Самый лучший коммунист (СИ)
В будущем каждый наш предатель тыкался народу в лицо с посылом: «вот какой плохой совок был, смотри сколько предателей», но что-то почти ничего не слышно было о предателях капиталистических. Например, «Кембриджская пятерка». Или актуальный для этих времен, супер ценный агент Трофимов Георгий Владимирович, ныне занимающий должность полковника Разведывательного управления Министерства обороны США. Или Джон Энтони Уокер — этот должностью не вышел, но образцово-показательно передает нам ключи к военно-морским шифрам. Пропаганда пропагандой, но КГБ — реально самая могущественная спецслужба в мире, и боятся ее не зря. Банальная логика, блин: что проще — найти предателя в закрытой, пронизанной шпиономанией (что правильно!) стране, совсем недавно положившей десятки миллионов человек в борьбе за существование — это сильно мешает иллюзиям о «светлоликих эльфах» — или в рыхлом капиталистическом теле, банально предложив немножко денег или поймав на компромат? Ответ очевиден, но кто об этом задумывается, если надо СССР пинать изо всех сил во имя реставрации и неприкосновенности капитализма? Что ж, тоже понять можно — если КГБ такой могущественный, почему полудурки из Кремля просрали сверхдержаву ради возможности красиво тусоваться в чужих странах, попутно скупая там недвижимость? Почему нельзя было вытряхнуть пожилое, погрязшее в догматах дерьмо еще на этапе Застоя? Нет ответа, есть только горькая объективная реальность. Хорошо, что теперь вокруг меня другая реальность, где за державу не настолько обидно. Цель — чтобы «обидно» не было совсем!
Папа будет принимать нас у себя дома — в храме Святого Петра. Отличная возможность полюбоваться памятником экстра-класса. Площадь у храма усыпана народом — по словам Никиты Семеновича, это здесь стандартная практика. Интересно, а жителям вон тех домов с окнами на площадь нормально слушать столпотворения весь световой день и даже немного ночью? Я бы на их месте продал нафиг свою дорогущую квартирку и переехал куда-то потише. С другой стороны, едва ли здесь живут пролетарии, скорее богачи для статуса прикупили, чтобы с нарочитым спокойствием, как бы между делом, сообщать собеседникам: «да, окна моей квартиры выходят на собор Святого Петра».
Квартирный вопрос итальянцы после революции решили просто — собственное жилье является частной собственностью. Хочешь кооперативную квартиру? Да пожалуйста! Частный дом? Тоже запросто — только плати. Тот еще социализм, конечно, но у нас скоро сделают так же: осталось расселить что-то в районе двадцати миллионов человек. После этого критичность квартирного вопроса сильно снизится, и можно проводить легкую приватизацию, начав с кооперативных квартир, частных, колхозных домиков — включая приусадебный участок, конечно — и дач. Раздавать жилье, конечно, страна от этого не перестанет — у нас же государство для народа, а не народ для государства. Ну и, разумеется, в распоряжении Горкомов, производств и колхозов останется некий «маневренный фонд», из которого потерявших актуальность жильцов можно будет выселить, чтобы передать более достойным. Махинации, взяточничество и блат, безусловно, будут, но рай на земле невозможен даже при наличии попаданца в теле Генсекова внука.
Актуальный Папа — Павел VI — встретил нас на крылечке, как бы дав понять, насколько наш визит для него важен, и имел лысеющую, лопоухую рожу, навевающую ассоциации с Луи Де Фюнесом. Превратив подавленный смешок в улыбку, я дождался, пока Павел поприветствует посла, генерала и митрополита — последнего прямо тепло, и аккуратно пожал протянутую мне ладошку:
— Доброе утро, ваше святейшество. Большая честь находиться здесь, в самом центре католической культуры.
— Доброе утро, Сергей, — с улыбкой поздоровался он в ответ. — Позволю себе заметить, что Ватикан — центр не католической культуры, но христианской веры.
— Разумеется, ваше святейшество, — не стал я с порога погружаться в теологический спор.
Мы медленно побрели вглубь лишенного гостей собора — выгнали ради безопасности. Просто охренеть как красиво! Заметив, какое впечатление на меня произвели фрески и сияющие золотом стены, барельефы и прочая архитектура, Павел номер шесть заметил:
— Разве подобное великолепие не вызывает в людях стремления посвятить свою жизнь Христу?
