я еще не умер.
Попытавшись приподняться, к собственному удивлению, я понял, что был связан. Мои руки, скрепленные за спиной чем-то плотным, не могли нормально пошевелиться, а ноги, связанные вместе от щиколоток и до бедер, не позволяли даже встать.
Оглянувшись, я увидел неподалеку от себя просторную кровать и понял, что находился в спальне. Постепенно сгущавшаяся темнота за окном подсказывала, что время уже было вечерним, и именно этот факт пугал меня больше всего. Еще чуть выше приподняв взгляд, я заметил двух девочек, сидевших на кровати. Они обе, укрываясь одеялом практически с головой, прижимались друг к другу и с некоторым интересом смотрели на меня.
 
Обычные дети — так бы мог сказать любой при одном взгляде на них. Да, они выглядели исхудавшими и бледными. Да, они казались очень маленькими и тихими. Но все же их длинные черные волосы, их большие глаза и аккуратные черты лица — все это придавало их внешности какую-то кукольность, простоту, невинность.
Однако эта внешность меня не сильно успокаивала. Понимая, что эти двое были близняшками, и осознавая, в каком месте я находился, я испытывал один лишь ужас. Дрожь охватила все тело, и скопившийся в сердце страх растворил в потоке сознания буквально все имевшиеся мысли. Я понимал лишь то, что не мог пошевелиться, и то, что предо мной сидели буквально два самых настоящих монстра.
Между тем, темнота за окном сгущалась. Последние солнечные лучи, бликами проникавшие в комнату, постепенно становились все темнее, пока и вовсе не исчезли. Этот миг длился будто бесконечно. Я смотрел на девочек, они смотрели на меня, а за дверью, во всем этом коридоре с решетками на окнах, стояла гробовая тишина.
Внезапно начало происходить то, чего я боялся больше всего. От превращения девочки начали дергаться, словно марионетки, которых растягивало множество нитей кукловода в разные стороны. Их руки и ноги стали увеличиваться в областях локтевых и коленных сгибов, их шеи удлиняться и изворачиваться, словно змеи, а лица искажаться в насмешливо-кровожадных гримасах с острыми, словно бритвы, зубами. От прежних девочек не осталось ничего. Вместо них предо мной скорее замерли два монстра, которые, продолжая изучать меня, не особо спешили нападать.
Пусть мой рот и был открыт, но говорить я ничего не мог. Страх действовал на меня настолько сильно, что это буквально парализовывало.
Оба монстра внезапно встали с кровати. Они, словно бешенные псы, сорвавшиеся с цепи, рванули в моем направлении и схватились за меня. Один из них взялся за верхнюю часть туловища, а другой за нижнюю. Я не успел ни вскрикнуть, ни вздрогнуть, но сразу же ощутил невыносимую боль.
Мое тело разорвало на две части почти сразу. Я помнил лишь то, как внутри меня стало резко пусто, как брызнула во все стороны кровь, а уже после этого и то, как мои останки разом рухнули на пол. Я не видел ничего, кроме двух гримас, насмешливо склонившихся надо мной в полумраке спальни, но мог приставить то, как выглядели мои внутренние органы, вывалившиеся из разорванного на две половинки тела.
В какой-то степени все это было забавно. Мои травмы уже не были совместимыми с жизнью, но мозг, все еще убеждавший себя в том, что все было в порядке, пытался до последнего не терять связь с миром. Вот уж и правда, невероятная жажда жизни.
* * *
Яркий солнечный свет. Будда. Благовония. Эта обстановка уже казалась до боли знакомой, и, на удивление, крайне приятной. По крайней мере, именно в этом месте я понимал, что мне ничего не угрожало.
— Никогда, — холодно произнес я, прикладывая руки к лицу. — Больше никогда в тот дом не войду. Даже если потребуется, скорее сожгу его к чертям, чем войду внутрь.
Тело все трясло. Пусть мысленно того же ужаса я и не испытывал, но какая-то отдаленная часть сознания продолжала посылать сигнал о том, что произошло. Я знал, что это состояние было недолговременным, и вскоре дрожь окончательно прекратилась. Именно тогда мысли и начали возвращаться в мою голову, позволяя детально вспомнить все то, что произошло в том злополучном доме.
— Значит, — вслух заговорил я, — Айн был знаком с генералом Нобутоши?
— Достопочтенны Айн… — прозвучал знакомый голос со стороны улицы.
Вспомнив об обязательном появлении одной очень молодой и подозрительной особы, я тяжело вздохнул. Чего мне не хотелось в этот момент, так это разговаривать с кем-либо, однако проигнорировать появление столь болтливого персонажа я не мог.