Сводные враги (СИ)

– Я буду выполнять все правила.
Отлично. Испуганные девочки очень послушные, а мне нужно, чтобы она не бросила ни малейшей тени на репутацию моей семьи. Не перед выборами нового главы клана.
– Умная малышка, – ухмыляюсь жестко, проводя обманчиво-ласковым движением по щеке Миланы.
Она в ужасе отшатывается, едва ослабляю хватку, но я и не планировал продолжать. Пока что. Но с интересом слежу за тем, как Милана поспешно подхватывает сползающее с груди полотенце и пулей исчезает в ванной. Усмехаюсь, когда дверь за ней с грохотом захлопывается и через секунду щелкает замок. Наивно думать, что эта бесполезная хрень может меня остановить.
Развернувшись, я выхожу из комнаты Миланы в отличном настроении. Сколько ни прячься, а увидеться за ужином все равно придется. Интересно будет поиграть с этой девочкой. Но не сейчас. Пока главная цель – кресло главы клана. Отец должен занять принадлежащее ему по праву место. А для этого нужно действовать с холодной головой на плечах.
  
Глава 3
 
Милана
Пулей залетаю в ванную и сразу же закрываюсь на замок. Лишь после этого чувствую себя в относительной безопасности. Сердце колотится, как сумасшедшее, и я еще несколько минут жду, что Алекс вот-вот начнет ломиться в ванную, чтобы продолжить свои издевательства. Да что я ему вообще сделала-то, чтобы с порога хватать меня за горло?! Жеребец доморощенный! 
Вот уж не такой встречи я ожидала от сводного брата. Я, конечно, подозревала, что вряд ли мне будут здесь очень рады, но чтобы настолько!!! Самовлюбленный идиот! Похоже, следующие недели до совершеннолетия станут для меня настоящей пыткой. А я еще пыталась быть с ним вежливой, чтобы наладить контакт!
Умывшись, пытаюсь успокоиться и обдумать дальнейшие действия. Да, в этот раз этому недоумку удалось застать меня врасплох. Но лишь потому, что я даже не предполагала, что кто-то посмеет так себя вести. Теперь, когда стало понятно, что из себя представляет сын дяди Вовы, будет и легче, и сложнее одновременно. Даже хорошо, что он сразу показал свое лицо. Предупрежден – значит вооружен.
Я еще покажу этому золотому мальчику, где раки зимуют! Считает меня продажной девкой? Плевать! Но пусть только протянет еще раз свои загребущие руки ко мне – узнает, что Орловы просто так не сдаются. А за этот раз я еще посчитаюсь с ним.
Окончательно успокоившись, выхожу из ванной. В комнате пусто, и я поневоле выдыхаю с облегчением. По крайней мере, до следующего раунда есть время собраться с мыслями. А в том, что он обязательно будет, я даже не сомневаюсь. 
Бросаю взгляд на время: почти семь. Что ж, кажется, первый совместный ужин вряд ли пройдет идеально. Открываю чемодан и несколько минут придирчиво перебираю вещи. Да, я не тащусь от модных брендовых шмоток, предпочитаю удобные вещи. Но это не значит, что в моем гардеробе нет  праздничных нарядов. Достаю любимое темно-красное платье с высоким разрезом сбоку и, приложив его к себе, разглядываю в зеркале. Что ж, раз сынок дяди Вовы решил поиграть, будет ему игра. Но еще рано выкладывать карты на стол. Усмехнувшись, убираю платье, а вместо него достаю просторную футболку и домашние штаны. Пока не стоит показывать зубы – побуду пай-девочкой.
Ровно в семь спускаюсь в столовую. Мой опекун уже там.
– Милана, – кивает он одобрительно и добавляет, поворачиваясь к сидящему по правую руку Алексу, – это Алекс, мой сын.
– Мы уже знакомы, – усмехается тот и ехидно улыбается уголком рта, – и сразу нашли полное взаимопонимание. Правда, сестренка?
Застываю на пару секунд под его пробирающим до костей взглядом, а после искусственно улыбаюсь:
– Конечно.
Понимаю, что именно прячется за его лживой вежливостью, но все равно решаю поддержать игру. К черту, главное, дождаться совершеннолетия. А потом уже не нужно будет терпеть этого мужлана. Просто исчезну из этого дома и забуду происходящее здесь, как страшный сон.
– Вот и замечательно, – радуется дядя Вова, – тогда присаживайся к столу.
Оглядываюсь в поиске места и понимаю, что мне накрыли прямо напротив сводного братца. Тот с интересом наблюдает за мной, но я-то знаю, что на самом деле этот засранец готов мне в глотку вцепиться. Его слова до сих пор звучат у меня в ушах, а на шее как будто снова ощущается стальная хватка… На автомате потираю горящую кожу ладонью, чтобы избавиться от чувства, будто Алекс до сих пор держит меня за горло, и сажусь на свое место.
 
