Овладевая судьбой (СИ)

 - Я не поладил с преподавателем. У нас с ним были разные взгляды на жизнь, мне пришлось уйти.
 Киваю, еле проглатываю комок, что встал в горле:
 - Преподаватель, да, я понял...
 Дальше мы говорили о всякой ерунде. И Билл вроде расслабился. Хотя все равно дергался, когда я случайно касался коленом его колена. Я видел как в такие моменты он замирал, быстро облизывал губы и вновь начинал что-то быстро рассказывать. Дурак. Неужели он думает, что я не вижу этого? Я могу только улыбаться. Тепло улыбаться.
  
 Мы возвращаемся в комнату. Биллу постелили на ложе возле окна. Шикарно. Места там много, а вид красивей. Умываюсь перед сном. И понимаю, что будет очень сложно спать рядом с ним. Близко, но далеко. Укладываюсь под одеяло, оно тонкое и легкое, я бы даже сказал, что это больше простынь, чем одеяло.
 Свет уже погашен, а мы лежим в своих кроватях, и я чувствую себя женатым мужем. Будто мы с женой приехали в гости к ее маме, а ее отец не разрешает нам ночевать в одной постели. Черт. Отворачиваюсь, чтобы не смотреть в его спину.
 Bill ©
 Я верю в то, что произошло случайно. Это просто случайность. Меня кто-то проверяет. И я пройду эту проверку. Пусть Эртройт обломается. И пусть все боги обломаются. И кулон мой пусть ко всем чертям катиться. Если я доверю этой безделушке что-то решать, что я полный идиот.
 Я слышу его дыхание. И не могу понять, почему мы не лежим в одной кровати.
 Идиот. Спи, Билл, спи. Завтра день быстро пролетит. Потом еще пять таких быстрых дней и ты окажешься дома. Далеко от этого назойливого немца.
 И я совсем не хочу его обнять. Я не хочу. Не хочу. Не хочу.
 Avt ©
 Утром Билл проснулся раньше своего знакомого, поэтому и занял ванну первым. Нужно сказать, что ночью ему было очень жарко. И сейчас он балдел в прохладной воде, набрав ванну до краев. На поверхности у него виднелась только взъерошенная макушка.
 Том же, проснувшись, первым делом наткнулся на пустующее ложе. Брюнет уже встал. Дальше он обратил внимание на то, что персиковой коробочки нет на месте, снова нашел ее в урне, положил назад, на ту же полку. Достал чистое белье и полотенце, зашел в ванную комнату...
 Брюнет вздрогнул, приоткрыл один глаз и тут же его закрыл. Пусть смотрит сколько влезет, в принципе они уже видели друг друга голыми.
 - Ты еще долго? - Том кинул свои вещи на тумбу, цветом морской волны, уселся на стул.
 - Да, я только залез...
 - Билл, мне тоже нужно...
 - Том, иди, поспи. Ты еще не выспался.
 - Окей.
 Эртройт вышел из комнаты. Билл даже глаза открыл, его упрямый друг так сразу сдался? Ну, и ладно. Удивление вмиг сменилось обыденностью.
 А Том заправил кровать, проверил телефон, никто не звонил. В комнату постучались.
 - Войдите, - Том увидел в дверном проеме молодую девушку, это была старшая дочь Али.
 - Ой, - она тут же отвернулась. А Том понял, что он стоит при ней с голым торсом. - Вы не могли бы надеться?
 - Простите, я сейчас... - Эртройт быстро натянул на себя футболку. Али же предупреждал его, что в его доме не должно быть голых мужских тел. - Я все... - он виновато улыбнулся, а девушка, в красивом розовом платке все-таки повернулась к нему.
 - Меня зовут Ранья, вы помните меня? - Она стояла на пороге, Том кивнул:
 - Ты дочка Али, самая старшая, да?
 - Да. И я говорю по-английски. - Она мяла в руках полы своих платков.
 - Я тоже говорю по-английски, - улыбнулся Том, - ты войдешь?
 - Нет, мне нельзя находиться с чужим мужчиной в одной комнате, тем более наедине, - она скромно улыбалась, прислоняясь телом к дверному проему.
 - Ах, я дурак... у вас же, религия, ну, строгая, да? Вам много нельзя...
 - Нет, что вы, она не строгая. И нам наоборот, многое можно... только с одним мужчиной.- Ее щеки тут же воспылали огнем.
 - А, ну, да...верность и все такое, родители выбирают мужа...
 - Мой отец говорил, что вы не против жены нашей веры...
 - Да, я не против.
 Девушка смутилась еще больше, но вопросами сыпать не перестала:
 - А вы из Нью-Йорка, да?
 - Да, именно.
 - Это красивый город? Я однажды видела его, на уроке географии...
 - Тебе разрешено ходить в школу? - Том оперся на поверхность стола.
 - Да, я хочу быть независимой и умной, - только папе об этом не говори...
 - Хорошо, - Том смеется и потирает пальцами подбородок,- а ты зачем пришла?
 - Посмотреть на тебя... и проверить свой английский...
 - У тебя хороший английский.
 Девушка с интересом разглядывала юношу, молодого и красивого. И Том был не против. Он смотрел в пол, улыбался, ведь чувствовал, что сейчас он для Раньи словно экспонат в музее.
 - А ты когда-нибудь видел танец живота?
 Том напряг свою память, вообще-то, когда-то они с Джорджем ходили в стрипклуб и несколько девушек там танцевали танец живота... голыми. Но он подумал, что об этом не стоит говорить.
 - Вообще-то нет, не видел. А ты танцуешь, да?
 - Только для папы и сестер. Нас с самого детства учат танцевать.
 - Да, Али мне что-то про это говорил, - Теперь Том разглядывал девушку. Под всеми ее одеждами сто процентов скрывалось красивое тело, со смуглой кожей. Всякими изгибами и рельефом тела. Она не была слишком худой, ее формы и округлости не способны скрыть полупрозрачные легкие ткани.
 - Мне пора, Том.
 Парень не успевает ничего ответить, как девушка срывается с места.
 - Тебя забросают камнями на главной площади, - за его спиной появляется брюнет,- а ее изобьют плетьми, если вас уличат в каких-то отношениях. - Он вытирал волосы полотенцем, а на его бедра были натянуты боксеры, которые сидели очень низко.
 - Ревнуешь? - Том не отводил взгляда от влажного тела брюнета, тот оглянулся на него:
  
 - Эртройт, ты много о себе думаешь...
 - Да, точно...
 Том прошел мимо брюнета, зашел в ванную комнату, специально оставил открытой дверь. А что тут такого?
 Он раздевался, пока в ванну набиралась вода, затем залез в нее, выдохнул. Очень хорошо. И приятно. Вода действительно расслабляла. Ее прохлада дарила неописуемую нежность.