Охотник 6: Реквием (СИ)

Охотник молниеносно прикрыл свой торс тремя парами рук, укрепил кожу и плоть маной и укутал себя нитями «Мироздания», сотворив из них некий защитный кокон.
— ЭТО НЕ ПОМОЖЕТ!!!
Кулак вонзился в защиту Артёма, пронзил нити, руки и въелся в его живот.
И в этот самый момент, помимо боли, разум Артёма окутало самое настоящее «безумие», от которого он чуть не ослеп и не лишился дара говорить на всех языках «МежМирия», а так же удар сломал его руки, раздробил рёбра и порвал плоть.
  
Артём возвысился и пробил потолок пещеры, начав рыть своим телом туннель на поверхность.
Сила удара была чудовищной, и не знала себе равных. Дело дошло до того, что парень угодил в водный кристаллический мир, где воплощения света в виде гигантский червей провожают его полёт огромными изумрудными глазами.
Артём моргнул, и тут же осознал, что он больше не в недрах «Лазурного Хребта», а на его поверхности. Тело парня вонзилось в кристаллическую гору, с которой он и Дикап не так давно спрыгнули, дабы угодить в туннель, который прорыли «Крестоносцы Света».
И теперь возле туннеля, что располагается по центру поселения кристаллических гуманоидов, возникла ещё одна бездонная дыра, которую и проделал своим телом Артём.
Охотник опустил взгляд, увидев, что его торс больше напоминает кровавый суп из разорванных органов. Дышать просто невозможно. В глазах темнеет. Руки сломаны, а конечности из потока тьмы и молний больше выглядят как тростинки.
И даже в такой ситуации был один плюс: Охотник сумел удержать в руках всё своё оружие.
«Жизнь… излечи меня…» — хрипел Артём даже в своих мыслях.
Нити Артёма в данный момент выглядят так, словно их рвали острыми зубами. Они все порваны или покрыты дырами. Но благо они всё ещё работают, поэтому тело Артёма вмиг исцелилось, и он тут же вдохнул полной грудью, начав при этом кашлять.
«Вот это удар!!! Словно кто–то отключил правила, дав Фуриалу полный карт-бланш над всеми силами, что существует во всех мирах!»
Воины «Крестоносцев Света», что управляют «Уроборосами», застыли от шока, и не понимают, что происходит.
Послышался свист ветра, а кристаллическая земля покрылась трещинами. Воздух начал дрожать и покрываться белой колышущейся энергией.
Артём поднял взгляд, узрев, что над миром «Лазурный Хребет» застыл человекоподобный дракон. Его крылья широко распахнуты, а тень расстилается до горизонта. От его эфирного белоснежного тела исходят разряды энергии, что больше напоминают разряды молний. Сила, что исходит от этого существа, заставляет разум меркнуть, а тело содрогаться от ужаса.
— Давай же наконец–то закончим то, что началось ещё в том мире, который ты уничтожил!!! – направился Фуриал в сторону Артёма.
  