Как могу стараюсь выглядеть спокойной и равнодушной. Судя по ехидной мине братца, получается у меня не очень.
– Рад, что вы подружились, – словно не замечая повисшего в комнате напряжения, добавляет Громов-старший. Знал бы он, как с его сынком мы “подружились”...
– Я тоже. Приятного аппетита, – сдавленно желаю я, когда передо мной ставят тарелку с едой.
Очень сложно не обращать внимания на хитрый прищур темных глаз, которые буквально прожигают во мне дыру.
– Так ты после смерти матери успела побыть без опеки клана? – задает вопрос Алекс, неторопливо разрезая стейк.
– Милана просила дать ей доучиться семестр, – отвечает за меня дядя Вова.
– Какое похвальное рвение. Только не понимаю, теперь нужно высшее образование, чтобы стоять у плиты и обслуживать мужа? Зачем столько усилий, если будешь перемещаться только между кухней и спальней? – едко усмехается мужчина.
Я вспыхиваю от возмущения и сжимаю вилку с такой силой, что белеют костяшки пальцев.
– Алекс! – резко осаживает его отец.
Они обмениваются выразительными взглядами, на несколько секунд повисает тяжелое молчание. Наконец Алекс примирительно поднимает руки вверх.
– Просто шучу, – улыбается он, но я все же успеваю поймать его насмешливый взгляд.
Желание высказать все, что думаю, становится почти нестерпимым. Но я лишь наигранно улыбаюсь, вспоминая то, чему учил меня отец: никогда нельзя показывать слабость перед врагом. А Алекс Громов однозначно мой враг.
– Милана, ты подумала насчет ВУЗа? В какой будешь переводиться? – задает чуть погодя вопрос дядя Вова, пытаясь разрядить обстановку.
– Пока нет.
– Ничего, – он ободряюще салютует мне бокалом, – время еще есть.
Дальше мы едим молча. И хотя я чувствую взгляд Алекса на себе, но делаю вид, что мне безумно интересен салат в моей тарелке.
– Спасибо, – благодарю за ужин, собираясь вернуться в свою комнату.
– Милана, а десерт? – предельно вежливо напоминает мне сводный братец, едва я поднимаюсь из-за стола.
– Увы, я не ем сладкого, – так же вежливо улыбаюсь ему, на самом деле мечтая воткнуть вилку ему в руку.
– Бережешь фигуру? – недобро прищуривается тот, – И для кого такие старания? Неужели у такого цветочка уже кто-то был? Или есть?
– Для будущего мужа, – огрызаюсь и быстро покидаю столовую. 
В своей комнате едва не рычу от досады – все-таки вывел меня опять! Засранец эдакий! Умом понимаю, что он того и добивается, что нужно держать себя в руках, но это оказывается очень и очень непросто. Как бы ни пытался сгладить происходящее дядя Вова, но я понимаю, что его сын все равно будет относиться ко мне, как к пустому месту. Или как к избалованной девчонке, которая не хочет прислуживать будущему мужу, а хочет учиться.
Снова вспоминается отец, и становится до безумия тоскливо и одиноко. Находиться в этом доме все равно, что сидеть в золотой клетке. Тактичность и вежливость старшего Громова, конечно, могла бы кого-то сбить с толку. Но не меня. Очевидно, что выбирать мне тут не позволят. А значит, единственная возможность жить по-настоящему своей жизнью – это сбежать из-под опеки Алекса и его отца как можно скорее.
   
Глава 4
 
Ужин с навязанными родственниками даёт понять самое главное – меня будут контролировать. Пусть дядя Вова не сказал это открытым текстом, но ясно дал понять, что решающий голос будет за ним. И это чертовски злит.
Да, мне пока нет восемнадцати, но это не значит, что я недалекая барышня, которая нуждается в чьем-то опекунстве. Мы не обсуждали это с Громовым, но я предполагала, что после совершеннолетия съеду из-под его заботливого крыла. Тем более что смогу вступить в права наследования, и самостоятельно распоряжаться тем, что мне оставили родители.