— Подобное великолепие вызывает у меня мысли о том, что большое население, помноженное на плодородные земли, позволило тратить прибавочную стоимость на строительство подобных вещей. Но не признавать культурную и цивилизационную значимость Христианства может только слепец. Как минимум, вера вдохновляла Микеланджело на настоящий шедевр! — подняв взгляд к покрывающим купол Микеланджело фрескам, я вздохнул. — Просто невероятная работа с пропорциями.
— Ваше предложение посетить СССР стало для меня полной неожиданностью, — дав мне время полюбоваться, обратился папа к Никите Семеновичу. — До недавнего времени вопросы религии в вашей стране были несколько… — пожевал губами и подобрал слово. — Чувствительными.
— Темные времена бывают у всех, — ответил посол. — Но теперь, в полном соответствии с конституцией, Советский Союз придерживается полной свободы вероисповедания. В наших Западных краях много добрых католиков, и они будут счастливы увидеть вас своими глазами, Ваше Святейшество.
У Папы намечается большой тур по западным окраинам Союза и Соцблоку — в Польше, например, народ прямо очень католический, так что пропагандистский эффект будет сказочным.
Глава 8
Сидя на диване в гостиной своей московской квартиры, я смотрел телевизор. Показывали стоящего на крылечке костёла Святого Иоанна Крестителя — главного католического собора Варшавы — папу Павла VI. Только что он провел службу в компании главных польских попов и тщательно отобранной массовки, и теперь обращался к заполнившему окрестности собора народу:
— Эпоха модерна была призвана помочь человеку приблизиться к сакральному: ответам на вопросы «кто мы?» и «зачем мы здесь?».
Его речь — прямой результат трехдневного путешествия с неплохо умеющим промывать мозги кому угодно Сережей.
— Но научно-технический прогресс привел к другому: человечество все больше удаляется от сакрального в пользу сиюминутных радостей. Наш век должен был стать рассветом человечества — достижения науки позволяют нам как никогда близко подойти к нашему предназначению. Всем, кто меня слышит, знакома притча о строительстве Вавилонской башни, и многие сбившиеся с истинного пути добрые христиане обвинят меня в желании повторить ошибки прошлого. Это — ложный путь: я говорю лишь о совершенствовании человеческой природы. Господь создал нас несовершенными и даровал свободу воли не для того, чтобы человечество упивалось пороками. Понять Его замыслов нам не дано, но истинное христианство зиждется на стремлении человека к сакральному. Мы сбились с пути, но еще не поздно обратиться лицом к Истине. Из всех существующих в земном мире систем наиболее справедливой является социализм.
Народ одобрительно взревел.
— Человек не должен жить на земле праздно. Господь видит в каждом из нас Своего друга, помощника и со-работника, способного приумножить красоту и многообразие Божиего мира, увидеть глубочайшие, сущностные связи различных сторон Бытия. Наука помогает человеку увидеть и постичь все величие Его замысла. Господь любит нас, Господь не хочет, чтобы люди жили в нищете и прислуживании кумирам. В основе социализма лежат глубоко христианские идеи, ибо сказано: по делам их узнаете их. Капитализм привел человечество к двум жесточайшим войнам в истории человечества. Капитализм низвел человека до потребителя, денно и нощно вынужденного бояться голодной смерти. Да, испытания закаляют душу, но поглощенный заботой о хлебе насущном человек не может себе позволить по-настоящему задуматься о своей роли в великом замысле. Я призываю всех добрых христиан отказаться от ложных идеалов и построить новое, справедливое общество!
Святой Престол сделал свой выбор, чуть ли не впервые в истории согласившись взглянуть на мир открытыми глазами и признать очевидное. Папа не дурак и видит, к чему все идет. Если Павел IVпо-привычке будет обслуживать интересы капиталистических элит, его преемникам придется венчать содомитов. Ну не приятно! Это же чистой воды сатанизм! Ну и доминирующая политика-экономическая модель соответствует: борьба с «пережитками и мракобесием» ушла в прошлое, все канонические религии чувствуют себя хорошо. Научный атеизм, впрочем, из школ не уйдет никогда — полезная для формирования критического мышления штука. С другой стороны — в 90-е не больно-то помогало, и имеющие научную степень по этому самому атеизму товарищи «заряжали воду» вместе со всей страной.