Глава VIII
 
Безумие
 
Артём обратился во вспышку молний и выпрыгнул из углубления, и там, где он был секунду назад, возник белый дракон, что одним ударом проделал в изумрудной горе сквозную широкую дыру.
Падая вниз головой, Артём убрал оружие обратно в кобуру, развеял магические руки и сощурил глаза, заметив одну странность.
«Его нити вытянулись и колышутся… и я слышу их крик! Такая же реакция была у Агата Крост. Это значит, что Фуриал больше не может использовать „Мироздание“. Своего рода он променял своё „Мироздание“ на иную силу и полный иммунитет к вражеским манипуляциям „Мироздания“… или всё же я могу его задеть⁈»
Артём приземлился на кристаллическую почву, а нити за его спиной сплелись в одно целое, став напоминать Гидрасиль.
— Слава тебе, первородная боль. Явился я в мир с чёрной душой! Моё сердце — ужас, моя воля — страдания! — хлопнул Артём в ладоши и по изумрудной горной местности пробежался режущий порыв ветра.
Человекоподобный дракон приземлился в десяти метрах от Артёма, и его глаза, что покрыты белоснежным светом, а так же его третий глаз на лбу, что принадлежит Первородным, показали удивление и ужас.
— В твоих глазах больше нет света!… — на его человеческом лице показалась обида, — Видеть тебя таким — это худшая из пыток. Даже не смотря на то, что моё сокровенное желание — это убить тебя, знай, я испытываю к тебе лишь жалость.
Артём пропустил слова Фуриала мимо ушей и продолжил зачитывать стих.
— Внемли же мне боль — моя вечная спутница! Выйди из мрака и яви свою истинную мерзкую суть… — между ладоней Артёма начал сочиться едкий чёрный свет, а так же слышится душераздирающий человеческий вопль.
— Эта сила не поможет тебе избежать своей участи, — игриво усмехнулся Фуриал, — Но что тебе терять⁈ Хотя бы попробуй….
— Явление Души: Колыбель Ужаса!!!
Артём разомкнул ладони, и мир подчинился его воле, став воплощением ужаса и боли. Свет звёзд вмиг исчез, как и любое другое проявление света. Под ногами образовался чёрный омут, у которого нет ни начала, ни конца, как и краёв, а Фуриал расположился от Охотника на расстояние в двадцать метров.
— Так вот во что преобразовалась наша сила? – огляделся дракон, — Ясно, теперь распаковка происходит не внутри тела, а вне носителя «благословения». Очень интересно… — его взор упал на Артёма, — Ну давай, покажи, что у тебя за си… ла…
Глаза Фуриала округлились, ведь он увидел за спиной Артёма гигантского младенца с чёрными глазами, который стоит на четвереньках, а его кожа покрыта гематомами, порезами и рваными ранами.
— Только потом не плач, что я тебя победил! — рыкнул Охотник.
«Боль, Ужас! Убейте моего врага!» — сказал по себя Артём.
Из глаз младенца покатились кровавые слёзы. Падая на чёрную гладь воды, эта кровь начала извиваться словно змея, начертив семь кругов, где в самом конце, по центру седьмого круга, стоит Артём Феникс, а на первом круге — Фуриал Крост.
Младенец широко раскрыл рот, да так сильно, что его нижняя челюсть сломалась. И внутри его пасти, закручиваясь в водовороте безумия, находятся мертвецы. Это был словно портал в мир ужаса и вечной боли. И из этой воронки вылез длинный язык, что напоминает своей формой настоящий мост.
— Это ещё что такое⁈… — округлились глаза Фуриала.
На кончике склизкого языка покрытого окровавленными рубцами, стоит высокое, рогатое существо в чёрной мантии. У него нет лица. Нет формы. Это существо пришло из недр самой бездны, желая явить Фуриалу Кросту свой закон ужаса.
Из тьмы капюшона, где должно быть лицо, вылезла пара пепельных рук с длинными когтями. Одна рука держит чёрный колокол, на котором выгравирован Фуриал, а во второй руке — белоснежный молоток.
Да, у «Явление Души» Артёма есть имена. Младенца зовут — Боль, а рогатое существо — Ужас! Они одно целое, и они же воплощают мир своего хозяина в реальность. Но они разговаривают, а лишь следует приказам хозяина. Любая мысль Артёма, и мир подчиниться его воле.
Чистилище — так Артём назвал семь кругов, по которым идёт его жертва.
Внутри этих кровавых кругов Охотник способен разложить свою жертву на самые настоящие атомы, а следом собрать её воедино, сохранив при этом жизнь. Своего рода это «вечные» пытки, где жертва умрёт лишь по велению хозяина данного мира, и никак больше. Чем ближе к седьмому кругу, тем способность сильнее. Так же в чёрном омуте царствует воплощение тех, кого враг Артёма убил за всю свою жизнь. Они ранят его душу и поедают плоть, при этом, не давая жертве упасть в чёрный омут. Своего рода тебя заживо пожирает твоё же прошлое, передавая в твоё тело весь тот ужас, что испытал мертвец в момент смерти. Но это ещё не всё. Чёрный омут тоже живой. По велению Артёма он сковывает врага, а так же перемещать его на один из кровавых кругов. Так же круги могут увеличить свою площадь. Охотник может сделать так, что жертва никогда не дойдёт до следующего круга и будет до скончания веков утопать в ужасе и первородной боли. И помимо всего перечисленного, Артём может создавать внутри своего мира карманные измерения, дабы разделить врагов и уничтожить их поодиночке.