Охотник 6: Реквием (СИ)

Силиф протянул руки в сторону мальчика, а тот, нагло фыркнув, сделал шаг в сторону и, расправив руки в разные стороны, прижался к лазурной энергии Безымянного.
— Э⁈… — опешил Самюэль.
— Ого! Похоже, ты ему понравился, брат, — весело отчеканил Азарок.
Лицо мальчика исказила пугающая улыбка, а тьма его глаз завораживала до потёмок души.
Безымянный, всматриваясь в этого ребёнка, что крепко обнял его и не желал отпускать, ужаснулся… кого же они на самом деле породили⁈
  
Наблюдая за столь трогательной, но в тоже время, — жуткой сценой, Артём прикрыл ладонью лицо. Ведь он всё понял. Да, это было очевидно. Но всё же стоит уточнить одну деталь.
— Силиф… он ведь сделал то же самое с моей матерью? — спросил Артём.
— Если ты говоришь о конечном итоге — то да. Но Силиф изменил подход. Он взял очищенную ветвь «Гидрасиля» Вильдрифа и соединил её с плодом на самом раннем этапе созревания. Так твоя мать и выжила.
— И помимо души Вильдрифа, он поместил в меня кровь Неги — её геном, а так же очищенную кровь Богов «Среднего Мира», что бы сформировать и удержать в моём теле ветвь «Гидрасиля» Вильдрифа… верно⁈
— Именно так! — кивнул мальчик, — Когда Вильдриф покинул твоё тело, то он забрал с собой и ветвь. Она изначально не принадлежала тебе. Её мог использовать только подлинный хозяин. Но в то же время в тебе осталось её присутствие… и именно поэтому ты забираешь мои силы. Внутри тебя есть пустота, в которой раньше покаялась ветвь «Гидрасиля» Вильдрифа, а сейчас эту пустоту заполняет моя ветвь. Только итог тут другой. В отличие от ветви Вильдрифа, моя ветвь воспринимает тебя как подлинного хозяина.
Артём убрал ладонь с лица, а в мыслях он вынес итог:
«Я на половину человек… и… на половину „Предтеч“!… Прямо как Вильдриф!.. Но в тоже время благодаря ветви „Гидрасиля“ нас можно отнести к „Иной Расе“!… Но факт остаётся фактом… мы другие… в наших жилах течёт истинная кровь „забытой эпохи“!»
— Идём дальше?
— Да… — без-эмоционально ответил Артём, уставившись на мальчика с чёрными глазами растерянным взглядом, — Мы ведь уже подходим к итогу?
— Ага… мы уже практически у финала этой истории! — щёлкнул Самюэль пальцами и реальность тот час изменилась.
  
Глава XLVII
 
Запятнанная кровью
 
Реальность сделала оборот, нарисовав новую картину, а именно — смотровую из чистого золота, откуда открывается вид на изумрудный город, а вдалеке можно заметить чёрно–белую башню, где свой покой хранят высшие существа.
На смотровой возникли Корон, Силиф и Ундэл, а рядом с ними Самюэль, на плечах которого сидит черноглазый мальчишка в сером балахоне. Он крепко обнял голову Безымянного, всем видом дав понять, что не отпустит старшего брата.
Артём и Самюэль стоят позади собрания.
— Как он к тебе прилип! — удивился Охотник.
— И не говори, — весело усмехнулся Самюэль, — Раньше мне это не слишком нравилось… а сейчас… сейчас я вспоминаю те моменты с теплотой в душе. Он был таким невинным. Таким добрым и беспечным. Я бы отдал всё, что бы вернуть то время…
В голосе великого Безымянного проскочили нотки сожаления, а его глаза стали влажными.
«Эх… добрый он малый. Да вот с семейкой не повезло.» — призадумался Артём.
— Всё не так, — понял Самюэль, о чём подумал Охотника, — Если с Малией я ничего не смог поделать, то вот с Вильдрифом всё иначе… и скоро ты сам всё увидишь. Поэтому давай продолжим экскурсию по моим воспоминаниям.
— Племянник! Мы решили, что этот ребёнок будет на твоём попечительстве, — прервал тишину Силиф.
— Я не нянька! — грозным тоном сказал Самюэль, — Силиф, забери его. Он твоя обуза. Мне нужно идти до Мироздания. Малия так и не вернулась. Я должен знать, где она. Так же я должен помочь братьям с поиском Улиты. Они уже прочесали половину Геенны. И не забывайте, нам нужно попытаться найти среди «Иной Расы» тех, кто ещё не угас надеждой к людям. Тех, кто готов к переменам. Так мы сможем утихомирить наш народ до того самого момента, когда настанет час переписать всем память.
— Я бы его забрал. Честно! Но… — Силиф протянул руки к мальчику, а тот сразу же начал рычать, словно дикий зверь, — Видишь! Кроме тебя, он никого к себе не подпускает.
— Он привязался к тебе, — весело прочеканил Ундэл.
— Почему ко мне⁈ Он только явился на этот свет.
— Дети чувствуют родственную связь, — глянул Корон на мальчика, — Будь с ним добрым. Дети — это наше всё. Помни, они очень ранимы и слабы.
Самюэль тяжело вздохнул.
— Как мне с ним по городу ходить?…
— О! Тут можешь не переживать.
Силиф вытянул перед собой руку и из его ладони хлынул серый дым, который улёгся прямо на мальчика.
— Хфа!!! Хфа!!! — начал мальчик махать руками и пытаться отогнать от себя назойливый дымок.
Серое марево обратилось в рожки, а следом и в длинный чёрный хвост.
— Вот вам и маленькое исчадье! — весело провозгласил Силиф, — Только глаза его никому не показывай… к сожалению, этот дефект будет преследовать его всю жизнь.
Первородные взглянули на ребёнка с явным переживанием. Ведь и правда… тех, кто родился без света в глазах, «Иная Раса» воспринимает иначе. Таких детей обычно съедают собственные сородичи. И в нынешнее время это признак того, что свет, который считается проявлением света «Мироздания», перешёл не в глаза, а в сердце… и по легендам тот, кто вкусит столь запретный плод, обретёт немыслимую силу. И обычно такие дети рождаются с чёрными глазами, а по силе они равны обычным людям. Они есть во всех подвидах «Иной Расы», но среди Исчадий их было куда больше. И, к сожалению, дочь Лизии — Королевы Огненных Исчадий, родилась с чёрными глазами. Каждый раз, как Артём видит Гияну, он с ней играет и ведёт весёлые беседы. Он делать всё, что бы девочка улыбнулась… ведь у таких детей практически нет друзей.
— Странно это, — призадумался Корон, — Он родился с чёрными глазами, но в его жилах течёт аура Исчадий.
— Это не аура Исчадий, — покачал головой Силиф, — Слишком она мощная. Больше похожа на нашу — ауру Первородных.
— Ты не так меня понял. У черноглазых детей нет силы ауры. Они слабы и больше напоминают людей. Но вот этот мальчик… он другой.
— Верно! — кивнул Ундэл, — Он пробудил «нити» в первые секунды своей жизни. Это… будоражит!
— Не то слово, брат! — усмехнулся Силиф.
Тяжело вздохнув, Безымянный направился к выходу. Он понял, что мальчик теперь на его попечительстве и с этим ничего не поделать.
Щелчок пальцев и реальность сделала оборот, обратившись в широкую улицу изумрудного города, которую затопили массы Первородных с «третьего» по «десятое» поколение. Все они молча смотрят на пьедестал, на котором обосновался Безымянный. И взгляд их золотых глаз пропитан лишь холодом, да призрением.
Так же, для устрашения, явилась Смерть, которая обосновалась за спиной Самюэля.
— Братья! Сёстры! Я собрал вас, дабы вы сказали мне правду… я хочу знать, где сейчас прячется Улита!
Первородные даже не переглянулись и не повели бровью. Они настроены серьёзно!
— Раз по хорошему не желаете… будет вам по плохому!
На передний план вышла Смерть, и вот тут Первородные уже сжались, а их взгляд изменился.
— Клянусь! Тот, кто утаит информацию, после смерти будет отправлен в «бездну душ». И вердикт этот я не изменю… решайте! Прямо здесь и сейчас!
Слова Смерти всё же вразумили гордецов. Ведь какой глупец захочет отправиться в то самое место, где твоя душа окунётся в омут нескончаемых страданий. И эти пытки не закончатся… ты будешь вечным узником самой настоящей — Преисподней.
Один из Первородных поднял руку.
— Я могу ответить…
— Говори! — кивнула Смерть.
Первородные не оценили поступок своего брата. Но в тоже время возникать не стали.
— Она отправилась в «Средний Мир»!… Это всё, что мы знаем.
Почему–то лицо Смерти исказил ужас. Она словно что–то поняла.
— Это точно всё? — решил уточнить Самюэль.